Я знаю, что многие измеряют количество знаний количеством прочитанных книг, умением цитировать, цветом диплома, умением пользоваться терминологией, научным подходом, т.е. обладанием некоей научной базой, базой фактов, которые нельзя оспаривать потому, что это факты уже доказаны, исследованы, пройдены.
Спасибо хочу сказать моей учительнице по математике, которая в буквальном смысле заставляла не учить формулы, а рассказывать своим языком. Благодаря ей я научилась учиться - не зубрить и выдавать, а именно думать, выводить свое мнение и потому легко запоминать. Да, я не сильна в терминологии, я даже с трудом могу понять некоторые заумные словечки, но есть то, что я чувствую. И именно об этом я хочу сегодня рассказать вам.
То, что я вывела сама, основываясь на жизненном опыте, на прочитанных книгах, которые помогли осознать, что я все-таки получила травмы, а не приобрела "закаленный характер".
Итак.
The fallen asleep person, Или Застывший человек.
Наша жизнь богата на ситуации, когда нам приходится столкнуться с противоположной точкой зрения оппонента.
Есть люди, которые могут признать право на существование этой т.з. Есть люди, которые могут признать ее правильной, тем самым поменяв свою. Есть люди, которые никогда не примут, не поймут и, что хуже, не признают ее право на существование, на жизнь.
Речь пойдет о них, о последних.
Человек, не принимающий иную, отличную от своей, точку зрения, глубоко и тяжело травмирован.
Он страшится того, что его жизнь, его мировоззрение, вся его сущность, построенная и пронизанная каким-то мнением, пошатнется. Рассыпется его "Я" и то, что он считал верным, правильным, приемлемым.
Признать чужую т.з. для них - признать отсутствие своего "Я". Ведь многие составляющие его личности, в совокупности черт, мыслей, мнений и составляют это "Я". Если отказаться от него - отказаться от себя. Но хуже не это. Хуже то, что его страшит, что его "Я" будет отвергнуто кем-либо.
"Если тебе не нравится моя музыка - значит тебе не нравлюсь я - значит ты хочешь "избавиться" от меня - значит я не имею права быть".
Это все глубоко. Прорывается только злость к несогласным. Боль и страх, что его не принимают хорошо скрыты за злостью, так хорошо, что он сам не чувствует их.
Принять чужое мнение - разрушить себя.
Как жить с новым пониманием он не знает. Он имел такой опыт неприятия его как личности. Он помнит, что это больно и тяжело собирать себя по кусочкам, строить броню и отдаляться от всех за чертой своего мнения.
Негибкие реакции свойственны травме не справедливости (Ригидный).
Однако чувство отсутствия справедливости не настолько деструктивно как отвержение. Не справедливость - оценка поступков человека. Отвержение - оценка самого человека. Значит, последнее, все же сильнее. Негибкость реакций - это та самая броня ото всех, то каменное "Я", кирпичи которого не могут быть заменены без разрушений, но добавить новый не разрушив старый - невозможно. А значит, принимая новое он чувствует, что отказывается от "Я". Кто страдает травмой отвергнутого? Правильно. Беглец. Только Беглецы видят во всех поступках окружающих попытку отвергнуть. Любое их действие приводит к мысли, что его "Я" не интересно, а значит не должно быть. Беглец не будет принимать чужую точку зрения, вся его жизнь направлена на то, чтобы сохранить свое, с таким трудом собранное, "Я".
Беглец прошел через муку отторжения. Он выстроил систему координат, которая позволяет ходить вокруг и около раны, не прикасаясь к ней, и сидит в этом коконе. Любое воздействие извне ранит и заставляет отторгать. Говорит: "Не верь! Они хотят разрушить тебя! А разрушив, переступить и пойти дальше - отвергнуть!".
Боятся, что от их "Я" опять ничего не останется, только осколки, которые никому не нужны.
Если не согласны - отвергают ЕГО, а не мнение.
Если просят взглянуть иначе - отвергают ЕГО, а не хотят помочь.
Значит, надо собраться и не принимать, не слышать, не видеть, не думать.
Есть "Я" и мое мнение. Те, кто пытается заставить думать иначе, считаю, что "Я" сломано, а значит не нужно, а значит - отвергнут.
Такой мой отец.
Такие женщины, которым невозможно объяснить, что жизнь ради детей - это не жизнь, а жертва.
Кстати, что интересно.
Почти каждый мужчина носит маску Беглеца.
Ведь отцы с сыновьями не очень охотно идут на эмоциональный контакт, воспитывают "мужиками", а дети, мальчики, видя, что не признают часть их "Я" - нужду в эмоциях - считают, что их отвергают.
У Грея на этот счет, но с несколько иной стороны, есть потрясающе точное определение: (вольная цитата) "Дать мужчине непрошеный совет - дать ему понять, что он "сломался", ведь мужчины ремонтируют только то, что "сломано". Потому они не принимают советы". Кого напоминает? Мне напоминает сломанного Беглеца.
А женщины, почти все из нас, носят маску Мазохиста.
Помните как мы относились в подростковом возрасте к менструации? А к растущей груди? А как мы начали стесняться отцов?
У каждого из обоих полов есть определяющая маска, которая в большинстве случаев образуется у определенного пола и редко у другого.
Я считаю, что Беглец - мужская, Мазохист - женская.
Спасибо хочу сказать моей учительнице по математике, которая в буквальном смысле заставляла не учить формулы, а рассказывать своим языком. Благодаря ей я научилась учиться - не зубрить и выдавать, а именно думать, выводить свое мнение и потому легко запоминать. Да, я не сильна в терминологии, я даже с трудом могу понять некоторые заумные словечки, но есть то, что я чувствую. И именно об этом я хочу сегодня рассказать вам.
То, что я вывела сама, основываясь на жизненном опыте, на прочитанных книгах, которые помогли осознать, что я все-таки получила травмы, а не приобрела "закаленный характер".
Итак.
The fallen asleep person, Или Застывший человек.
Наша жизнь богата на ситуации, когда нам приходится столкнуться с противоположной точкой зрения оппонента.
Есть люди, которые могут признать право на существование этой т.з. Есть люди, которые могут признать ее правильной, тем самым поменяв свою. Есть люди, которые никогда не примут, не поймут и, что хуже, не признают ее право на существование, на жизнь.
Речь пойдет о них, о последних.
Человек, не принимающий иную, отличную от своей, точку зрения, глубоко и тяжело травмирован.
Он страшится того, что его жизнь, его мировоззрение, вся его сущность, построенная и пронизанная каким-то мнением, пошатнется. Рассыпется его "Я" и то, что он считал верным, правильным, приемлемым.
Признать чужую т.з. для них - признать отсутствие своего "Я". Ведь многие составляющие его личности, в совокупности черт, мыслей, мнений и составляют это "Я". Если отказаться от него - отказаться от себя. Но хуже не это. Хуже то, что его страшит, что его "Я" будет отвергнуто кем-либо.
"Если тебе не нравится моя музыка - значит тебе не нравлюсь я - значит ты хочешь "избавиться" от меня - значит я не имею права быть".
Это все глубоко. Прорывается только злость к несогласным. Боль и страх, что его не принимают хорошо скрыты за злостью, так хорошо, что он сам не чувствует их.
Принять чужое мнение - разрушить себя.
Как жить с новым пониманием он не знает. Он имел такой опыт неприятия его как личности. Он помнит, что это больно и тяжело собирать себя по кусочкам, строить броню и отдаляться от всех за чертой своего мнения.
Негибкие реакции свойственны травме не справедливости (Ригидный).
Однако чувство отсутствия справедливости не настолько деструктивно как отвержение. Не справедливость - оценка поступков человека. Отвержение - оценка самого человека. Значит, последнее, все же сильнее. Негибкость реакций - это та самая броня ото всех, то каменное "Я", кирпичи которого не могут быть заменены без разрушений, но добавить новый не разрушив старый - невозможно. А значит, принимая новое он чувствует, что отказывается от "Я". Кто страдает травмой отвергнутого? Правильно. Беглец. Только Беглецы видят во всех поступках окружающих попытку отвергнуть. Любое их действие приводит к мысли, что его "Я" не интересно, а значит не должно быть. Беглец не будет принимать чужую точку зрения, вся его жизнь направлена на то, чтобы сохранить свое, с таким трудом собранное, "Я".
Беглец прошел через муку отторжения. Он выстроил систему координат, которая позволяет ходить вокруг и около раны, не прикасаясь к ней, и сидит в этом коконе. Любое воздействие извне ранит и заставляет отторгать. Говорит: "Не верь! Они хотят разрушить тебя! А разрушив, переступить и пойти дальше - отвергнуть!".
Боятся, что от их "Я" опять ничего не останется, только осколки, которые никому не нужны.
Если не согласны - отвергают ЕГО, а не мнение.
Если просят взглянуть иначе - отвергают ЕГО, а не хотят помочь.
Значит, надо собраться и не принимать, не слышать, не видеть, не думать.
Есть "Я" и мое мнение. Те, кто пытается заставить думать иначе, считаю, что "Я" сломано, а значит не нужно, а значит - отвергнут.
Такой мой отец.
Такие женщины, которым невозможно объяснить, что жизнь ради детей - это не жизнь, а жертва.
Кстати, что интересно.
Почти каждый мужчина носит маску Беглеца.
Ведь отцы с сыновьями не очень охотно идут на эмоциональный контакт, воспитывают "мужиками", а дети, мальчики, видя, что не признают часть их "Я" - нужду в эмоциях - считают, что их отвергают.
У Грея на этот счет, но с несколько иной стороны, есть потрясающе точное определение: (вольная цитата) "Дать мужчине непрошеный совет - дать ему понять, что он "сломался", ведь мужчины ремонтируют только то, что "сломано". Потому они не принимают советы". Кого напоминает? Мне напоминает сломанного Беглеца.
А женщины, почти все из нас, носят маску Мазохиста.
Помните как мы относились в подростковом возрасте к менструации? А к растущей груди? А как мы начали стесняться отцов?
У каждого из обоих полов есть определяющая маска, которая в большинстве случаев образуется у определенного пола и редко у другого.
Я считаю, что Беглец - мужская, Мазохист - женская.