Мы попросили нашего колумниста, гештальт-терапевта Ирину Лешкову порассуждать на тему страшилок, которыми так любят «поугрожать» некоторые мамы и папы. И вот что из этого вышло…
«Напишите для нас статью о том, как непедагогично пугать детей бабайками, милицией и Бабой-Ягой», - попросил меня главный редактор «Летидора». Ну что же... Тема простая, ясная, вопрос очевидный, почти риторический, почему бы не написать за пару часов? Даже скучно немного… Зато молодым тревожным мамам будет полезно. Чтобы не заскучать и сделать материал более живым и ярким, я написала пост в с просьбой поделиться историями из детства - кого как пугали и что, будучи детьми, чувствовали? Приготовилась слушать про бабайку и милицию, но случилось неожиданное…
На мой пост откликнулись сотни людей: сотни историй, переживаний, мне писали сообщения на почту и делились тем, что невозможно сказать публично. Огромный поток боли, обиды и гнева, растерянности и сочувствия к себе и родителям! Кто-то даже предложил создать флешмоб по примеру #янебоюсьсказать. И я поняла, что писать про бабайку и Бабу-Ягу после таких откликов - это мелко и стыдно, вроде попытки трусливо закрыть глаза на происходящее.
Оказалось, что тема намного глубже и серьезнее, а масштаб педагогического бедствия - огромен.
Мне было страшно и больно читать отклики людей, и иногда я холодела от ужаса. Я очень хочу поделиться услышанным с вами. Мне кажется, нам, родителям, важно знать, как наше слово или действие слышится и воспринимается ребенком. Просто иногда мы об этом не задумываемся…
«Меня, например, в детский дом отвозили сдавать за плохое поведение Не довезли - издалека показали на здание и сказали, что в следующий раз точно сдадут. Мне было 5 лет. Это было больно и страшно. Это был ужас».
«Пугали милицией, бандитами, маньяками уже в более позднем возрасте. Страхов всю жизнь было очень много. До сих пор незапланированный звонок в дверь вызывает у меня приступ паники с замиранием, сердцебиением и прочим».
«Нас с братом мама пугала самоубийством и тем, как нам плохо без нее будет, "что никогда себе не простим, что довели ее". Только недавно, через годы терапии, перестала бояться и реагировать».
«Один раз родители "пошутили" и сказали, что оставят нас с сестрой на даче за плохое поведение. Сели в машину и поехали. Сестра не верила, продолжала баловаться, а я рыдала, не могла её бросить. Уговорила бежать за машиной. Догнали за поворотом. Думаю, что нас бы не бросили, конечно, но это было ужасно».
«Меня пугали тем, что бог накажет, и что я никогда не узнаю, когда именно это произойдёт».
«Очень хорошо помню эпизод, как меня куда-то за руку тащили и я истошно орала, мама меня стыдилась и говорила, что сейчас милиционер заберет. И я помню, что дальше был ужас, и я понимала, что опасность реальная, мне было адски страшно, но при этом я орала еще сильнее, не могла остановиться, хоть и головой понимала, что это опасно. Как повлияло? Периодически становлюсь жертвой психологического насилия, всю жизнь маюсь и борюсь с этим».
«Знаю историю мужа моей знакомой. Его мама вешать водила за непослушание. До сих пор маму боится».
«Меня пугали не дома, а в школе и саду. Пугали врачами и последствиями болезней за "неуправляемое поведение". Врачей боюсь до сих пор до дрожи».
Что чувствует ребенок, когда мама грозит отдать его в детдом или милицию? Я ставлю себя на место 4-летнего ребенка - и меня охватывает ужас, дикий страх, я почти каменею от невозможности происходящего. Меня отвергает самый близкий человек - мама! Та, кого я люблю больше всего на свете и кто должен защищать и любить! Потому что мама - это весь мир, только она дает чувство безопасности, доверия к миру и ощущение своей «хорошести».
Если отвергает мама, то мир рушится, мир больше не является тем местом, где любят и принимают, где безопасно.
Сможет ли потом ребенок довериться маме, прийти к ней и уткнуться головой в колени, когда плохо? Вряд ли. Потому что есть опыт, что от тебя, плохого и слабого, могут отказаться, потому что мама может предать.
Но самое страшное, что ребенок не способен оценить действия родителей как неправильные, он ВСЕГДА будет думать, что если мама хочет его отдать, то это ОН ПЛОХОЙ, он виноват, он САМ заслужил такое страшное наказание. «Мамочка, прости меня!» - крик напуганного и отверженного ребенка. Такие детки склонны в будущем брать на себя вину и ответственность за все, что угодно.
«Мама заболела - это я виноват, плохо себя вел. Родители ругаются - наверное, из-за меня, я опять что-то натворил».
Я не буду говорить о совсем очевидных и понятных всем последствиях запугивания детей врачами и полицией - вряд ли ребенок будет радостно бежать в поликлинику или обратится к полицейскому, если потеряется или с ним произойдет беда. Разрушение доверия и контакта с родителями - это страшное следствие.
Я не хочу вставать в позицию обвинителя, «надевать белое пальто» или грозить пальцем. Не хочу стыдить родителей, навешивая им чувство вины. Совсем нет. Мне очень жаль детей, но их мам и пап тоже. Хотя, признаться честно, детей все же больше, потому что они беззащитны и зависимы от родительской воли. Но, как специалист, понимаю, что родители не желают зла своим детям, что чаще всего они не понимают последствий запугивания.
Мы поступаем так не от жестокости, а от бессилия и непонимания последствий.
Маленький ребенок не способен сказать: «Мамочка, мне страшно и больно». Он просто каменеет в ужасе и подчиняется. И тогда измотанная усталостью мама видит только то, что этот способ работает, но не видит, какой ценой.
Ребенок, напуганный и окаменевший от страха и горя, сделает все, чтобы вернуть мамину любовь, иначе ему не выжить. И как в бессилии и усталости трудно не соблазниться «легким путем» шантажа и угроз и добиться послушания!
Думаю, этот опыт знаком каждому из нас. Кто первый бросит камень в самого себя, да и надо ли? Гораздо важнее учиться поддерживать себя, чтобы не оказываться в ситуации эмоционального «дефолта», когда сил на объяснения и сочувствие своему ребенку уже не остается.
Ведь именно поэтому мы выпадаем из взрослой родительской позиции и срываемся на крик и угрозы.
В этот момент мы сами маленькие и нуждаемся в поддержке и ресурсах.
Да-да, только так! Помните инструкцию в самолете? Сначала наденьте маску на себя, а потом - на ребенка. Сначала поддерживаем и жалеем себя, тогда появятся силы и на то, чтобы не срываться на детях.
И еще: главное - помнить, что наши дети переживают на самом деле, когда мы в отчаянии кричим, что сдадим их в детский дом или в милицию. Плата детей за нашу слабость, отчаяние или бессилие иногда слишком высока.