Весна уже в полном разгаре. Природа просыпается после долгой зимней спячки. Теплее греет солнышко, а деревья надевают свой красивый наряд. Такое чувство, что они накинули легкое зеленое полупрозрачное покрывало, что бы прикрыть свою наготу. Потом они наденут изумрудные наряды. А сейчас они стоят в легкой дымке. Возникает такое чувство, что деревья окутал зеленый туман. Это мое самое любимое время года. Первая травка, первые листья, первые цветы. И такое ласковое солнышко. Я очень хочу, чтобы мои дети, когда вырастут, смогли бы оценить всю красоту природы. Ее богатство и разнообразие.

Скоро зацветут яблони. Это очень красивый период. Дерево надевает белую пушистую шапку. За белыми цветами не видно даже листьев. У нас перед домом растет много яблонь, и скоро мы сможем насладиться этой красотой. Такое чувство, что вновь наступила зима, потому-то все покрыто белыми цветами. Яблони для меня всегда ассоциируются с детством.

Раньше где мы жилы у нас за домом был бывший совхозный сад. Как же здорово было там гулять. Под напором ветерка белые лепестки осыпались на тебя как снег. Лепестки кружились в легком танце, а в месте с ними кружилась и ты. Когда ватага ребятишек с криками носилась за майскими жуками, гордо хвастаясь своей добычей. А летом на дереве можно было устраивать домики и ходить к друг другу в гости. Срывать спелые плоды с самой верхушки дерева и там же на вершине дерева сгрызть яблоко. Это ли не блаженство для детской души.

Сейчас от сада остались одни воспоминания. Совхоз канул в лету, а вместе с ним и яблоневый сад. Теперь в окна квартиры на тебя смотрят окна отстроенных коттеджей спрятанных за высокими заборами. Грустно. Такое чувство, что у тебя украли кусочек детства и бросили его в грязь. Особенно грустно становиться, когда кругом расцветают яблони. Но только теперь вместо белых лепестков, тебя окружают выхлопные газы автомашин.

А теперь будь так любезна растолковать мне: как пахнут грудные младенцы, если они пахнут так, как, по твоему мнению, им положено пахнуть? Ну-с?

- Они хорошо пахнут, - сказала кормилица.

- Что значит "хорошо"? - зарычал на нее Террье. - Мало ли что пахнет. Аравийские сады хорошо пахнут. Я желаю знать, чем пахнут младенцы?

Кормилица медлила с ответом. Она, конечно, знала, как пахнут грудные младенцы, она знала это совершенно точно, через ее руки прошли дюжины малышей, она их кормила, выхаживала, укачивала, целовала... она могла учуять их ночью, даже сейчас она явственно помнила носом этот младенческий запах. Но она еще никогда не обозначала его словами.

- Ну-с? - ощетинился Террье и нетерпеливо щелкнул пальцами.

- Стало быть, - начала кормилица, - так сразу не скажешь, потому как... потому как они не везде пахнут одинаково, хотя они везде пахнут хорошо, понимаете, святой отец, ножки у них, к примеру, пахнут, как гладкие теплые камешки... нет, скорее, как горшочки... или как сливочное масло, да, в точности, они пахнут, как свежее масло. А тельце у них пахнет...ну вроде галеты, размоченной в молоке. А голова, там, сверху, с затылка, где закручиваются волосы, ну вот тут святой отец, где у вас ничего уже не осталось, - и она постучала Террье, остолбеневшего от этого шквала дурацких подробностей и покорно склонившего голову, по лысине, - вот здесь, точно, здесь, они пахнут лучше всего. Они пахнут карамелью, это такой чудный, такой сладкий запах, вы не представляете святой отец! Как их тут понюхаешь, так и полюбишь, все одно - свои они или чужие. Вот так и должны пахнуть малые дети, а больше никак.

Патрик Зюскинд

"Парфюмер. История одного убийцы"

Хочу трех мужиков и ….. даниссимо! Это скоро, наверное, станет моей заветной мечтой. Ну, как не захотеть съесть этот творожок, если после этого появляются три классных мужичка, и пока ты наслаждаешься вкусом, они укладывают спать разбушевавшихся детишек, нейтрализуют проделки твоего кота и избавляют от надоедливых обезьян.

А я просто хочу выспаться. Поспать пару часиков, чтобы никто не мешал. А еще часок посидеть за компьютером, и что бы тоже никто не отвлекал.

Иногда, кажется, что на тебя накатывает вселенская усталость, и нет сил от нее убежать. Что еще немного, и ты просто взорвешься как огромный шар.

Но, отдохнув пару часов в тишине, все же начинаешь понимать, что тебе в этой жизни ох как будет грустно и одиноко без этого шума и детской суеты. Что долго на них злиться не возможно. Что это лучший период в твоей жизни - детство твоих детей.

Но иногда меня все же посещает мысль «Хочу даниссимо!». Или все же трех мужиков?

Лисютка опять отобрала соску у Славика. Облизав ее со всех сторон и поваляв где только можно, она все же решила поделиться ею с орущим братиком. Я вовремя это заметила, не дала свершиться жесту доброй воли.

Позавчера выпила всю бутылочку фенхелевого чая, опять же забрала ее у брата. До этого, она даже в месяц плотно сжимала губы, когда я пыталась напоить ее этим чаем. А сейчас понравился.

Не успеваю вытащить Славика из переноски, как ее тут же занимает Лисютка.

Да, что только не делает ревность с детьми.

Малышка начинает проявлять заботу о младшем брате. Не успеет он просто пукнуть, тут же бежит снимать ему памперс и вытирать ему попу салфеткой. Ну а если уж он покакает, то не успокоиться пока памперс не будет снят. Мои уговоры, что, мол, надо подождать несколько минут, пусть до конца пропукается и прокакается, ни к чему кроме слез не приводят. Снимай и все тут. Заботливая. Знает, что в грязном памперсе не очень уютно.

Потихоньку начинаю привыкать к новой для себя роли – роли мамы двух детей. В первый день было страшно остаться один на один с двумя карапузами, старшему из которых нет еще и двух лет. Сегодня идет уже четвертый день. Вроде ничего пока справляюсь. Хотя пока папа был с нами было лучше. Он уделял внимание Лисютке, я занималась Славиком. Мыл сам посуду и даже сам испек нам блины (в первый раз). Но неделя закончилась, и он вышел на работу. Славик отметил это дело тем, что перестал спать по ночам. Такой вот подарок папе. Четыре ночи без сна дают о себе знать. Теперь мы с Вовкой узнали, что такое газики у малышей. С дочкой мы таких проблем не знали.

В Лисютке начинает просыпаться ревность к младшему, не знаю, что будет дальше. Позавчера забрала у Славика соску и весь вечер ее сосала. Уговоры отдать не помогли. Она упорно тянула ее в рот. И это притом, что сама она от соски отказалась в пол года, а до этого сосала ее только исключительно на улице в коляске. Отбирать не стала, просто вечером убрала ее подальше, чтобы не соблазняла.

Третий день послушно открывает рот, чтобы ее накормили кашей и кажется при этом вполне довольной. Что тоже на нее не похоже. Как только она более менее научилась держать ложку кормить себя не давала в никакую, был бунт.Вчера когда кормила Славика, потребовала положить его в кроватку и идти с ней на кухню. Когда я сказала, что пока не могу с ней пойти, пыталась его снять с моих рук и сама уложить его. Если честно, то мне было смешно, а малышка обиделась. Мне так ее жалко. Понимаю, что ревнует, но уделять больше внимания не получается.

За последние две недели Лисютка сильно изменилась. Столько нежности от нее мы невидали никогда. Она стала больше обнимать и целовать меня. Приятно. Хотя и знаю, что за этим кроется. Я надеюсь, что ревность ее пройдет в скором времени. А все таки не смотря ни на что, я рада, что у меня такие лапочки детишки.