С этой заметки я начинаю серию рассказиков о нашей жизни в славном поселке Мулино Нижегородской области. О нашей жизни вне цивилизации и времени. Мулин Руж, блин.
Итак. Этот день неотвратимо приближался. День великого переселения народов. Народов в составе меня и Киры. Должна же была наша немногочисленная семья наконец-то воссоединиться после годовой разлуки и столько же срочного брака по переписке.
Неотвратимость этого дня одновременно завораживала и пугала. Сложновато было представить, как я смогу выжить в условиях одной комнаты общежития в оторванности от города и маминой помощи. Но это все потом.
Прежде надо было пережить Поезд!
Он был запланирован на раннее утро субботы. Билетов не было вплоть до среды. Здесь оговорюсь, что еще в понедельник все наши вещи были благополучно отправлены к папе, и Кира перебивалась с Моти на Емелю (те, кто знаком со мной давно, знают, что это наши игрушки, а Емеля даже получил небольшую порцию славы на широких просторах Интернета и ББ в частности). Все остальные игральные принадлежности уже ждали нас в комнатенке на четвертом этаже офицерского общежития. Кира скучала. В ход пошли коробки от обуви, посуда, расчески, веревки, косметика и резиновая подставка для кофейной чашки в виде морды свиньи, которая до сего момента была счастливо прилеплена на монитор сдохшего компьютера.
В среду, когда надежда на приобретение проездных билетов начала медленно таять, было нам счастье великое в виде двух нижних полок одного купе поезда Адлер-Воркута. Неплохой маршрутец у поезда, да?
Кира о грядущих переменах в своей жизни не догадывалась, так же как и о множественных страхах, населявших мою, с недавних пор крашенную, голову. А страхи были не простые, а самые что ни на есть ужасные, брошенные на благодатную мнительную почву моей души нашим скольки-то-там дюймовым экраном телевизора. В стране эпидемия! Мор! Свиной грипп валит людей толпами, мясо мстит нам! Да и Кира неплохо надругалась над свиной мордой, содранной с компьютера для компенсации отсутствия игрушек. В свете вышеописанных событий я была просто уверенна, что в нашем купе обязательно будет источник этой смертельной заразы.
К бою я подготовилась основательно. Гриппферон Кире в нос, два килограмма репчатого лука в сумку и купленная год назад, добытая из недр шкафа, а ныне дефицитная медицинская голубая маска. Берегись, гриппозный!
В четыре утра, вытащив из кроватки мирно спящего и ничего непонимающего ребенка и, для пущей убедительности наших намерений, закапав ему профилактические капли в нос, мы отбыли из отчего дома на такси.
У вагона нас уже дожидался проводник. Чтобы он сразу понял, с кем имеет дело, я с налета озадачила его провокационным вопросом: «В нашем купе чахоточные есть?» Проводник не растерялся и бойко отрапортовал, что все чахоточные как раз вышли и нашей медицинской безопасности ничего не угрожает.
Чтобы избавиться от последних сомнений, мы протерли все стены, полки и перекладины купе антибактериальными влажными салфетками. Приятная неожиданность – после протирки салфетки остались практически незапятнанными! Слава нашим проводникам! Отмечу, что никогда раньше я за собой подобного чистоплюйства не замечала. Но все бывает в первый раз, сказала я себе, методично нарезая крупную луковицу и раскладывая ее на местном столе. А вдруг и правда, здесь источник заразы ехал? Убьем всех потенциальных микробов! Не дадим свиньям ни малейшего счастья. И вообще. Я только говядину ем.
Повезло тому, кто вышел, также думала я. Наверняка он бы пришел в неописуемый восторг, проснувшись по утру в луковом угаре и обложенный со всех сторон репчатым. Да и маску на этого счастливчика я бы не постеснялась натянуть, если бы услышала хоть малейший чих с его стороны.
Проведя необходимые санитарные процедуры, мы с Кирой на пару часиков уснули. Никогда раньше и ни с кем я не делила широченную купейную полку!
Проснулись мы от громких криков населения нашего вагона. Представьте, люди едут с самого юга нашей страны до самого ее севера. Маршрут на девять суток, как позже рассказал мне проводник. Люди поезда уже действительно стали его населением, сдружились, сроднились. Пелевин, «Желтая стрела», однако. Итак, крики: «Галя!!! Галя!!! Тебе рыбу брать? Тута рыба за дешево! Скока тебе? Я себе взяла уже пять кило! Галя!!! Галя!!!»
Проснувшись, Кира принялась исследовать окружающий мир. Особо в этом мире ее интересовали закуточки, трещинки и прочие труднодоступные места со скоплением вековой грязи.
Весь день мы подкреплялись овсянкой из термоса, заедали печеным яблоком, бананами, перепелиными желтками, бубликами и печеньем и запивали водой. Вот и все меню, которое мы смогли придумать для маленького ребенка в его первом в жизни путешествии. Наши трапезы периодически прерывались возгласами горячего южного парня из коридора: «Вагон-ресторан продолжает свое черное дело!» - голосил он, чем несказанно повышал нам настроение.
Пару раз, совсем отощав от почти десятимесячной диеты, я не смогла справиться с туалетной дверью и на этой почве крепко подружилась с проводником. По великой дружбе он угостил меня мандарином и сообщил тайный смысл аббревиатуры РЖД, которая до этого у меня ассоциировалась лишь с отечественными железными дорогами. Читаем слева направо: Родная Жена Дома. Справа налево: Другая Жена Рядом. Вот так вот. Родные и Другие, задумайтесь!
Кире повезло больше, ей не прищлось вступать в неравную схватку с туалетной дверью, ее туалет всегда с собой. Желтый, пластмассовый, с зайчиком. Любимый. Его мы продемонстрировали всему вагону, гордо неся по узкому проходу вместе со всем содержимым. У населения вагона при виде подобного шествия в глазах возникала нескрываемая радость, нам улыбались, уступали дорогу. Только что руку не жали.
Наш следующий сон час оборвался не без помощи известной уже нам тетки. «Галя!!! Галя!!! Тебе яблоки брать? Дешевые! Писят рублей ведро! Я себе уже взяла! Галя!!! Галя!!!» Понятно. Очередная станция. Как оказалось, Саранск.
В Саранске, скажу я вам, живет великое множество бизнесменов. Работенка не сахарная. По мне, так вообще труд адский.
Бизнесмен первый: «Хрусталь!!! Сувениры!!! Хрусталь!!! Сувениры!!!» Трынь-тынь-дынь в один конец вагона, трынь-тынь-дынь в другой конец.
Бизнесмен второй: «Хрусталь!!! Сувениры!!! Матрешки!!! Хрусталь!!! Сувениры!!! Матрешки!!!» Маршрут тот же.
Пытаюсь укачать ребенка. Дверь купе отлетает в сторону. «Пирожки!!! Чебуреки!!!» Это очередной бизнесмен нарушил наше стерильное уединение. Попытки укачать кого бы то ни было оставляю до лучших времен – то был далеко не последний предприниматель.
Под конец нашего десятичасового путешествия Кира решила, что хватит уже быть к нам благосклонной, что две стены, дверь и окно с пролетающими мимо деревьями ей порядком поднадоели и начала выписывать немыслимые кренделя, чтобы подоходчивее донести до нас эту нехитрую информацию. Минуты до прибытия я считала чуть ли не на пальцах.
У трапа поезда в Нижнем нас благополучно встретили добрые люди и на машине, у которой одно колесо держалось на трех болтах из положенных пяти, довезли нас до славного поселка, где нам с Кирой предстоит провести ближайшие полтора года. Но это уже другая история.
?
