***
Вызвала с работы Стаса:
- Милый, приезжай, мне надо помочь собраться и отвезти в роддом, началось.
- Ты до вечера можешь подождать, я закончу работать, приеду.
- СТАС! НАЧАЛОСЬ! КАКОЙ НАХРЕН ВЕЧЕР???
- Че, совсем не можешь? (обреченно)
- НЕТ! 
В голове список с проставленными галочками: мобиль собрала, борщ приготовила, кашу сварила, рыбу потушила в шубе, кисель приготовила, сына искупала, сейчас покормлю и можно ехать. Мама забрала сына, Стас под мышку схватил меня, и мы на братовской машине помчались в приемный покой. Я сидела в аське и переписывалась с Линой и Женькой. Сказала, что Женьке завещаю кобылу, Наташке мотоцикл. Чувствую себя водопадиком, маленьким таким, но противным. И снова этот знакомый сладковатый запах вод. В роддоме решили устроить распродажу. В приемном покое ОЧЕРЕДЬ из 7 человек-беременных с мужьями, мамами и тетями. Я со схватками и мужем одна. Но я ж не знала, что со схватками надо идти без очереди. Стояла, переминалась больше часа на ногах, висела у мужа на шее, крутила попой похлеще чем тети в фитнесе, 2 раза девочки-регистраторши выходили покурить, на третий я не выдержала, вышла тихонечко на улицу и сказала, что у меня как бээ-эээ схватки и они нарастают, мне бээээ-эээ полежать, на крайняк, просто оформиться… Девочки всполошились. Быстренько меня завели, давление померили, послушали меня трубочкой (да-да, я таки мечтаю завладеть сим ценным предметом еще с прошлых родов), выдали прозрачную сорочку нежно-голубого цвета. Пока переодевалась, в комнате находились еще 4 девочки, у одной были сильные схватки и кровило. Она была вся перепуганная, плакала, зажималась, была в панике, говорила, что очень больно и не знала, что нужно делать. Другие девочки сказали, что ей никто помочь не в состоянии, а приемщицы только ругались с ней. Пришлось превращаться в консультанта, хотя у самой была лыба до ушей, и никто не верил, что схватки у меня уже идут каждые 3 минуты. Помню, как подхватила ее на свои могучие плечи, как объясняла ей технику дыхания на схватках, видела ее просветленное заплаканное лицо, что ей действительно стало легче. Ее увели в родзал, а меня увели через общий коридор на анализы и на разговор с доктором. Доктор ничего нового мне не сказал, схватки идут, шейка не открывается, в общем-то, все, как и в прошлый раз, я попросила ее дать мне немного времени, чтобы убедиться, что родовая деятельность прогрессирует. Меня в общем-то не с первого раза, но поняли, что я иду на кесарево, но хочу еще хоть какое-то время побыть в родах. На КТГ мой муж массировал и растягивал мне поясницу, как показала Лина, а я снова топтала его ребра и счастливо улыбалась и радовалась каждой схватке. Ощущение было нарастающей эйфории, и накрывала волна какой-то странной радости, которая помогала терпеть боль. Заходил анестезиолог, я попросила эпидуралку на кесареве, но как оказалось, мне ее нельзя, а может, решил перестраховаться. Немного огорчилась, что не услышу и не увижу мою только что родившуюся дочку, зато папа сиял, он слышал и видел всех своих детей раньше, чем я.
Потом повели на клизму, и я сидела в туалете и пряталась лишних 40 минут, чтобы еще побыть в этом странном ощущении схваток, радости, боли, приятного расслабления после. Девочка приемщица деликатно стучалась ко мне в кабинку, а я говорила, что еще не все и как я буду выглядеть на столе, если вдруг из меня неожиданно что-то вылетит, и сидела давила лыбу на белом друге. Потом попросила еще немного залить воды внутрь меня, ибо вода в кишечнике странным образом помогала смягчить схватку. Но как оказалось, на каждую роженицу положена только ОДНА ДВУХЛИТРОВАЯ КЛИЗМА и только 30 минут времени. Воды что ль жалко? А если не успеешь за 30 минут все из себя вылить? А если невышедшая за 30 минут вода из клизмы начнет выходить на потугах с содержимым? Эхх… Нипанятна.
А в роддоме распродажный ажиотаж нарастал. После меня приняли еще шестерых. В родзале, когда я проходила КТГ, лежали еще три девочки со схватками.
Меня еще раз осмотрели на кушетке, разрешили полежать еще полчаса, пока будут готовить операционную. Время было полдевятого вечера. Помню, как шла в конец коридора, когда позвали. Вся такая прозрачная, летящая, и боящаяся умереть. Впервые в жизни самостоятельно залезла на операционный стол. Хирург, которая проводила операцию, спросила, надо ли мне мою красивую татуху совмещать после разреза. Конечно надо! Пристегивали ремнями, животная жуть поднялась из желудка, и стало страшно. Захотелось вырваться и убежать, только чтобы оставили в покое. Ровно до очередной схватки. Мозг переключился на дыхание, а анестезиолог, увидев, что я еще и клаустрофоб, стал со мной разговаривать как с психом. Начал рассказывать мне про наркоз, что даст его немного и тырыпырым. Он исполнил договоренность, я проснулась внепланово на столе, когда из меня кажется - выливали воды. Слышала сопение дочи, видела какой-то блестящий предмет похожий на половник, адская боль, крик: проснулась!!! Наркоз!!! …И меня вырубили. Когда очнулась во второй раз, показалось, что вырубили меня минимум отбойным молотком по голове. Снова командный голос: трамадол!!! Просили, сильно просили покашлять, чтобы вынуть трубку из горла. Помню, как собиралась с силами сделать вдох для кашля, даже палец подняла на правой руке, чтобы дали мне 5 секунд времени собрать себя из размазни в кучу. Челюсть болела так, как будто мне надавал по роже сам Кличко. Потом снова вырубилась и очнулась уже в палате, рядом стоял анестезиолог и спрашивал, хорошо ли я себя чувствую. ))) Ага! Шутник. Еще и мужа нет, а где ребенок? Сколько он весит, какой рост? Почему все молчат? Опять страх… Стала требовать мужа и ребенка. Громко требовать. Очень громко требовать. Через 20 повторений выдали мне мужа, через 40 – с удивлением ребенка. Муж приложил мелкую к груди, и гладил меня по волосам. Сказал, что он счастлив, я успокоилась, под мерные первые чмоканья дочи уснула, а муж ушел из реанимации. Доня родилась всего на 10 минут позже, чем Федор. В 21-27. В ту ночь, на распродаже в роддоме 36 малышам нашлись мамины руки….
