Я думала, что главное в погоне за судьбой -

Малярно-ювелирная работа над собой:

Над всеми недостатками, 
Которые Видны,
Над скверными задатками,
Которые даны,
Волшебными заплатками,
Железною стеной
Должны стоять достоинства,
Воспитанные мной.

Когда-то я так думала
По молодости лет.
Казалось, это главное,
А оказалось — нет.

Из всех доброжелателей

никто не объяснил,

Что главное, чтоб кто-нибудь

Вот так тебя любил:
Со всеми недостатками,
Слезами и припадками,
Скандалами и сдвигами
И склонностью ко лжи —

Считая их глубинами,

считая их загадками,

Неведомыми Тайнами

твоей большой души!

Научиться бы, ВИДЕТЬ хорошее, в пасмурных днях, 
Разглядеть бы улыбку, средь сотен нахмуренных лиц. 
Ничего не боясь, никого и ни в чём, не виня, 
Поиграть бы с судьбой и желательно, чтобы не в блиц. 
Научиться бы, ВЕРИТЬ, весёлым и добрым стихам, 
И в мечтах, улетая в былое, за тысячи вёрст, 
Взяв мальчишку за руку, за счастьем ходить по пятам, 
Целоваться в подъезде и думать, что это - всерьёз. 
Научиться бы, СЛУШАТЬ, а лучше всего – понимать,
И себя, и других, заглушая душевную боль. 
Непосильная ноша, которую нам не поднять, 
Невесомой окажется, если на сердце любовь. 
Научиться бы, ЖИТЬ, никогда никуда не спеша, 
Любоваться прибоем и чайкой, что в небе кружит. 
И просоленным воздухом полною грудью дыша... 
Наслаждаться мгновеньем с коротким названием –
ЖИЗНЬ!

Я собираю запахи весны, Я наслаждаюсь эрой послезимья,
Уходит мир холодного унынья, И возвращаются ко мне цветные сны.
Я собираю запахи дождей, Что отмывают от печали душу,
Я проводил простуженную стужуПод теплый дождь до самых до дверей.
Я собираю золото тепла, Что пролилось из синего простора,
И ветерком откинутая штора Меня ослепит радугой стекла.
Меня разбудит птичий разговор, И ранний свет, и утренняя свежесть,
И рук твоих, вернувшаяся нежность, Которая дремала до сих пор.
Я буду ждать зеленый водопад, Что вырвется из почек на свободу,
Я так люблю ожившую природу, Ведь у нее твой изумрудный взгляд.
Я соберу весенние цветы, Мне ближе всех мой ландыш серебристый,
И как весна, я радостный и чистый Сойду с ума от этой красоты…

У меня их двое.
У меня – не много.
Ем на кухне, стоя,
Чтоб никто не трогал.

Я могу одеться
По горящей спичке;
Кошку, как младенца,
Нянчить по привычке.

Знаю, как построить
Башню и машину.
Знаю, как устроить
Куклам именины.

Делать я умею
Шлейф из покрывала.
На сто лет умнее
За три года стала.

Я читаю: «Ма-ма»
Утешаю… «Мамаааааааа»!
Отвечаю: «Мама?»
И качаю:
«Ма-а-ма».

Своё счастье строим
В маленькой квартире. 
У меня их двое,
А хочу – четыре…

Одиноко брела старушка 
Через двор, по дороге домой. 
А немного поодаль девчушка 
Испугалась собаки хромой. 
Громко всхлипнула, задрожала; 
Куклу Машу прижав к груди, 
К своей матери подбежала 
С криком: «Мамочка, защити!» 
Мама дочери улыбнулась, 
Приголубила, наклонясь. 
А старушка, вдруг пошатнулась 
И осела, за сердце держась. 
Не внезапность в том крике звонком 
Довершила в груди надлом – 
Фраза, сказанная ребёнком, 
Ей напомнила о былом: 
Годы молодости беспечной… 
Он уверенность ей внушал; 
Говорил о любви сердечной, 
Но узнав про «живот» – сбежал. 
«Коль ему не нужна забота, 
То и мне,» – рассуждала мать. 
А внутри незаметный кто-то 
О себе ей давал понять: 
«Это я, это твой ребёнок. 
Ты не видишь, но можешь узнать. 
Потерпи, наберусь силёнок, 
Чтобы вскоре тебя обнять. 
В эту трудную жизни минуту 
Ни отца, ни себя не кори. 
Я тебе улыбаться буду 
На кроватке в лучах зари. 
От тебя попрошу лишь ласки – 
Пусть хоть изредка, перед сном 
Почитай мне из книжки сказки: 
«Теремок», или «Кошкин дом». 
Не заметишь, как возрастая, 
Я помощником стану тебе. 
Я любить тебя, дорогая, 
Буду в радости и в беде…» 
Только голос тот не желала 
Слушать девушка: «Точка. Нет!» 
И решительно постучала 
В час назначенный в кабинет. 
Ей хотелось «освободиться»… 
Дан наркоз и подходит врач. 
Но внезапно, сквозь сон девица 
Услыхала младенца плач. 
Что казалось совсем не важным, 
То стонало, кричало в груди: 
«Нет, не надо!.. Прошу!.. Мне страшно!.. 
Мама, мамочка, защити!..» 
В тот ненастный осенний вечер 
Дома девушке не спалось: 
Больше детской не слышно речи, – 
Что-то в сердце оборвалось. 
После – жизнь, словно третьего сорта. 
В одиночестве стала стареть. 
А не будь рокового аборта, 
Уж могла бы внучат иметь… 
Но сегодня, в одно мгновенье 
Вновь обрушилось словно гром 
То далёкое преступленье, 
Что скрывала в себе тайком. 
Сердобольный народ собрался: 
Валидол положили в рот; 
Парень вызвать врачей пытался, 
Набирая несложный код. 
Люди, медиков ожидая, 
Созерцали, не в силах уйти, 
Как несчастная, умирая, 
Повторяла: «Прости, прости…» 
Вдруг разгладились складки кожи 
И покой на лице застыл. 
И сказал из толпы прохожий: 
«Видно Кто-то её простил» 

 

Сижу реву... Не дай бог никогда оказаться перед выбором - не как эта дура, а перед настоящим... Не знаю, как вообще не бояться обсуждать такие темы и говорить "я бы никогда"... Вот как она - никогда. Не надо папе - пинком под зад пешеходно-эротическим маршрутом... но все бывает... Бывают медицинские показания... Бывает 15 лет и ультиматум родителей... И много чего еще... Не суди, да не судим будешь.

Когда мы только начали встречаться с мужем, была осечка и я пила постинор. Это не аборт вроде. Но долго потом вспоминала об этом, все пять лет, пока Бог не давал нам детей. Да и сейчас иногда думаю - если был бы тогда ребенок - он бы в школу уже ходил. И ничему бы он не помешал, может и лучше бы все сложилось. И все равно наверное мы с его папой полюбили бы друг друга...

Хорошо, что сейчас у нас две зайки) Это великое счастье и большое искусство - уметь не жалеть ни о чем, что тобой было сделано.

 

Боже, дай мне сил изменить то. что я могу изменить,

Мужество принять то, что я изменить не в силах

И мудрость, чтобы первое отличить от второго.