Елена Дранова:
Эту статью о развивающих игрушках я писала очень долго, пытаясь соединить свой личный опыт, свои чувства как родителя и те знания, которые у меня были, в материал под названием «Вот как, по-моему, надо играть с детьми». Потом я поняла, что делать этого не надо. Не надо никого ничему учить и превращать живой опыт и живые отношения в ряд рекомендаций. Пусть лучше будет, как в жизни – живые люди с одной стороны и умные книжки – с другой, открытый конец и вопросы без ответа.
…Понятие «развития» в наше время стало более ясным, чем понятие «счастья».
(К.Н. Леонтьев, «Владимир Соловьев против Данилевского»)
Родительский опыт
У меня двое детей. И я всегда была, что называется, активной мамой, то есть старалась дать своим детям самое лучшее. Из того, что мне казалось хорошим. Мой старший сын родился как раз в начале бума «развивающих игрушек» и книжек вроде «Растим гения». Развивающие игрушки быстро стали модой и понравились многим родителям. Еще бы! Не просто игрушки, а полезная вещь, купил таких игрушек побольше, дал их ребенку «на, детка, развивайся»– и ты хороший родитель! Не подумайте только, что это я о других родителях пишу. Нет, это я исключительно о себе.
Я ведь тоже была захвачена идеей развивающих игрушек. Ходила на выставки, лазила по специальным сайтам, разговаривала со всеми, кто мне казался более опытным и продвинутым родителем/воспитателем, чем я. Осваивая вместе с сыном развивающие игрушки, я просто вынуждена была «вернуться в детство» и играть в них сама. Почему? Да потому что он как-то не стремился в них играть…
И вот мы с ним «играли»: бросали в сортер геометрические фигурки и называли их (треугольник, овал, круг и т.д.), в рамочки складывали формы (опять геометрические или – что немного веселее – фигурки животных).
И я довольно быстро поняла, что лично мне эти игрушки совсем не нравятся. И я в них играть не хочу. С ними нельзя придумать ни одной фантастической истории, ни одной живой игры. Их нельзя любить, прижимать к себе. Понаблюдав за своим сыном, я увидела, что и он не желает «развиваться» по науке, а все норовит построить дом, покататься на машинке, поплескаться в луже, забить вместе с папой гвоздь или вместе с мамой печь пироги или мыть пол… Из всех игрушек, которые я покупала, сын играл только в конструктор и машину (знаете, такую, на которой можно кататься, отталкиваясь ногами от пола).
Я еще по инерции с уважением продолжала относиться к развивающим игрушкам. И считала себя ленивой мамой, до которой никак «не дойдет» или которая просто мало старается…И всегда я тосковала, когда наступало время играть с сыном – и играть не хочется, а надо, и о себе плохо думаешь....
Но однажды, когда моя знакомая стала жаловаться мне: «представляешь, купила сыну за безумные деньги развивающий центр, а он к нему даже не подошел, а вот надувному копеечному шарику целый день радовался!», я вдруг подумала (тем более, что развивающий центр был у меня перед глазами), что мальчик прав. Как в ЭТО можно играть!
Я вспомнила свое детство, свои игрушки и игры…Ничего особенного – куклы, дочки-матери, магазин, строительство «домушек», игры с водой, супы и каши из песка и компот из клевера, фантики…Но игры всегда доставляли мне удовольствие. Понимаете, было приятно насыпать в кастрюльку песок, лить воду, из спичек и головок цветов делать дам и кавалеров и устраивать балы, заворачивать камушки в бумажку и отсчитывать монетки, играя в магазин… И весь смысл игры был только в том, что она доставляла радость.
Я не помню, чтобы мы СКУЧАЛИ. А мой старший сын явно скучал. И его приятель тоже. Игрушек у них было море – по сравнению с моим детством, а игры и живого интереса не было.
И я уже основательно задумалась о том, какие игрушки нужны детям? Нужны ли они им вообще? И почему эти правильные развивающие игрушки не делают детей счастливыми, а заставляют их скучать?
И мне очень захотелось спросить других родителей:
1) В какие игрушки и игры играют ваши дети?
2) Скучают они или нет в окружении игрушек?
3) Чему Ваши дети действительно радуются?
4) Вы никогда не замечали, что дети играют даже без игрушек – с подручными, что называется, средствами – кастрюлями, корзинами, тряпочками, шишками, т.е. с любыми предметами? Не приходила вам в голову мысль, что игрушки, которые мы азартно покупаем (и тратим на них большие деньги) не очень-то детям нужны или даже совсем не нужны?
5) Не кажется ли вам, что если учить ребенка тому, что он в своем возрасте не может/не хочет – значит стараться сделать из него кого-то, кем он не является, т.е. просто не принимать его таким, какой он есть. Может, он и приобретет какие-то навыки, но будет ли он ими пользоваться? и сделает ли его это счастливым?
А счастливым ведь быть очень хочется. Вы заметили, что и дети, и взрослые счастливы и радуются, глядя на улетающий в небо шарик?
Психологи и педагоги Германии о жизни без игрушек
Жизнь без игрушек – звучит довольно грустно, но в реальности это получается совсем наоборот. Эту идею проверили на практике во многих детских садах Германии. Результат этого на первый взгляд сомнительного опыта оказался очень позитивным: дети меньше конфликтуют друг с другом и - к удивлению скептиков - они гораздо меньше скучают.
Некоторым родителям настолько понравился результат, что они взяли идею на вооружение и стали устраивать «выходные для игрушек» и дома.
Оказавшись без игрушек, дети становятся – вопреки ожиданиям взрослых – очень активными, начинают придумывать новые идеи для игр. Они «включают» фантазию и превращают в игрушки самые обычные предметы домашнего обихода. Стол, стулья, табуретки, подушки, скатерти или простыни становятся очень ценными вещами для игры. Но – и это самое главное – значение партнеров по игре вырастает невероятно, дети становятся друг другу очень важны.
Идея «игрушки уехали в отпуск» возникла в середине 90-х годов в Баварии в католических детских садах. Родители встретили эту идею с большим скепсисом. Она проверялась в нескольких группах, «отпуск игрушек» доходил до 3 месяцев в году.
Воспитатели детских садов, в которых проводился эксперимент, установили, что во времена «отпуска для игрушек» дети общаются друг с другом более заинтересованно, их отношения становятся более прочными, поэтому дети чувствуют себя в коллективе более уверенно. Очень позитивно сказываются такие каникулы на развитии речи. Прогресс именно в этой области наиболее впечатлил воспитателей и родителей. После проведения эксперимента детей опрашивали, чего же им не хватало, и они называли, как правило, кубики, конструкторы Лего и кукол. Т.е. те игрушки, которые требуют активности от ребенка. На скуку не пожаловался ни один ребенок!
Наблюдения воспитателей из баварских детских садов дополняются опытом вальдорфских детских садов и лесных детских садов (аналоги наших лесных школ), где готовых игрушек у детей практически нет. Дети играют на природе с палочками, камнями, каштанами, платочками и другими подобными «простыми» вещами – и на жизнь не жалуются.
Идея «каникул для игрушек» - это повод для нас, взрослых, еще раз задуматься и вспомнить (многочисленные примеры мы находим в собственной истории и в культуре других народов): для того, чтобы играть, детям не нужны специальные предметы, все необходимое для игры – у них внутри.
Этологи о значении игры или Игра - дело серьезное
Этологи видят в играх тренировку, проверку выполнения врожденных программ поведения. Молодые животные очень много играют – между собой, с родителями, с детенышами других видов, с предметами. Игры не только приятное провождение времени, они необходимы для полноценного физического и психического развития. Лишенные игр детеныши вырастают агрессивными, трусливыми. Их реакции на ситуации, особенно при контактах с другими особями, часто ошибочны. Если, скажем, львята не будут играть, они не смогут охотиться, когда вырастут.
Игры в догонялки, прятки, пап и мам, кормление кукол, уход за ними, борьбу, коллективную борьбу (войну) – все знакомые темы детских игр, общие с животными. Поэтому дети так легко находят общий язык и играют со щенками, котятами, козлятами. Увлечение строительством примитивных настилов, шалашей, тяга к пещерам, дуплам («игры в домушку») – это уже чисто человеческая врожденная программа. Подготовленные взрослыми сооружения нравятся детям намного меньше, чем те неподходящие с точки зрения взрослого предметы, которые дети находят в природе или своем окружении сами.
В.Дольник «Непослушное дитя биосферы»
Игры и игрушки дворянских детей
…Игрушки у нас были самые простые: небольшие гладкие шарики или кусочки дерева, которые мы называли чурочками; я строил из них какие-то клетки, а моя сестрица любила разрушать их, махнув своей ручонкой.
С.Т. Аксаков. Детские годы Багрова-внука (глава Отрывочные воспоминания)
Игры и игрушки крестьянских детей:
Девочки в любое время года с самого раннего возраста любили играть в лодыжки. Эти суставные косточки, оставшиеся от бараньего студня, они копили, хранили в специальных берестяных пестерочках, при случае даже красили. Игра была не азартная, хотя очень продолжительная…, развивающая ловкость и быстроту соображения. Самые проворные держали в воздухе по три-четыре лодыжки одновременно, подкидывали новые и успевали ловить.
Весной..маленькие дети устраивали «клетки» где-нибудь на припеке, куда не залетает северный ветер. Две-три положенные на камни доски мигом превращались в дом, вытаявшие на грядке черепки и осколки преображались в дорогую посуду. Подражая взрослым, 5-6-летние девочки ходили из клетки в клетку, гостились и т.д.
Для мальчиков отцы, либо деды обязательно делали «кареты» - настоящие тележки на четырех колесах. Колеса даже смазывали дегтем, чтобы не скрипели. В «каретах» дети возили «сено», «дрова», «ездили на свадьбу», просто катали друг друга, по очереди превращаясь в лошадок.
В.Белов. Повседневная жизнь русского Севера
Елена Дранова,
гл.редактор сайта
(в статье использованы материалы специального портала для родителей, педагогов и психологов Германии «Игра&Будущее» (spielundzukunft.de)
Комментарии к статье
Елена Абдулаева (ведущий специалист детский психолог, вальдорфский педагог):
Действительно, есть игрушки настолько «примитивные» с точки зрения современного обыденного сознания, что и посмотреть-то не на что. А тем не менее в них живут – действительно ЖИВУТ и могут действовать разные существа. Это могут быть образы ребенка, зверенка, старичка или младенца - со своими настроениями, желаниями, словами и жестами. Это всё вдыхает в них фантазия ребенка. Там, в этих простых игрушках и материалах, ЕСТЬ место для этой фантазии. Никто лучше самого ребенка не скажет за куклу, что же она хочет сказать, никто лучше него самого не поймет, что хочет его игрушечный щенок.
Интерактивные образные игрушки – собаки, кошечки и разные неизвестные науке существа скажут всё – даже «Я тебя люблю. Погладь меня, а теперь обними». Но там не живет тепло и сердечность отношений. С ними ребенок немеет. И/или превращается в их приставку. При этом его собственная фантазия, представления хиреют, умирают, не родившись.
Так называемые развивающие центры – это водопад различных ощущений для восприятия младенца, но там нет места тишине и возможности сосредоточиться, прислушаться, повторить действие и спокойно послушать свое ощущение от него. Шуршание - пение – скрипение многочисленных искусственных материалов обрушивают на младенца водопад ощущений. Оказавшись среди их, ребенок вынужден мчаться от одного впечатления к другому, не особенно вникая. Это сначала увлекает, потом возбуждает и - утомляет малыша, но не ведет к развитию способности восприятия и внимания.
Детям действительно жизненно необходимо вчувствоваться в свои возможности, в ближайшее окружение, в жизнь окружающих старших - именно в те предметы и дела, что у них есть. Поэтому часто дети раннего возраста игнорируют игрушки и предпочитают самым диковинным центрам и моделям настоящие вещи, инструменты и материалы родителей. Это способ освоения мира взрослых – через настоящие предметы и подражание понятным, ежедневно повторяющимся действиям с ними.
Игра и манипуляции с неоформленным природным материалом несет колоссальный познавательный и развивающий потенциал. Ведь беря в руки кусок коры, палочку и т.п. ребенок сразу воспринимает огромное множество ее свойств, которые не возможно, да и не нужно для нормально развивающегося ребенка разбивать на части. Воспринимает ее форму, вес, размер, качество и особенности поверхности, цвет и отношения со светом; при первых же действиях познает устойчивость, катучесть, если повезет, плавучесть, сдуваемость, соотношение по форме и размеру с рукой, с другими предметами; исследует на что эта вещь годится – катать, копать, накрывать, втыкать, смотреть сквозь, превращаться в кого-то или во что-то и т.д. Всё это в таком разнообразии, как природа, никакой специальный, искусственно созданный предмет не дает. Именно поэтому гораздо большее количество разнообразной информации несет изогнутая палочка, причудливый камень, лоскут текстиля, чем специально изготовленные эталоны.
В каждом возрасте это разнообразие свойств и превращений одной и той же малооформленной вещи обретает свой смысл. Дети раннего возраста исследуют с увлечением свойства – почему-то в эту кастрюльку предмет входит, а в эту – нет. Звучит так или иначе, легко сминается или вообще не меняет форму, удерживается ли в сложенном виде или разворачивается, можно сложить в стопочку или нет и т.д. Потом настает момент, когда в неоформленном материале ребенок узнает какой-то образ. Трубу, по которой течет вода, фонендоскоп, который доктор прикладывает к груди, сгорбленного старичка, оленя с ветвистыми рогами т.п.. Одна простая вещь будит в нем всё новые и новые ассоциации, простраиваются новые связи, которые всё дальше отходят от изначальной данности. В этом упражняется интеллект. Этот растущий многоступенчатый ряд, развивающийся в образной игре, означает гораздо более вариативное, сложенное и многоплановое развитие, чем выбор из уже продуманных взрослыми комбинаций чего-то «правильного». Ребенок сам задает и ищет подтверждения СВОЕМУ «правильному» по тем параметрам, которые для него в данные момент выступили на первый план. Эту многоплановую вариативность детского воображения взрослые часто не в состоянии охватить и оценить, потому что игра не ценится как средство освоения и усвоения жизнеустройства. Игру вытесняет усвоение эталонов, придуманных кем-то заданий, ответы на не возникшие еще у самого ребенка вопросы.
Между тем исследования показывают, что увлеченно, с фантазией играющий ребенок имеет к 6 годам более высокий уровень умственного развития, чем его «образованный» «раннеразвитый» неиграющий сверстник. Самостоятельность, креативность, уверенность у ребенка много и увлеченно играющего преобладает над этими качествами рано обучаемых детей. Управление своим вниманием и целенаправленность действий – тоже. А главное, на высоком уровне общение со сверстниками и такие человеческие ценные качества, как соучастие и сочувствие.
Игрушка, конечно, должна привлекать. Но не просто привлекать яркостью, необычностью, развлекать диковинностью, а давать длительную РАДОСТЬ ДЕЙСТВИЯ с ней, желание и возможность самостоятельных действий, поиск многообразия ее употребления. Такие НАСТОЯЩИЕ игрушки еще надо поискать… Но именно они и составляют бесценный арсенал развития в игре.
Алена Лебедева (ведущая курса «Потягушеньки» для молодых мам с детьми от 0 до 1 года. семейного центра «Рождество», мама 6 детей, акушерка):
То, что ребенок учится, играя, мы давно поняли, но то, что учась, он не играет — ушло от нашего внимания. Покупая различные развивалки детям, мы не только отвлекаем их от настоящей игры, мы упрощаем их восприятие мира, загоняя в понятия «овала», «квадрата», «треугольника». Только в игре ребенок начинает делать своим собственным опытом то, что он подметил на досуге в жизни. Ведь если он эту ситуацию не проговорит, не проиграет в разных вариантах, этот опыт уйдет от него, забудется. Действительно, кусочки материи, веточки, деревяшки дадут возможность ребенку задуматься и воображать, повторять и копировать, выражая к этому свое отношение. А вот трансформер проведет только по заданной схеме. Слишком конечен результат, чтобы гения, каковым является каждый ребенок от рождения до 5 лет, ограничивать в фантазии