Мой дом стоит на берегу океана и о таком жилище я мечтал всю жизнь. Он надëжен, крепок, в нëм безопасно ночами.
Мне не страшно.
Почти...
До сих пор не знаю, что меня пугает больше. Одиночество или то, что когда-нибудь оно будет нарушено... (с)
ВНИМАНИЕ: МОГУТ БЫТЬ СПОЙЛЕРЫ
Алексей Пехов, безусловно, мастер. Маэстро. И не фэнтези единым, как говорится (вспомним хотя бы «Дождь»)... В общем, это тот уникальный случай, когда я перечитала произведение практически сразу же. Первый раз апрельской дождливой ночью, второй – солнечным майским днём на шелестящий листвой аллее. Знаете что, даже не скажу с ходу, когда было страшнее.
Здесь, как в незабвенных «Соснах», не сразу понимаешь, в чем, собственно, суть и соль. Сперва, ну то ли отпускника записи, то ли добровольного отшельника, не слишком жалующего людей. Потом становится ясно, что в окружающем мире что-то не то: то ли война, то ли революция, то ли распоясались банды или, может, картели. Потом становится ясно, что дело в эпидемии. Потом – что эпидемия уже достигла своего пика. Три года назад по сюжетному времени.
Перед нами постапокалиптика, амигос. Здравствуйте, давно не виделись. Повесть завершена в 2021 году, и совершенно понятно, какими событиями она навеяна.
Небольшое произведение, стилизованное под дневниковые записи. Главный герой, бывший ДО специалистом по продаже комплектующих к принтерам, оказался явно успешным менеджером, и сумел выжить в резко изменившемся мире. Теперь он живёт на берегу океана, один на многие километры вокруг, ловит рыбу, пьёт на закате виски, имеет глобальные запасы воды и еды, автомобиль «под парами» на случай внезапного бегства и пулемёт на балконе.
Сам о себе говорит, что изрядно трусоват. Боится двигаться дальше, туда, где, возможно, ещё есть люди, однако и от одиночества страдает тоже. Вроде бы, где-то рядом есть некая Мадлен, с которой они вместе прорывались из мест, где грянуло и закипело, но с ней явно что-то нечисто. Из размеренных строк дневника следует, что наш герой навещает её, но в чем смысл жить в такой опасности порознь? Складывается впечатление, что они или в глубоком конфликте/кризисе отношений, или хуже... гораздо, гораздо хуже. Я строила версии о том, что Мадлен: а. умерла; b. заражена; c. убита Марвином при перерождении; d. плод его фантазии. Везде мимо.
Итак: однажды Марвин покидает свой дом, чтобы отправиться на помощь группе людей, которые прячутся от зомби в городке в трёх часах езды. Сигнал пришёл по радио. Марвин не смог остаться в стороне.
Три часа езды превращаются в полную жутких приключений дорогу. Вопрос только в том, вернётся ли однажды Марвин в свой океанский дом, где у него есть всё для относительно безопасной и удобной жизни. Всё, включая белый крест с табличкой, на память о том Марвине, что жил в мире, где была цивилизация, толпы людей, закон, порядок, ванильный коктейль, вакцины и интернет, до того, как грянул спровоцированный мутацией вируса апокалипсис...
Очень небольшая, очень ёмкая и одновременно глубокая вещь, поднимающая проблемы одиночества и человечности. Более того – человечности в нечеловеческих условиях. Мир прописан резкими выборочными мазками, но это полноценный живой мир, в который веришь. Возможно, идея структуры эпидемии (её последствий в частности) покажется несколько вторичной тем, кто читал «Ещё жива» Алекс Адамс, но вотэтоповорот с Мадлен однозначно авторский, и он не просто меняет ракурс финала. Он меняет всё: причины, следствия, логику персонажей.
Собственно, поэтому я и прочла дважды почти подряд. Сперва вслепую, когда всё было тем, чем казалось, а потом, уже зная интригу – и тогда всё было уже не тем, чем кажется. Интересно было оба раза. Жутковато тоже.
ЦИТАТЫ:
1. Мой дом стоит на берегу океана и о таком жилище я мечтал всю жизнь. Он надëжен, крепок, в нëм безопасно ночами.
Мне не страшно.
Почти...
До сих пор не знаю, что меня пугает больше. Одиночество или то, что когда-нибудь оно будет нарушено...
2. Как быстро цивилизация вгрызается в наши кости и как легко она из них вымывается!
3. Одиночество – то ещё испытание. Сперва считаешь, что тебе никто не нужен, а потом ищешь хоть кого-нибудь, любого незнакомца, лишь бы перекинуться с ним несколькими ничего не значащими фразами о какой-нибудь глупости вроде погоды.
4. Трусость – страшный якорь.
5. Вот было бы гораздо проще, останься в мире интернет.
6. Сейчас почти весь мир – мертвецы.
7. Люди стали промежуточным звеном, ступенькой для появления новых видов. Никто из нас не испытывает никакой гордости по этому поводу.
8. Пусто. Мир пуст. Заброшен. Оставлен. Словно люди ушли, бросив на произвол судьбы всё, чего они достигли. Чем жили.
Да так оно и есть. Ушли в землю. Или на Небеса. Кто во что верит.
Сияет солнце. Поют птицы. И никого.
Пустая равнина. Пустая дорога. На мосту через реку Трент уже основательно проржавевший лист металла и выцветшая надпись: «Дальше хуже».
9. Просто... просто дети не должны жить в таком мире.
Пустом. Без людей. Наполненном чудовищами из ночных кошмаров.
Чудовища должны оставаться в сказках и комиксах. И их должны убивать рыцари и супергерои.
В реальной жизни им не место.
Но мы, увы, не в сказке.
10. День Независимости. Он теперь у нас более настоящий, чем прежде.
Мы независимы от всего: от правил, законов, условностей и даже вежливости. Делай, что хочешь и что можешь. И ничего тебе не будет.
Некоторые так и поступали. Те, кого законы сдерживали. В первые месяцы многое случалось на дорогах и в городах. Помните тот фильм? «Судная ночь»? Здесь же были «Судные месяцы», когда шла агония человеческой цивилизации.
А потом всё резко кончилось.
Цивилизация. И желавшие потешить свои тëмные желания. И те, кто оставался правильным до конца. И даже большинство заражëнных. Теперь наша Независимость – это свобода. Но не та, о которой мечтали отцы-основатели.
Другая. Пустая. Одинокая. Наполненная страхами. Желанием стать незаметными для новых видов, появившихся среди нас.
11. Стоит ли бояться других людей? Наверное. Возможно. Не знаю. Дело в том, что я в последний год встречал их лишь дважды. И один из них лежал убитым в поле. Да. Убитый другими людьми.
12. В фантастических книгах и фильмах выжившее человечество сражается за ресурсы. Еду. Патроны. Оружие. Топливо.
Действительность нашего мира – это не может быть причиной для конфликтов. Во всяком случае пока.
Три года – не срок. Слишком мало времени прошло. А нас... нас тоже слишком мало. Люди – исчезающий вид. И они не могут освоить такое количество ресурсов.
13. Сейчас редко кто думает о чужих шкурах, когда твоя в смертельной опасности.
14. Влезть в толпу заражëнных прекрасный лëгкий способ самоубийства, к тому же ещё с оправданием, мол, хотел спасти людей.
Погиб не напрасно.
15. Я сошëл с дороги в высокую траву. Такую же холодную и мокрую, как весь мир. Шëл сквозь неë, держась шоссе, затем взял южнее, к ферме Сандерсона – большому комплексу ангаров, складов, закатанному в бетон, со стоянкой, полной прицепов для грузовых фур. Туда лезть не стал, мало ли. Сорванный ветром плакат, теперь висевший на одном крепеже «Здесь есть выжившие!» доверия не внушал.
16. – Вы берëте на себя слишком высокий риск из-за неизвестных людей, Марвин. У вас есть причины делать столько шагов к самоубийству? (Лэрри)
17. До случившегося оружие находилось далеко от области моих интересов и увлечений. Разумеется, когда припекло, стрелять учишься быстро.
18. Никто не идеален. Некоторые совсем не идеальны. Местами даже преступно глупы. Смертельно.
19. Все мы бывали одиноки в новом мире по тем или иным причинам.
20. Одиночество. Порой оно было невыносимым. Особенно в августе, когда с океана приходили шторма и непогода. Я запирался в доме и надеялся, что ветер не разбираться его на кусочки, а волны, которые захлëстывали пляж, не заберут в пучину вам, что останется.
Даже зимой, когда иногда налетал заряд мокрого снега, а от холода не находилось спасения, было проще.
Многие выжившие, оставшись одни, не выдерживали и накладывали на себя руки. Самоубийств в эти три года случилось не меньше, чем укусов заражëнных. От страха, от безысходности, от потери близких или привычного мира.
От шока из-за случившегося.
21. Большие группы людей, как бы добры они не были к тебе, несут беду. И привлекают внимание тех, кто теперь охотится на человека разумного.
22. – Безопасных мест нет. Чем быстрее мы это поймем, тем больше будет шансов. (Марвин – Лэрри)
23. – Равнина и океан прокормят всех. (Марвин – Лэрри)
24. – Это было правильно спасти хоть кого-нибудь. (Мадлен)