Когда у меня появилась первая осознанная и желанная кукла, я сразу и без труда придумала ей имя. Та же участь постигла и вторую и третью… Куклы были чудесные, красивые, и имена у них были чудесные – Аурика, Диана, Кристина, Алеся, Виолетта… Взрослея, я мечтала о ребенке, придумывая имена и для сыночка и для доченьки. Заводила блокнотик и записывала их туда, теряла блокнотик. Снова заводила и снова записывала. После первого брака имя было выбрано, но вот называть было некого, не давал бог нам детей, а мы и не просили. Ко второму замужеству вопрос об имени стал так актуален, что записки с именами у меня по всем телефонам, компьютерам и ежедневника рассредоточены были. Уже можно не одну женскую сборную назвать поименно. И все имена снова были чудесные – Радмила, Ярослава, Маргарита, Милена… Списки стал корректировать мой любимый супруг, и полетели все заморские имена далеко-далеко. И я с ним в общем-то солидарна…Почему же все эти чудесные имена напрочь повылетали из меня как только я узнала, что у меня будет дочка? Почему я как буриданова ослица не могу остановиться на одном имени и наполнять его смыслом? Я жду, наверное, когда впервые увижу свою малышку, она мне точно скажет, как ее зовут. Видимо так. Но пусть пока готовится и выбирает: кем ей хочется быть Настенькой или Дашулькой.
Очень хочется не повторить исторический случай:
Звонит приятель Изе Шапиро.
- Слушай! У меня родился сын.
Придумай имя - скромное, короткое,
распространенное и запоминающееся.
Изя посоветовал: - Назови его Рекс.
(С. Довлатов. Записные книжки)
