Род Мюнхаузенов великий и почетный. В родословном древе Мюнхаузенов начиная с ХII века насчитывается 300 персон, 50 из них и ныне здравствуют. В Нижней Саксонии можно насчитать около 20 замков, которые принадлежали и принадлежат членам этого древнего рода.
8 персон из рода Мюнхаузенов были министрами германских земель в ХVIII и XIX веках. Среди них такие великие люди, как ланд-скнехт Геттингенского университета Герлах Адольф фон Мюнхаузен, также великий ботаник и агроном Отто фон Мюнхаузен. Очень известен первый поет Третьего рейха Беррис фон Мюнхаузен, стихи которого скандировали подростки Гитлерюгенда, идя по улицам Берлина во время парада.
Но самым известным на весь мир стал лишь Карл Иероним Фридрих фон Мюнхаузен, который является в принципе брендом своего знаменитого рода благодаря двум литераторам - Р.Э. Распе и Г.А. Бюргер. Именно эти два литератора и рассказали всему миру о забавных историях, которые до сих пор вызывают улыбку у самых разных людей во всем мире.
В книге о приключениях барона Мюнхаузена есть первая строчка, которая гласит: «Я выехал из дома в России в середине зимы». Уже третий век подряд читатели по его рассказам воспринимают Россию как страну, где «бегущие волки пожирают лошадей, где снег покрывает землю до крыш домов, и где струя мочи замерзает прямо в воздухе». Но что же действительно связывает барона Мюнхаузена с Россией?
С XVIII века до нас дошло немало документов, исследовав которые можно составить биографию барона. Мюнхаузен родился в 1720 году в небольшом городе Боденвердере. Этот городок известен тем, что он находится прямо посреди реки Везер.
В гербе Мюнхаузенов, который известен с XIII века, изображен монах с посохом и мешком в руке, в мешке находится книга. Также известно, что за восемь веков много раз менялось написание имени «Мюнхаузен». Известно 80 вариантов.
Барон Мюнхаузен рано осиротел. Его взяли на воспитание во двор принца Брауншвейг-Бевернского в замок Беверн. Мюнхаузен стал пажом при дворе в 1735 году, когда принц Брауншвейг-Бевернский стал правящим герцогом Брауншвейг-Вольфенбюттельским.
Впереди молодому Мюнхаузену открывалась обыденная для среднего достатка дворянина карьера – военная служба в армии. Но судьба улыбнулась Мюнхаузену, приоткрыв перед молодым юношей совершенно другую дорогу. Первым поворотом судьбы можно считать то время, когда принцу Брауншвейг-Вольфенбюттельскому Антону Ульриху, который жил в России и был женихом Анны Леопольдовны, племянницы русской императрицы Анны Иоановны, понадобились два пажа. После недолгих поисков нашлись двое отчаянных, которые согласились ехать в неизвестную Россию, одним из которых был Мюнхаузен.
В 1738 году он прибыл в Петербург. В свите Антона Ульриха он отличился своей прозорливостью, приняв участие в походе на турок. В 1739 году Мюнхаузен переходит в армию корнетом в Кирасирский Брауншвейгский полк, который стоял в то время под Ригой. Такая протекция состоялась именно благодаря связям молодого человека при дворе и благодаря знакомству с герцогом Бироном. Через год на русском престоле происходит смена монарха. Анна Иоановна скоропостижно скончалась, передав правление великим государством Бирону, и сделав его попечителем коронованого двухмесячного Ивана Антоновича – сына Анны Леопольдовны и Антона Ульриха, который был патроном Мюнхаузена.
Через полгода Бирона свергли и правителем становится Анна Леопольдовна. А Антон Ульрих становится генералисимусом. При этом не забыв и Мюнхаузена, которого переводят из корнетов в порутчики. Вскоре Мюнхаузена назначают командиром первой роты полка, которая находится при главнокомандующем в Риге, для несения почетного караула. Также известен факт, что Мюнхаузен командовал караулом, когда через Ригу проезжала Ангаль-Цербтская принцесса, известная в будущем как Екатерина II. Немного позже Мюнхаузену присвоили чин ротмистра.
Мюнхаузен не принимал участия в русско-швецкой войне, которая началась в 1741 году. В этом же году дочь Петра I Елизавета Петровна, возглавив Гренадерскую роту, захватила трон. И все Брауншвейгское семейство было арестовано, включая малолетнего императора, его родителей и двухмесячной сестры, которые впоследствии провели долгие годы в тюрьме. Но так как Мюнхаузену судьба приготовила лучшую участь, он был разжалован всего лишь до чина порутчика.
Когда Мюнхаузену исполнилось 24 года, он женился на дочери судьи Якобине фон Дунтен. Кстати, род Якобины по отцовской линии идет из Нижней Саксонии, откуда родом сам Мюнхаузен.
Карьера Мюнхаузена приостановилась ненадолго. В 1750 году он опять получил чин ротмистра, и уехал вместе с женой на родину.
Реальные приключения барона Мюхаузена начались не в России, а в Германии. После переезда с семьей он сразу вступил в конфликт со своим родным городом. В архиве Боденвердера можно найти дюжину документов, в котором описан этот конфликт. Все началось с того, что барон захотел построить мостик шириной в пять локтей, по которому мог бы перебираться через рукав Везера от своего дома к участку земли на другом берегу, не преодолевая при этом большой крюк через общий городской мост. Но бургомистр города запретил барону строить этот мост. Главным аргументом бургомистра стало то, что придется охранять еще один вход в город. Когда только успели забить сваи и положить балки через реку, горожане Боденвердера собрались на площади и под колокольный звон с ломами и веревками в руках отправились к дому барона. Быстро вывернув сваи и скинув в воду балки, заодно разломали новый забор вокруг двора Мюнхаузена. Немного позже бургомистр, который невзлюбил барона, арестовал его свиней за неуплату каких-то налогов.
Через год началась семилетняя война, французы вторглись в гановерские земли, отбирая у населения все, что только можно. И тут Мюнхаузену повезло. От главнокомандующего французским корпусом он получил охранное свидетельство, которое защищало его имение от поборов и повинностей.
Брак Мюнхаузена был бездетным. С соседями отношения не складывались. Великий Гете в свое время написал: «В душевном смятении охота и война – вот выход, всегда готовый для дворянина». Мюнхаузен же выбрал из этих двух охоту. Именно после этого он дал начало известному в Германии жанру рассказов «Jagerletein» - «охотничьи анекдоты». Слушать его рассказы собиралось немало людей. Со своими рассказами барон путешествовал по городам Гамельн, Ганновер, Геттинген. Единственным городом, которым не принял рассказы барона, был его любимый Боденвердер.
Его современник так описывал свои впечатления от его рассказов: «Обычно он начинал свой рассказ после ужина, закурив свою любимую огромную пенковую трубку с небольшим мундштуком и поставив перед собой стакан пунша... Его рассказ был очень выразительным, он все время жестикулировал крутя на голове свой щегольский паричок, лицо его во время рассказа сильно оживлялось и краснело - он же был правдивым человеком». Как рассказчика слава барона очень сильно росла. Но дальше устного творчества долго не заходило. Так бы и подошла его спокойная жизнь к концу, если вдруг в старости Мюнхаузена не подстерегли приключения похлеще, чем полет на ядре.
В 1785 году имя барона Мюнхаузена было напечатано на титульном листе небольшой книжечки, изданной в Лондоне. Ажиотаж от его рассказов был настолько велик, что уже в следующем году она переиздалась четыре раза. Первые сборники выпустил в Англии Рудольф Эрих Распе. Затем их переработали, и они были изданы другим известным литератором Готфридом Августом Бюргером. С самого начала издание обоих этих авторов выходили порознь, и только лишь в середине XIX века оба эти имя стояли на титульных листах всех книг о похождениях барона Мюнхаузена. Эти книги мгновенно разлетались по Европе. Заметим, что первое русское издание вышло уже в 1791 году. Но все упоминания о России были удалены из книги.
Сам барон Мюнхаузен воспринял свою фантастическую известность как оскорбительную насмешку, но изменить уже ничего не мог. До сих пор немцы к его имени прибавляют официальный эпитет «Lugenbaron» - барон-врун.
Но это стало не последним огорчением в последние годы жизни барона. В 1790 году, когда ему исполнилось 73 года, он похоронил свою супругу и через три года женился на дочери майора из соседнего городка, которую звали Бернардин фон Брун, которой только исполнилось 17 лет. Огорчения начались уже во время свадьбы, на которую вопреки желанию барона пригласить много гостей и музыкантов, Бернардин ответила отказом. Также немаловажным фактом является то, что выходя замуж, Бернардин была на четвертом месяце беременности от своего старого друга – писаря из родного городка. Узнав об этом, племянники бездетного барона, от которых при этом ускользало наследство, немедленно возбудили судебный процесс, и барон отказался признавать будущего ребенка.
Дело оказалось непростым, результатом которого стало то, что все доказательства оказались косвенными, и многолетний процесс сразу закрыли. У Бернардины родилась девочка, и Мюнхаузен вынужден был платить своей дочери немалые алименты, деньги на которые Мюнхаузену приходилось занимать у друзей. От таких серьезных потрясений барон Мюнхаузен слег. Племянники же пришли просто в ярость от того, что немалое наследство ушло в алименты. Но к радости последних через год ребенок умер, и все излишки, которые были уплачены бароном как алименты, были забраны и возвращены ему обратно.
Барон Мюнхаузен скончался в 1796 году. Под конец жизни он был очень слаб и изнеможден. Именно в это время за ним очень трепетно ухаживала жена его егеря, и за несколько дней до его смерти она заметила, что на ногах у Мюнхаузена не хватает пальцев – «их отгрыз на охоте полярный медведь», - заявил барон Мюнхаузен.
Барон Мюнхаузен был похоронен в семейном склепе Мюнхаузенов в деревне Кемнад, рядом с Боденвердером. В церковной книге он был назван «отставным российским ротмистром».
Не так давно во время ремонта в церкви вскрыли полы и склеп для того, чтобы перенести покоящиеся там останки на кладбище. Очевидцем тех событий был известный писатель Карл Хензель. Он описал свои впечатления так: «Когда гроб открыли, у рабочих выпал инструмент из рук и открылись рты. В гробу лежал не скелет, а спящий человек с волосами, кожей и узнаваемым лицом – Иероним фон Мюнхаузен, на котором не было ни одного рубца, его широкое круглое лицо с выступающим носом улыбалось всем присутствующим». В тот же момент по церкви пронесся порыв ветра и тело Мюнхаузен рассыпалось в пыль «вместо лица выступил череп, вместо тела – кости». В этот же день гроб был закрыт и оставлен на том месте, на котором и стоит до сих пор.