В нашем обществе до боли странно табуирована тема замершей беременности. Нельзя придти в офис после вакуума или медикаментозного аборта и быть грустной. Нет, грустной-то быть можно, но когда спросят о причине, то отвечать правду нельзя. Если же поделиться, то коллеги смутятся, похлопают по плечу и скажут то, что лучше никогда не говорить ни одной женщине, потерявшей ребенка: "Ну, ничего, родишь еще?"
Боже, откуда вы знаете? Хочу ли я теперь? Могу ли я? А если больше не могу, то зачем вы мне это говорите?
Понятно, что люди просто не знают, что сказать, потому что тема, как писалось выше, табуировна. Остается только ходить со своим горем внутри, а снаружи радоваться жизни.
Я помню, как тяжело проходил первый месяц после аборта. Сама беременность была долгожданной, но сразу пошла не так. Начались кровянистые выделения, назначили прогестерон. Я ездила к врачу чаще, чем на работу. К сожалению, на 8 неделе сердце остановилось. Я только спросила: "Теперь вакуум?"
В коридоре ждал муж. Обычно он заходил на УЗИ, но в этот раз его не позвали, поэтому когда я вышла и сказала: "Все", он решил, что просто закончился визит.
Через три дня была операция. Уже на столе, с катетером в руке я улыбалась врачу и храбрилась, говоря себе, что самое страшное произошло три дня назад - я все узнала. Сейчас не страшно, сейчас мне стараются помочь, чтобы потом я могла родить здорового малыша.
Беспамятство. Вот я уже на кушетке, не могу вертеть головой, она ватная, а низ живота болит. Наркоз быстро выводится, но трясет знатно. Забавно даже, что после него я несколько часов не могла сходить в туалет. Мой организм просто забыл, как это делать, а еще не чувствовал, что нужно. Смешно, но страшно.
Я осталась с выпиской и вопросами:
Считаюсь ли я теперь мамой? Ведь у меня был ребенок, у него билось сердце, просто он не развился до большого человечка.
Если меня будут спрашивать потом, сколько у меня детей, должна ли я называть только тех, кому повезло родиться? Как это? Получается, даже если у матери на позднем сроке рождается мертвый ребенок, его для общества нет? Но он был, он жил в ней, как кенгурёнок в сумочке. Почему кенгурёнок есть, а ребенка нет?
Хочу ли я теперь детей? Здесь, спустя месяцы, я могу ответить, что да.
Все это время я с мужем ходила по врачам. Сейчас остался только один путь - ЭКО. И его предстоит пройти.
Страшно ли? Да. Я боюсь оказаться на УЗИ и снова услышать: "Сердцебиения нет". Буду ли я пытаться? Да. А еще постараюсь верить в хорошее.