Плакал огарок свечи обжигающим воском,
Пламя дрожало, как лист на осеннем ветру, —
В старой церквушке на вечно пустом перекрёстке
Гостья случайная память встревожила вдруг.
Гостья случайная, девочка с лёгкой котомкой,
Крова искала в холодную зимнюю ночь,
Долго бродила она по дорогам в потёмках —
Церковь её приняла, будто блудную дочь.
Плакала свечка, зажжённая спичкой последней,
Падали мягкие слёзы на мёртвый алтарь,
Отблеск огня на лице опечаленно-бледном
Нежно резвился, даруя надежду, как встарь.
Робко к свече протянула озябшие руки
Девочка, что никогда не носила креста,
Будто к родным после долгой и страшной разлуки,
Только... не помнила мать и отца сирота.
Только — как церковь одна на пустом перекрёстке,
Как на стекляшки разбиты её витражи,
Так и ребёнку жестоких времён отголоски
Ранили сердце осколками боли и лжи.
Спел колыбельную страннице северный ветер,
Ангел во сне осторожно коснулся плеча.
Тихо ушла из церквушки она на рассвете,
Но, говорят, по сей день не погасла свеча.
