(Надюна, тебе читать, сидя на шпагате!)))
Ой, а портрет я забыла, нарисовала, пока по-быстрому завтракала, и дома оставила – завтра отсканирую уже )
На самом деле, в Осиновом Лесу никто и не знал, что у Ежика не было иголок. Когда он был совсем ежонком и бегал в одних штанишках, его маму и папу иногда спрашивали, когда у ребенка вырастут иголки вместо нежной шерстки, а родители отвечали, что когда-нибудь.
А потом все забыли.
Кроме Ежика, который стеснялся и всегда носил курточку и что-нибудь на голове, чтобы никто не узнал про иголки. Точнее, что они так и не выросли, хотя сам Ежик вырос. Летом он носил бейсболку, осенью шляпу, зимой шапку с ушами, а весной опять шляпу. Даже в школе Ежик старался не бегать и не прыгать, чтобы не слетела его форменная кепочка, и никто не увидел, что вместо острых иголок под ней топорщится мягкий растрепанный хохолок. Когда все бежали играть и прыгать во двор, Ежик шел играть на рояле. Играя, он закрывал глаза и представлял, как бежит через опушку Осинового Леса в одних купальных шортах, ярко красных с белой полоской, и у самого края песочного пляжа отталкивается носочками и ныряет в синюю быструю речку, которая несет его весело и шумно, а он гребет лапками, и маленькие рыбки щекочут его за пятки, а он хохочет и брызгается, и плывет наперегонки с солнечными зайчиками в быстрой и веселой воде. Он представлял это, и из под его лапок бежала и струилась прекрасная музыка, игривая, солнечная, мечтательная, в которой были почти совсем неуловимые нотки грусти.
Учитель музыки был в восторге от игры Ежика, и даже начал устраивать маленькие концерты для всех обитателей Леса. И каждый раз Ежик играл со всей душой, и его глаза были мечтательно закрыты, а носик подрагивал от волнения. Все больше обитателей Леса собиралось на опушке, чтобы послушать прекрасную музыку, и все без исключения говорили, что испытывают чувство легкости и счастья, и едва уловимое чувство тоски. И все-все говорили, что у Ежика – талант.
Ежик все же купался в речке. Он плавал в ней перед сном, когда совсем темно, и никто не мог бы увидеть его мягкую шерстку вместо иголок. Не было солнечных зайчиков, смеха, да и шорты у него были синие, но все же он плавал, и теплая вода плескалась в такт движений его лапок. А потом он выскакивал на песчаный берег, надевал халатик и бежал в свою уютную норку спать.
Однажды, в последний день лета, Ежик репетировал перед концертом, как вдруг услышал крики – «Паааамагитееееее!!!! Сваааалилааась!!! В рееечкуууу!!» Маленький Енотик бежал быстро-быстро от речки через опушку и кричал, что его сестренка упала в воду. Ежик даже не мог потом вспомнить, как оказался самым первым в воде, как нырнул и подхватил маленькую Малене под мышки. Когда они вынырнули, Малене отфыркивалась и отплевывалась, звери на берегу хлопали в ладоши, а шляпа Ежика…. уже плыла далеко, и ее было не поймать. Да и поздно, потому что на берегу собрались все обитатели Леса, сбежавшиеся на помощь Енотику, и разворачивали пушистые полотенца, и помогали Ежику и Малене выбраться на берег. Ежика все обнимали, подбрасывали на руках и радовались, что он не колется. В тот же день он пошел и купил себе красные купальные шорты. А его музыка стала еще прекрасней.
