Чужой! Ты всё-таки чужой!
Да так давно, что я уже забыла,
Какое у тебя уютное плечо,
Глаза, которым верила, любила.
Какая жесткая, широкая ладонь
И нежная. Рука в ней утопала.
И как красив журчащий баритон-
Такой волнующий, что сердце трепетало.
Чужой! И в високосном том году
С глазами грустными, как у больной газели
Ты мне сказал: "Я больше не приду…
Ты сильная, поймёшь, она - слабее".
Ты так сказал обыденно, легко,
Что не заплакать сил моих хватило.
Я задохнулась: "Боже! Ты - чужой!
И лишь губу до крови прикусила".
Чужой! Но ты - мой оберег.
Иначе , с кем бы я других сверяла.
Закрыла сердце на ржавеющий замок,
Чтоб не открылся. И в других тебя искала.
Чужой! Вдруг прилетел и ищешь встреч.
Прошло полжизни. Ничего я не забыла.
Я не свободна. Не об этом речь,
Что ты - чужой, я так тогда решила.
И пусть, как в юности, под ложечкой свербит,
Мой взгляд лучится, глаз твоих касаясь.
Чужой! Седой…Ты просто, как магнит…
Я сильная. И я с тобой прощаюсь...
Да так давно, что я уже забыла,
Какое у тебя уютное плечо,
Глаза, которым верила, любила.
Какая жесткая, широкая ладонь
И нежная. Рука в ней утопала.
И как красив журчащий баритон-
Такой волнующий, что сердце трепетало.
Чужой! И в високосном том году
С глазами грустными, как у больной газели
Ты мне сказал: "Я больше не приду…
Ты сильная, поймёшь, она - слабее".
Ты так сказал обыденно, легко,
Что не заплакать сил моих хватило.
Я задохнулась: "Боже! Ты - чужой!
И лишь губу до крови прикусила".
Чужой! Но ты - мой оберег.
Иначе , с кем бы я других сверяла.
Закрыла сердце на ржавеющий замок,
Чтоб не открылся. И в других тебя искала.
Чужой! Вдруг прилетел и ищешь встреч.
Прошло полжизни. Ничего я не забыла.
Я не свободна. Не об этом речь,
Что ты - чужой, я так тогда решила.
И пусть, как в юности, под ложечкой свербит,
Мой взгляд лучится, глаз твоих касаясь.
Чужой! Седой…Ты просто, как магнит…
Я сильная. И я с тобой прощаюсь...
