Я снова с Вами, друзья и готова возобновить своё повествование. Рассказать хочу многое, но судя по последней записи я только что родила очаровательного мальчишку, продолжим в хронологическом порядке. Если кому не терпится узнать, как мы живем вчетвером, то придётся проявить терпение или подписаться на мой instagram.
Итак, 15 мая 2015 года. Реанимация в Люберецком роддоме. «Палата» оказалась двухместной - на соседней койке скучала Татьяна, с которой намедни мы предавались воспоминаниям о прошлых операциях. Напомню, что Т. проходит этот путь уже в третий раз. В свои 27 лет она прекрасно выглядит: невысокая стройная девушка с длинные волосами и утонченными чертами лица. В общем, любоваться такой можно долго.
История Татьяны редкость в наше время. Можно назвать её современной Лариной. Почему? Потому, что со своим нынешним супругом она познакомилась еще в школе… да-да, они вместе учили Алфавит и осваивали навыки счета. Встречаться начали на выпускном в девятом классе. Денис собирался в училище и Таня была уверена, что судьба их больше не сведет. Но старуха еще та шутница. В результате мы имеем счастливых родителей троих девочек.
При въезде в ПИТ я сморозила какую то глупую шутку. На что медсестра удивленно подняла брови: «Веселая». Чего-чего, а веселости в нашем боксе хватало. Мы ржали все шесть часов, что провели в интенсивной терапии. Над лужей, которая угрожающе растекалась под онемевшей попой. Медсестры просили хотя бы заставить эту самую попу начать приподниматься, иначе белье было поменять не реально. Над моим пледом, который махнулся в утку, которая стояла у кровати. Смеялись до слез, потому, что смеяться было больно, но мы видимо словили послеоперационную смешинку и остановить нас было уже нереально.
Я радовалась бытовым мелочам: светлое помещение, удобный поильник, теплый плед, хорошая соседка и… муж с новорожденным сыном на руках. Да, я впервые приложила Тихомира к груди спустя час после операции. Это дорого стоит, особенно для человека, который провел беременность под покровом мыслей Мишеля Одена и сообщества «ЕР после КС» и чуть позже «Домашние роды». В этот раз я чувствовала себя окрыленной. Не было странного депрессивного непонимания: «Куда пропал мой живот» и «а что будет дальше?» или «что это постоянно пищит на руке?». Акушерка, которая сопровождала моего супруга сказала, что зайдет позже, чтобы отвести мальчишек в палату и пропала на целых два часа. Медсестры явно были не очень довольны таким поворотом событий, но громко возникать не стали.
Тем временем Таня рассказывала, как проходила её операция. Почему это достойно внимания? Да потому, что анестезия в её случае не подействовала и она умудрилась в буквальном смысле шокировать нашего невозмутимого анестезиолога. Слушая её рассказ, я начала понимать, почему ко мне он отнёсся с некой особой щепетильностью: повторения утреннего «казуса» явно не входило в его планы. Я ухахатывалась, когда она описывала, как подняла ногу и с какой скоростью расширились глаза врача.
Вскоре нас навестил тот самый анестезиолог. Дядя с порога признался, что дали мы ему прикурить. За 20 лет практики ноги у него еще никто не поднимал. Затем он пожаловался на то, что в операционных у них очень холодно, что приводит к спазму сосудов у пациентов (мой случай с дрожью): приходится колоть лекарства, а он лишнего добавлять не любит. Но самое интересное было впереди. Он рассказал нам про «волшебный укол», который делают в процессе операции: «в первые сутки боли почти не будет. Это поможет Вам скорее встать на ноги. А потом она уже не такая сильная.» Но есть у чуда средства любопытная побочка: чешется нос, а затем и все лицо. Мы сначала то и не поверили, а потом вдруг осознаешь, что уже минут пять обе лихорадочно чешем носы.
А еще мы услышали, как вчера врачи оперировали девочку весом более 150 кг. Кроме очевидного проблем было несколько: как ее переложить с каталки на кровать, как подмыть и как переложить в палате. В общем, анестезиолог признался, что транспортировке и логистика показали себя с нелучшей стороны и спину он еще долго будет лечить.
Так как Таню прооперировали на пару часов раньше я могла проанализировать как будет отходить анестезия и к чему стоит стремиться. Честно говоря, её активность провоцировала меня на движуху. Я понимала, что чем раньше отойдут ноги, тем быстрее нас переведут в палату к мужьям и детям. Мне же безумно хотелось вновь оказаться рядом с ними. В какой то момент было стойкое желание подремать, но я подловила себя на том, что когда перестаешь двигаться, то тело вновь начинает неметь. Вот это было неприятно.
Волшебная таблетка действительно сработала: боли не было и это радовало. А еще не было тумана в голове. Вскоре мы обнаружили, что у меня не работает датчик давления. В итоге, медсестра периодически заходила и включала его вручную. Анестезия отходила медленно. Что такое эпидуралка? Я могу сравнить это состояние с чувством онемения. Когда отсидел ногу, а потом пытаешься встать или отлежал ночью руку, а потом пытаешься её перекинуть в другое положение. Очень похоже - только эффект более длительный. Первые ощущения зарождаются где-то внутри. Ты еще не можешь полноценно двигаться, но кажется уже немного шевелись костями таза и бедрами: «ча-ча-ча раз два». Потом вдруг понимаешь, что уже немного можешь согнуть ногу - совсем чуть-чуть. Вот тут главное не останавливаться и продолжать. Не получается дальше сгибать? Хорошо. Ногами оказывается можно раскачивать влево-и-вправо. Кстати, у меня анестезия отходила неравномерно: левая сторона быстрее, а правая лихо запаздывала. Из-за этого мне казалось, что правая нога вот-вот свалится с кровати, даже несмотря на то, что глазомер опровергал саму возможность подобного.
Проходит время и вот ты уже не просто раскачиваешься, а можешь согнуть обе ноги. Сразу хочется сделать что-то еще и пытаешь приподнять попу. Конечно! Это же главная цель, ибо достигнув мастерства в поо-мостике ты получаешь неземную привилегию: подмывание и смену пеленок. О, как народ надо стимулировать!
Ага! Вот и я могу встать на мостик. К этому моменту ржача в нашем углу стало меньше, появилась легкая усталость. Чтоб я так дома пресс качала, как в ПИТе вертелась несколько часов подряд. Но тут зашла заведующая и оповестила, что нас после 17:00 переведут в палаты. Та-дам! Новый прилив сил и продолжаем качать попу.
Слава слава воде… мыло душистое и полотенце пеленка пушистая. Такой чистой я не ощущала себя давно. За время проведенное в ПИТе я успела 10 тысяч раз вспотеть, прилипнуть, отлипнуть и высохнуть.
Меня в палату повезли первой. Просто потому, что каталка стояла ближе к выходу. Праведный гнев моей соседки был подобен раскатам грома.
Коридор, лифт, коридор и вот меня завозят в гостиничный номер турецкой трешки. Там меня уже ждут сын с мужем. Оказавшись в мягкой кровати с младенцем под боком я еще пару минут любуюсь мужем и проваливаюсь в блаженную дрёму.