Страшно писать, описывать события, но поговорить не с кем. Так, чтобы поняли, как мне страшно быть самой сильной, быть единственной опорой для всех, когда тебе беспрестанно в глаза заглядывают. Кто-то сильный, кто встряхнет и заставит двигаться дальше не ропща на судьбу.

Родился Макс, долгожданный ребенок, первенец. Через 6-7 месяцев моего отпуска по уходу за ребенком, начались финансовые трудности, муж зарабатывает мало. С моим доходм просто не сравнить. И тут подворачивается предложение от которого нереально отказаться. Мама с радостью готова сидеть с внуком. Через полтора месяца райской жизни мы загремели с Максом в больницу. Диагноз - фокальная эпилепсия.... Ребенку меньше года, а его сотрясают судороги. От таких картин у любой матери сердце по нескольку раз в день останавливаться будет. С работы я тут же увольняюсь. Врачи, таблетки, лекарства строго по часам. Уезжаем на дачу к мужу, там свои пироги, мало не покажется. На даче умирает дед мужа. Сел на лавку, поставив рядом с собой Макса ( он только только стоять начал уверенно) и умер. Мужчина с большой буквы, на его молчаливом одобрении или неодобрении держалась семья. Он был фундаментом, стенами и крышей. В семье раздрай все лето, муж носа на дачу не кажет, денег в обрез, только то, что я сама зарабатываю консультациями по телефону и все. На подгузники не хватало, но это все пережилось.

Осенью я устраиваюсь на полставки в хорошую компанию, мама сидит с Максом, когда 3 часа, когда 6. Все счастливы. Зарплата небольшая, но после лета - это деньги. И тут мне подворачивается проект, деньги очень хорошие, бывать в офисе надо 2-3 раза в неделю на 2-3 часа. Проект на 3 месяца. Помимо основной работы на полставки. Мы очень радовались. Мама дала добро и чтобы я даже не думала отказываться. А через две недели мама попадает в больницу с мирцательной аритмией, через 4 дня инсульт с параличом, еще через два дня второй, кома 10 дней и мамы не стало. Похороны и прочее я плохо помню. Мама никогда не следила за своим здоровьем, нам было очень здорово ходить за покупками. Макс модник ужасный в свои полтора года, мама тоже очень любила обновки, а я за все это платила и была очень рада. Как подумаю, что один наш поход в магазин - это по стоимости полноценное обследование, в хорошем центре, у хорошего кардиолога... Господи, когда же у меня сердце разорвется... Из проекта ухожу (ну как ухожу, смску написала), на работе на полставки меня не трогали, как сделаю так и сделаю, для меня работа не сложная.

У Макса полгода назад от этих событий был отит, и он периодически расчесывал себе ухо. У каких только лоров мы не были, сколько антибиотиков выпили... А еще до маминой смерти мы были записаны к лору в Морозовской больнице, прием у лора был на 9й день маминой смерти, так случайно попало, там очередина большая. Нам смотрят ухо и опытный врач говорит, что это госпитализация и что она видит - она не понимает... Нас госпитализировали, в тот же день отправили на компьютерное исследование головы (это практически то же самое, что и МРТ), на следующий день анализ готов, всех с утра осматривает профессор и вот всех отправляют обратно в палаты, а мне говорят - задержитесь, с вами будем говорить отдельно.... Опухоль. На левой височной кости, проросшая в ухо. Разрушено все среднее ухо, барабанная перепонка может быть не восстановится. Т.е. пока мы кормили его антибиотиками по назначениям горе-лоров, опухоль росла... А по поведению ребенка в жизни не скажешь, что у него фактически бомба в голове. Дети или носятся или лежат пластом. У него же наверняка и голова болела. И по ночам, а я думала описался, есть, пить хочет... Нам помогали антибиотики, но на время, а еще нам ставили диагноз золотуха и сладкого нельзя и ведь он переставал на время ухо чесать, а потом все по новой... Нам делают биопсию (взяли пробу опухоли) у Макса шрам на всю жизнь на голове, нейрохирург вышел из операционной и сказал - готовьтесь, мамочка, по моему мнению опухоль злокачественная. Ждем результаты биопсии 4 дня, все это время мы в лор отделении, на утро 4го дня к нам в палату влетает заведующий лор отделением Китайгородский Александр Петрович, до конца дней за него Бога молить буду, и говорит результаты биопсии. Доброкачественная. Я могла только улыбаться, слез не было. Переезжаем в онкологическое отделение. Лечение амбулаторно, раз в неделю укол химиотерапии, теперь мы раз в три недели колемся, но химиотерапевтические таблеки пьем каждый день. Лечиться еще полтора года. Прогнозы положительные. Но "дамоклов меч" над нами на всю жизнь, конечно.

Первый раз это описываю, хронологию вспоминаю первый раз. Я даже не могу пойти исповедаться, а я очень хочу научиться смирению. Я человек очень деятельный. Зарабатывать и хорошо зарабатывать у меня получается, но после рождения Макса я реально только голову подниму на "поработать", а меня так наотмашь жизнь бьет. Болезни, смерть близких. А я не могу не работать, не могу. Мой мозг так же требует пищи, жрать требует, как очень голодный человек. Может я очень много на себя беру, но мне страшно. Недавно оставила дело на работе на завтра, с уверенностью, что завтра приеду. После моих страшных событий понятие "отложить на завтра" я у себя просто с корнем вырвала, выжгла каленым железом. А тут промелькнула мысль "завтра доделаю, я же на работе завтра". Я уехала на работу, свекровь хоть не каждый день, но очень здорово помогает с Максом, просто все понимают, что на зарплату мужа нам не прожить. С полдороги я вернулась - Макса рвало ужасно, температура, а на следующий день как ничего не было. Нас предупреждали, что это побочный эффект химиотерапии.

И как я при такой ситуации могу думать о заработках... а ведь оно само в руки плывет....

На моей полставочной работе ушел мой начальник. Это место предложили мне, з/п в пять раз выше того, что муж зарабатывает. А я понимаю, что я не могу... Мозг разрывается от несправедливости. Чем, что я совершила такого, за что меня можно так наказывать?! Господи, ну за что!!! Или мозгов бы мне не давал или близких бы не гробил!!!

При все этом очень хочу второго ребенка, но и это мне не дано. После родов мне выскабливали сгустки крови, скоблили так, что чуть позвоночник не выскребли. А недавно стал ныть низ живота. Оказалось спайки в матке в большом количестве. Забеременеть не получится. Теперь лечусь.

Я научусь смирению! Надо будет похоронить себя заживо - похороню. И когда Макс вырастет, слова ему не скажу, что он так болел в детстве. Родственники мужа очень любят об этом говорить, сколько сил они положили на него, муж был очень болезненным ребенком. И обольщаться не надо, от меня уже сейчас люди отворачиваются, потому что спрашивают как дела - а я говорю, сейчас важно стабильность, в онкологии важна стабильная динамика. Любой скачок - это плохо. При этом я не из тех у кого масса друзей, пальцев одной руки хватит всех перечислить и я в них уверена, но даже если они уже не могут об этом слышать... Я также знаю, что муж мне изменил. Он мне сам пьяный как свинья в этом признался и сказал, что он посчитал меня достойной, чтобы в таком признаться. А от меня это как горох от стенки... Он не плохой человек, но слабый. Главное, Макс его любит и муж души в нем не чает. Больше на словах, но и поиграть и погулять тоже с Максом может.

Пишу это все для себя, чтобы перечитывать, когда будет совсем плохо, когда чудовищная жажда деятельности опять начнет меня жрать изнутри, и понимать, что то, что я сейчас делаю - это моя главная работа. Макс никого ни хочет видеть около себя кроме меня. Только я за порог - ему делается плохо, на самом деле плохо. Мальчишка в 1,5 года знает, что такое реанимация. Можно обманывать себя и игнорировать это, но я в случайные совпадения не верю, особенно в таком количестве.

Работа для меня как источник энергии. Как для любого человека, кто любит то, чем он занимается. А я сейчас энергию только расходую, "заряжаться" мне не от кого. Муж предпочитает дома появляться поменьше, списывая на занятость, может он и у любовницы пропадает, не знаю, мне все равно. Макс очень плохо спит, просыпается каждые полчаса-час. С родственниками мужа истерика по любому поводу, а я должна утешать, подбадривать и решать проблемы. Химиотерапевтические таблетки нам подходят только буржуйские, а это больше ста тысяч. В бытность работы на полный день для меня это была бы не очень заметная сумма, сейчас я наскребала по частям. Родные мужа хотят помогать, но опять-таки на словах. Говорят, вот деньги же есть - бери, но в руки не дают. Не скажешь же: "где лежат? Скажите, чтобы я не шарила по ящикам". Поэтому отказываешься. Поэтому и муж так же себя ведет. Все на словах. Как у Островского прямо... Мне это все равно не поможет, Макс хочет видеть рядом с собой только меня.

Мы выздоровеем, все в итоге наладится, Макс еще будет мной очень гордиться, а сейчас надо взять себя в руки и двигаться дальше.

P.S. Может НЕ ДАЙ БОГ кому пригодится - если вам, НЕ ДАЙ БОГ, когда-нибудь надо будет попасть на территорию Морозовской детской больницы на машине, говорите, что вы в 14е отделение. Пропускают без вопросов.

Научились лазить

Похожие записи