Оголила за окном верба веточки,
Потянулись за моря гуси-уточки,
Подошла ко мне дочь, шестилеточка
Папа, говорит, можно мне тебя на минуточку?
Папа что же, папа все может вытерпеть,
Папа как Хэммингуэй в грубом свитере.
Если носик, говорит, надо вытереть,
Щас я маму позову, мама вытерет.
Но на папину беду, так сказала дочь папаше:
Папа, в нашем детсаду, есть такой Горелик Саша,
Он как я не ест омлет, он ужасно синеглазый
И за все свои шесть лет не уписался ни разу.
Разговор неотвратм, говори мне дочка прямо,
Что хотите вы? Хотим - вместе жить как ты и мама.
Вместе мокнуть под дождем, вместе в грязь, жару и холод,
А с детьми мы подождем, до конца начальной школы.
Чую весь я аж горю, чую рушатся устои.
Слушай, дочка, говорю, этож дело не простое.
Как я маме объясню? А жилплощадь? А финансы?
Надо чуть повременить, ну хотя бы лет двенадцать.
Чую близится гроза, дочь глазами так и жалит,
А потом на те глаза бабьи слезы набежали,
Бабьи слезы, а потом, ай да дочка, ну умора!
Начался такой содом, я б сказал содом с гоморрой.
Что ты, папа, ох да ах, времена переменились!
Нынче, папа, в детсадах, все давно преженились.
Только я одна иду, все направо, я налево
И меня уж в детсаду называют старой девой.
Я вам будто не родня, вам совсем меня не жалко.
Сашка плюнет на меня и уйдет с Козловой Алкой!
Перешла на ультразвук моя деточка, я на все уж был готов, но вот туточки
Подошел ко мне мой сын, семилеточка. Папа, говорит, можно мне тебя на минуточку?