Юрий Яковлев. Как жаль, что я не познакомилась с его книгами в детстве и как хорошо, что мимо моих мальчишек его рассказы уже не пройдут.
От его рассказов и слезы на глазах, и комок в горле. Но от них невозможно оторваться и хочется читать еще и еще. Впитываешь каждое слово. Как он пишет! Наверно, отзыв мог бы состоять из одних цитат и книга сама бы о себе все рассказала.
«В солнечный мартовский день в городе начинают таять сосульки. Они отсчитывают целебные капли больной, простуженной зиме».
«Мокрый, тающий снег пахнет сыроежками. <…> Мальчик не замечает запаха сыроежек. Он бежит, спотыкается, перепрыгивает через лужи, соскакивает с тротуара на мостовую. Лыжные брючки, едва достигающие щиколотки, забрызганы. <…> Но кажется, что ему малы не только брюки, и пальто, и шапка. Нет, ему не впору тротуары и мостовые, улицы и площади. Весь город тесен ему. С тревогой, неожиданно обрушившейся на его плечи, он не вмещается в родной город».
«Почтовый запах рассказывает о посылках и бандеролях, о свежих газетах и заморских марках, отмеченных черными радугами печатей. Запах булочной рассказывает о поджаристых корочках, о бубликах, усыпанных черными дробинками мака, о булочках, залитых сладкой глазурью.
Больничный запах не рассказывает ни о чем хорошем. Он встречает человека на пороге и сразу отравляет ему настроение рассказом о боли и страданиях»
Я поочередно вспомнила каждый запах. Как пахнет растопленный сургуч на почте, ароматный запах из окошка хлебного ларька, больничный запах.
Таких цитат можно привести море - всю книгу перепечатать придется.
Мальчишки, о которых пишет Яковлев абсолютно разные. На первый взгляд они не годятся в герои, никто не ждет от них подвигов или каких-то свершений.
«Он привык к судьбе неудачника. Обычно неудачники сердятся на других, а он сердился на самого себя. Он давал себе слово измениться и начать новую жизнь. Старался быстрее двигаться, говорить почти криком и ни в чем не отставать от ребят. Но из этого ничего хорошего не выходило. Дома со стола летели чашки, в классе проливались чернила, а от резких движений его куртка лопалась где-то под мышкой». («Рыцарь Вася»)
«Какие только грозные предупреждения и сердитые возгласы не следовали за словом «Селюжёнок!» За неделю лагерной жизни на него был истрачен годовой запас восклицательных знаков». («Разбуженный соловьями»)
«Люди недоверчиво относятся к молчальникам. Никто не знает, что у них, молчальников, на уме: плохое или хорошее. На всякий случай думают, что плохое. Учителя тоже не любят молчальников, потому что хотя они и тихо сидят на уроке, зато у доски каждое слово приходится вытягивать из них клещами». («Багульник»)
У вас, наверно, тоже в классе были такие ученики, со знаком «минус», над которыми смеялись, которых сторонились. Юрий Яковлев раскрывает для нас этих мальчишек, показывая, что нельзя судить о человеке поверхностно.
«Никто не заметил, что произошло с Селюжёнком с той ночи, когда его разбудили соловьи. Вот если бы у него изменились глаза, или нос, или уши, это бы сразу заметили. А когда меняется что-то внутри, разглядеть трудно».
«Тюфяк» оказывается рыцарем, а «молчальник» постоянно зевает на уроке потому, что после школы помогает выгуливать чужих собак. Мальчишки открываются с совершенно другой стороны, и мы тут же «минус» меняем на «плюс». И оказывается, что успехи в школе - это не основной критерий «правильности».
Эхо войны раздается в рассказах Яковлева, «война прошла, осколочек остался». Благодаря нашим защитникам, мы живем. «… здесь в годы войны стояла шестая батарея. И ПОТОМУ теперь стоит школа». Но ученики об этом не знают, не думают. А ты сразу задумываешься, что не будь подвига наших предков, то ничего бы этого не было.
Все есть в книге - и первая влюбленность, и горькое разочарование в близком человеке и упорная, вопреки всем, жажда справедливости. «Правда не может быть маленькой!»
С этим автором не хочется расставаться. Да и не придется, на очереди теперь следующая его книга «У человека должна быть собака».
Книга вышла в любимой мной серии «Дар Речи». Держать книгу в руках и читать ее - одно удовольствие. Тканевый корешок, внутри слегка тонированный офсет, крупный шрифт. Иллюстрации А. Тамбовкина мне очень понравились.
