Vita nostra brevis est, Brevi finietur; («жизнь мы краткую живем, призрачны границы»….) – одна из строк «Гуадеамуса», знаменитого студенческого гимна. Я люблю творчество Марины и Сергея Дяченко. Очень люблю. Нестандартные произведения, показывающие жизнь с неожиданного ракурса, держащие в напряжении от первой и до последней страницы (и, надо отметить, написанные весьма живым и богатым языком). Но вот конкретно это произведение ввело меня в ступор. Пересказывать не буду, только намечу сюжет: мы все живем внутри гипертекста (эта идея, а также то, что человек – это то, что и как он говорит, не является новаторской), основная масса людей – предлоги, частицы и проч. неважная для Истинной Речи мелочь, тех же, кто представляет интерес для управляющих гипертекстом сущностей, отправляют учиться в специализированный университет. Учение строится на страхе – ты не делаешь шаг по превращению себя из человека в Слово, не преодолеваешь некую грань в себе, и с твоими близкими случается что-то дурное…. вплоть до смерти. Да-да – овладевшие Истинной Речью властны над временем и пространством, над судьбой, над людьми.
Я не поняла идеи. Я не поняла концовки. Написано очень хорошо – в том плане, что в какой-то момент от напряжения и физически ощутимой жути на затылке встают волосы. НО редко какая книга вызывала у меня опять-таки физическое (и очень сильное) неприятия. Не преувеличивая – до тошноты.У Дяченко были люди-идеи, люди-символы, даже люди-энергия, но люди-слова… я повторюсь – я не вижу здесь смысла и цели. Единственно, над чем книга заставила задуматься – это над страхом как составляющей любви. Но это отдельный и очень длинный разговор. ЗЫ. Готовя в рамках изучения школьной программы детей к ЕГЭ, я года полтора назад анализировала текст Максима Горького «О книге». Получилось эдакое эссе на тему «Жизнь есть текст», только не в грамматическом (как в «Vita nostra»), а в литературном плане. Почитать можно здесь
Белгород
