Собрала по традиции всё смешное, что запомнилось нам в последние два месяца перед вторым днём рождения. В основном, конечно, разговорчики 😀
(1,10)
Поет перед сном придуманную песенку сама себе: "Максим висит на фонаарике.."
Тут в комнату входит папа, слушает и воспринимает песенку взрослым "испорченным" умом. От этого восклицает с улыбкой: "Однако!"
Лида продолжает меж тем: "И Никита висит на фонарикеее... Однако! (копирует папу и хохочет) Ой, Лидочка ещё про Дашу не спела! Даша висит на фонааарике..."
(1,10)
На кухне, глядя на табуретки: "Это мама, а это - папа табуретка"
Потом видит под столом маленький табурет-подставку: "О, а это - Лидочка!"
(1,10)
"Мы едем, едем, едем в калёкие дая" (в далёкие края, то бишь)(1,11)
Ближе к полуночи начинает шевелиться и спросонья шарит по папе рукой со словами: "Это, это, это…"
Я не выдерживаю и подсказываю: "Это папа"
Успокаивается, ложится, но через полминуты вдруг вскакивает, садится, указывает на папу рукой и, на этот раз чётко и громко, вопрошает: "Это что!? Это - ЧТО!?"
(1,11)
Упала со стула, не ударилась, но испугалась немного. Забралась на руки ко мне, и руку - в платье: "Держу сисю, чтобы она не упала".
Потом я села с Лидой на руках на стул. Лида: "Сидим вместе с сисей. Вот так"
(1,11)
Разучили с дочкой фамилию. Но, видимо, не звучание её вполне было усвоено. 😄
Так как через день на вопрос "Как твоя фамилия" Лидочка внезапно ответила "На здоровье" Действительно, созвучно ))
(1,11)
Проснувшись после дневного сна, сразу же, не успев еще разлепить глаза, вдруг громко сообщает мне:
"А богомол - он молчит. А не стрекочет".
Неужели подобное могло сниться ребенку в последние секунды сна?
*****
*****
К двум годам изменила своему фиолетовому цвету с фуксией. Познакомилась этим цветом в 1,11 - и понеслооось. "А такси приедет фуксия?" "Это нежно розовый цвет, но немножко похож на фуксию. И красный тоже похож на фуксию".
Я в печали: мне куда ближе была привязанность к фиолетовому. А теперь, боюсь, со временем мы обрастём вещами этого набившего оскомину девчачьего цвета.
*****
В 1,11
"Я не Лидочка, я - Серёжа!"
Вдруг стала называть себя Серёжей (из стиха Берестова про Сережу и гвозди)
