Моя история ИЦН

Я узнала, что беременна, на четвёртой неделе.

Это было счастье, которое рвало изнутри. Мне так хотелось сразу рассказать об этом бывшему мужу. Хотелось, чтобы он обнял и сказал: «Мы справимся».

Но в тот день он «очень хорошо отдыхал».

И уже тогда стало понятно — я, похоже, в этом одна.

•До 17 недели я существовала, а не жила. У меня был не «лёгкий токсикоз», а ад. Меня выворачивало круглосуточно. Я не могла есть, не могла пить, не могла нормально спать. За три месяца минус 9 килограммов. Я таяла на глазах. Организм был истощён, но я терпела. Потому что внутри рос мой ребенок.

•На первом УЗИ я узнала, что будет мальчик. Сын. В тот момент мне казалось, что всё остальное можно пережить.

•А на 18 неделе начался ад.

Диагноз — истмико-цервикальная недостаточность. Шейка матки 4 мм. ЧЕТЫРЕ. При норме от 25. Расширение канала. Врачи говорят:

— Ты не доносишь.

— В любой момент могут начаться роды.

— Готовься к худшему.

Я лежала и боялась двигаться. Боялась перевернуться. Боялась сходить в туалет. Каждое покалывание внизу живота вызывало панику. Я засыпала с мыслью, что могу проснуться уже без ребёнка.

•Пессарий ставят только с 20 недели. Две недели меня держат в стационаре, потом отпускают домой. Но ни кольцо не ставят — матка слишком маленькая, ни швы не накладывают. Я уезжаю домой с теми же 4 мм и тем же приговором в голове.

Страх стал фоном моей жизни.

Я сама нашла клинику, где согласились поставить пессарий платно на моём сроке. Мы поехали в Кемерово. Заплатили. Поставили. Через два дня он слетел. Всё. Снова угроза.

Самое тяжёлое — это слова врачей. Они не давали ложных надежд. Они честно говорили о рисках. И я жила в постоянном ожидании трагедии.

И при этом была странная деталь. С таким диагнозом большинству запрещают даже вставать — строгий постельный режим. А мне врачи разрешали аккуратные прогулки. Я строго соблюдала их рекомендации. Но на форумах меня разрывали. Писали, что я безответственная, что я сама виновата буду, что «такие потом плачут». Это было больно. Потому что я и так жила в страхе, а меня ещё и обвиняли.

меня выписали без улучшений и сказали готовиться к худшему, я держалась из последних сил.

А через пару недель муж ушёл к другой.

Вот тогда меня сломало окончательно.

Я беременна. С диагнозом. После трёх месяцев больницы. И меня просто оставляют. За один месяц на фоне стресса минус 16 килограммов. Я перестала есть. Не могла спать. Постоянные слёзы. Тревога. Панические мысли. Это была глубокая депрессия. Были моменты, когда жить не хотелось вообще.

Если бы не близкие, которые приехали и буквально вытаскивали меня из этого состояния, всё могло закончиться трагически.

Потом внутри что-то щёлкнуло. Я поняла: если я сейчас сдамся — всё. Я начала цепляться за любую надежду. Даже поехала к бабушке-знахарке. Да, это было отчаяние. Потому что когда тебе месяцами говорят, что ребёнок может умереть, ты готов поверить во что угодно.

Она что-то шептала, дала заговорённую воду. Две недели я умывалась ей каждый день.

Совпадение? Чудо? Психосоматика? Не знаю.

Третий скрининг я шла делать с холодным принятием. Без иллюзий.

Врачи смотрят на меня с круглыми глазами:

— У вас идеальная беременность.

Идеальная. После 4 мм. После прогнозов о мёртвом ребёнке.

Я переехала в Новосибирск. Последние два месяца прошли почти спокойно(были срывы остаточной депрессии) Впервые за долгое время я начала дышать без паники. Я ходила, жила, чувствовала его движения не как угрозу, а как радость.

•В 40 недель роды не начались.

Я родила в 41 неделю и 1 день. Здорового, крепкого, красивого мальчика. Без отклонений. Без осложнений. Без всех тех страшных прогнозов.

17 февраля ему будет полгода.

Эта беременность — это минус 9 килограммов от токсикоза. Минус 16 килограммов за месяц от стресса. Это диагноз 4 мм. Это больницы. Это осуждение посторонних. Это предательство мужчины. Это страх потерять ребёнка каждый день.

Я прошла через это практически одна.

И я выдержала. Потому что внутри меня билось его сердце. 💙

Если вы проходите через тяжёлую беременность, сталкиваетесь с диагнозами и предательством близких — знайте: это не ваша вина.