Начав свой светский путь как яркая красавица с фотокамерой наперевес и подруга Ксении Собчак, в этом году Ульяна решила взяться за нитку с иголкой и примерила на себя амплуа дизайнера. Ее фирменные расшитые пальто с талией рюмочкой, юбки в пол и косынки в русском стиле вызвали нешуточный ажиотаж в мире моды. Теперь имя Ульяна стало нарицательным. Оно означает русских с безупречным вкусом.
Как вы нашли свой стиль?
Я не искала, он был таким всегда, с детства. Кумир моей жизни – бабушка. Вот я и выгляжу, как она: длинная юбка, туфельки, сдержанный верх. Но я не всегда так одеваюсь, меня можно увидеть в чем угодно, это зависит от настроения и его источников. На работу ношу джинсы и кеды. Какие-то образы рождаются после просмотра фильма или прочтения книги. Но все они обычно из прошлого.
У вас в гардеробе нет ни одного обтягивающего мини-платья?Есть, но в них я чувствую себя менее комфортно.
Вашему мужу нравится, как вы одеваетесь?Конечно, нравится. Когда мы с ним бываем за границей, люди делают мне комплименты, и мужу приятно. Всегда шутим, что вот Даня взял меня, неизвестную уроженку Усть-Каменогорска, а теперь люди по всему миру узнают меня в лицо.
Как вы воспринимаете критику? Она меня не расстраивает. Я тоже совершаю ошибки. Пока собираюсь, кажется, что задумка у наряда крутая, потом смотрю на фотографии и спрашиваю у Ксюши Собчак или мужа: «Как вы меня вчера выпустили?» А они: «Мы пытались, но ты же знаешь, что это бесполезно». Меня многие называют бабушкой и матрешкой. Наоми Кэмпбелл, с которой мы вместе отдыхали, так вообще обращается ко мне исключительно «Матреееешка». Мне нравится.
Вы Ксении даете советы по стилю?Иногда, но она сейчас сама прекрасно справляется. Смеемся, что я скоро буду приносить ей венки с лентой – как Жуковский Пушкину – «Победителю-ученику от побежденного учителя».
Какие марки любите?Miu Miu, Prada, Marni, Dolce & Gabbana, Galliano. Жаль, Джон больше не будет делать собственный бренд. Белье шью у мадам Кадоль, туфли у Массаро – они работают в Париже на Chanel.
С кем из дизайнеров вы знакомы лично?Со многими, и они знают меня, поскольку я их клиентка и хожу на показы. Нежно отношусь к Аззедину Алайе, уважаю его за профессионализм и верность принципам. Помню, как однажды на неделе Haute Couture меня подвели к Карлу Лагерфельду и говорят, мол, помнишь эту русскую, Ульяну. Карл одобрительно кивает и спрашивает: «Сфотографируемся?» Я, желая выразить свое почтение и не показаться японским туристом, отвечаю: «Нет, конечно». А он обиделся. И, конечно, Доменико и Стефано – я их просто обожаю!
У вас всегда была такая любовь к одежде?Да. В моем детстве были такие почтовые каталоги – я их рассматривала, мысленно заказывала все, что хочу, складывала в шкаф и мечтала, что утром встану, а вещи уже будут на вешалках. А в школе, невзирая на строгую форму, находила возможность поэкспериментировать. Было и время, когда я экономила на всем, но белье покупала самое дорогое. До недавних пор я очень спокойно относилась даже к украшениям, предпочитая им одежду.
