Человеческое восприятие – удивительная штука. Очень часто мы склонны принимать некую информацию за истину только на том основании, что у нее, выражаясь современным языком, высокий индекс цитирования. Иными словами, один и тот же текст с небольшими вариациями кочует из издания в издание, из блога в блог. И чем чаще он воспроизводится, тем чаще мы готовы брать его на веру на том основании, что «все говорят».
Но увы, нередко бывает так, что копируемый друг у друга текст изначально ошибочен в той или иной степени, и, распространяя его дальше, мы поневоле вводим в заблуждение все больший и больший круг людей.
Именно такая история и приключилась с жизнеописанием человека, чью память якобы предлагается праздновать 14 февраля. Если задать поиск по интернету, запрос «День святого Валентина» принесет десятки и сотни ссылок, пересказывающих с некоторыми вариациями одну и ту же легенду.
Немного истории
Мне стало любопытно, а как же все-таки обстояло дело в те далекие времена. К счастью, помимо «глянцевой» литературы сейчас доступно немало серьезных исторических исследований, позволяющих отделить факты от вымысла. Давайте попробуем все-таки разобраться, что же произошло на самом деле, а что является лишь романтической выдумкой. И давайте не будем забывать, что даже если некие события более-менее совпадают хронологически, это вовсе не означает, что между ними непременно существует взаимосвязь. Как говорится, «после этого не означает вследствие этого».
Что касается меня, то, принадлежа к миру науки, я предпочитаю опираться лишь на достоверные, документально подтвержденные, факты, избегая домыслов и фантазий.
Первое, что подтверждается римскими мартирологами — это сам факт того, что на заре христианства по меньшей мере три человека, носивших имя Валентин, мученически погибли за веру. Но при этом любопытно отметить то, что хотя все трое скончались не позднее 270-го года, их имена отсутствуют в наиболее раннем из известных списков мучеников – Хронографе 354 года.
О первом из них известно только то, что он погиб в Карфагене вместе с группой единоверцев, и его мы дальше упоминать не будем по причине полного отсутствия дополнительной информации. Второй Валентин был епископом Интерамны (современый город Терни). О нем известно то, что он был казнен во время гонений на христиан, но когда точно это произошло – в конце третьего века в эпоху императора Аврелиана или на сто лет раньше – источники говорят по-разному. Похоронен он при Фламиниевой дороге в окрестностях Рима.
Дата смерти третьего мученика пресвитера Валентина – известна более точно. Он был обезглавлен между 268 и 270 годами, и тоже похоронен при Фламиниевой дороге, но на немного ином расстоянии от Рима. В наше время мощи пресвитера Валентина покоятся частично в Риме, частично в Дублине, а мощи епископа в Терни.
В самом конце пятого века папа Геласий принял решение прославить целый ряд мучеников, в том числе и Валентина (сейчас уже невозможно точно сказать, которого конкретно, а скорее, как раз всех разом). Как было сформулировано в соответствующем акте: « … как людей, чьи имена справедливо почитаются среди людей, но чьи деяния ведомы лишь Господу».
Рождение традиции
В том, что это празднование хронологически совпадало с местным римским языческим празднеством, кстати, полностью запрещенным тем же папой, ничего удивительного нет, это была обычная раннехристианская практика. Именно по этому принципу были выбраны и даты празднования Рождества Христова и Рождества Иоанна Предтечи, приходящиеся на языческие фестивали в честь зимнего и летнего солнцеворотов.
Праздник Луперкалий
Ранняя церковь старалась всемерно придавать древним празднествам новый христианский смысл. Но однозначно утверждать, что празднование памяти мученика Валентина установлено вместо Луперкалий мы сейчас не можем, на сей счет не сохранилось никаких документальных записей. Более того, Луперкалии были всего-навсего местным городским фестивалем, тогда как празднование памяти святого Валентина устанавливалось в общецерковном масштабе, т.е., затрагивало всю тогдашнюю христианскую церковь. А вот в общеимперском масштабе в ту эпоху праздновался как раз совсем иной античный обряд – так называемый фестиваль Юноны-очистительницы, постепенно вытесненный христианскими Богородичными обрядами.
Такими образом, празднование памяти святого Валентина было установлено исключительно как почитание его мученичества, без какой-либо связи с покровительством влюбленных. Немного позднее, при папе Юлии Первом, у Понте-Молле была выстроена церковь св.Валентина, а городские ворота надолго получили название «ворота Валентина».
Святой Валентин упомянут, как славный Мученик, в Сакраментарии святого Григория, в Римском Миссале Томмази и в целом ряде британских житий святых. В Средние века изображали его обычно либо с мечом и пальмовой ветвью – символами его мученичества, либо в момент исцеления дочери судьи Астерия.
В последующие девять веков имя святого упоминается в Мученических актах, самый ранний из которых датируется шестым или седьмым веком и в «Золотой Легенде» — житиях святых 1260 года, где впервые упоминается о встрече Валентина с «Императором Клавдием», отказе предать Христа и об исцелении дочери тюремщика от слепоты и глухоты. По всей видимости, здесь уже сливаются воедино два жития абсолютно разных святых, как мы это увидим немного позже.
Что касается романтических легенд, тайно совершенных браков, записок «от твоего Валентина», ни о чем подобном не упоминается нигде вплоть до тех самых пор, пока английский поэт Джеффри Чосер в 1382 году в поэме «Птичий парламент» не упомянул, что птицы в Валентинов день начинают искать себе пару. Эта фраза, не вполне, впрочем, точна – в британском климате птицы начинают обустраивать личную жизнь несколько позже, но романтическая литература, вступавшая в пору расцвета, подхватила ее, развила и растиражировала в множестве более поздних произведений. Энциклопедия Брокгауза и Эфрона, изданная более ста лет назад, утверждает, что «14 февраля, в Англии и Шотландии в старину сопровождался своеобразным обычаем. Накануне дня, посвященного св. Валентину, собирались молодые люди и клали в урну соответственное их числу количество билетиков, с обозначенными на них именами молодых девушек; потом каждый вынимал один такой билетик. Девушка, имя которой доставалось таким образом молодому человеку, становилась на предстоящий год его «Валентиной», также как и он ее «Валентином», что влекло за собой между молодыми людьми на целый год отношения вроде тех, какие, по описаниям средневековых романов, существовали между рыцарем и его «дамой сердца». Обычай этот, о котором так трогательно говорит Офелия в своей знаменитой песне, по всей вероятности, происхождения языческого. Еще поныне Валентинов день в Шотландии и Англии дает молодежи повод к разнообразным шуткам и развлечениям».
Обычай посылать любимым открытки в день святого Валентина также возник в Средние Века. Самой первой валентинкой в мире считается записка, отправленная из тюремного заключения в лондонском Тауэре в 1415 году Карлом, герцогом Орлеанским, и адресованная его жене.
Современное почитание и современный праздник
Св. Валентин
Что касается почитания святого, то в новейшие времена произошло вот что. Во время реформы Римско-Католического календаря святых, произведенной в 1969 году, празднование памяти св.Валентина как общецерковного святого было упразднено на том основании, что не имеется никаких сведений об этом мученике, кроме имени и информации об усечении мечом. На сегодняшний день 14 февраля память святого Валентина совершается исключительно факультативно.
В Православной Церкви, напротив, святой Валентин почитается по-прежнему. Точнее, оба упомянутых ранее мученика – епископ и пресвитер – имеют собственные дни поминовения. Валентин Римлянин – пресвитер – почитается 19 (6) июля, а священномученик Валентин, епископ Интерамны, — 12 августа (30 июля). Если внимательно прочитать жития этих святых, то становится видно, что в распространенных ныне легендах смешались фрагменты, относящиеся к совсем разным людям, да еще средневековые сочинения дополнили их множеством романтичных, но совершенно нереалистичных эпизодов.
Таким образом получается, что возникновению имиджа святого Валентина как покровителя влюбленных, а также многочисленных легенд, связанных с ним, мы обязаны Средним Векам и их романтической литературе, а отнюдь не обстоятельствам жизни реальных мучеников, погибших на заре христианства. И если уж говорить о том, «чей» это праздник, то придется признать, что вот уже более сорока лет в католическом богослужебном календаре никакого Валентинова дня нет, вместо него 14 февраля празднуется память святых равноапостольных Кирилла и Мефодия. Так что на сегодняшний день оба святых Валентина – «наши», на общецерковном уровне их память чтит только Православная Церковь.
Что же касается идеи о возможном возникновении праздника святого Валентина – покровителя влюбленных как христианизированной замены Луперкалий, то возникла она в 18 веке в качестве гипотезы у антикваров Албана Батлера — составителя «Батлерова жития святых» — и Франсиса Дуса именно в связи с тем, что о реальном Валентине не было известно абсолютно ничего. Собственно, и у этой гипотезы нет никаких достоверных подтверждений, кроме попытки привязать сочинения 14 века к реалиям третьего. Здесь я только кратко излагаю хронологию событий, а всех интересующихся приглашаю познакомиться поближе с исследованиями историков Уильяма Френда и Джека Оруча, опубликованными в 1967 – 1981 годах.
С течением времени малоизвестный обычай посылать любимым 14 февраля небольшие сувениры и записочки, существовавший главным образом в Англии и Франции, вместе с эмигрантами попал в Новый Свет, где и был поставлен на широкую ногу. Начиналось все достаточно безобидно, с блокнотов стихов, напечатанных на отрывных страничках в помощь влюбленным, не одаренным поэтическим даром, но постепенно дух века нынешнего взял свое. В разных странах к нему относятся по-разному, где-то празднуют широко, где-то весьма скромно. И вот, что я по этому поводу думаю.
Любовь против коммерции
Мне не близок весь тот коммерческий «валентиновский» ажиотаж, который возникает еще в январе, следом за рождественскими распродажами. Но точно так же мне не по духу использование Рождества и Пасхи в качестве поводов для увеличения торговли. Мне не нравится создание специфического, достаточно дурновкусного, антуража и постепенный перенос основного акцента праздника с любви-рыцарского поклонения, как это было во времена Чосера и его эпигонов, в на любовь-«эрос».
Но вот что важно. В нашей жизни, на самом деле, любви истинной, любви дающей, а не ждущей чего-то для себя, места отводится совсем мало. Мы все читали евангельские слова, или в кино видели, как юный, светящийся Андрей Рублев объясняет маленькой княжне, что такое любовь. Но часто ли мы сами говорим своим любимым о своих чувствах? Часто ли стараемся порадовать их хотя бы маленьким подарком просто так, без всякого повода? Боюсь, что очень редко. То дела заедают, то свои проблемы, когда не о другом человеке думается, а себя жалко, себе хочется и утешения, и внимания. Да и не принято в нашей культуре особенно о чувствах говорить, в любви признаваться, особенно если пара уже не первый год вместе живет. Любовь, романтика – это все удел молодых, так часто считают.
И разве плохо, если нам хоть так, при помощи иноземного календаря, напоминают о том, что хорошо бы сделать маленькое доброе чудо для наших самых родных и любимых людей? В конце концов, это же от нас самих зависит – поддаваться на коммерческие приманки или нет, следовать навязываемым извне традициям или создавать что-то свое, собственное.
По-моему, праздник любви – это замечательно. Но не громкий, пафосный, отмечаемый практически по единому сценарию от ясель до офисов, а камерный праздник любящих людей, позволяющий нам вспомнить о том, что мы не только родители, дети, ответственные работники, пастыри и прихожане, но еще и просто мужчины и женщины, любящие и любимые. Что мы вместе не только ради продолжения рода и решения всевозможных хозяйственных задач, но и просто ради друг друга и того чувства, которое нас связало.
Помните, что сказал замечательный сказочник христианин Евгений Шварц? «Слава храбрецам, которые осмеливаются любить, зная, что всему этому придет конец. Слава безумцам, которые живут так, как будто они бессмертны, — смерть иной раз отступает от них». Давайте не будем забывать об этом, и пусть не один день у нас будет праздником любви, а вся жизнь.
