Третий ребенок - это грань, черта, переступив которую, семья оказывается в районе, оцепленном красными флажками. Многодетность с заботливо заготовленным обществом ярлычком "нищета"
"Мы решаемся на пятого ребенка". Помню, как поразили меня эти слова матушки Наталии Соколовой в ее книге "Под кровом Всевышнего". Как, неужели православной женщине, супруге священника, необходимо не только послушание "женской доле", своему естеству, но и решимость, настойчивость в таком вопросе как рождение детей?
Чаще всего замужняя женщина легко и радостно принимает весть о первой своей беременности. Муж исполнен гордости в связи с предстоящим отцовством; его и ее родители мечтают о внуке... Все складывается более-менее благополучно. Второй ребенок не вызывает такого же нетерпеливого ожидания родни, но если времени между первыми и вторыми родами прошло немного, родители утешат себя тем, что дети-погодки лучше поладят, да и приданое для второго малыша оставил в наследство первенец, не успела еще заржаветь вывезенная на дачу коляска... Рожденная через десяток лет после сына дочь станет любимицей семьи, радостью для стареющих потихоньку мамы и папы. Два ребенка — это нормально. Ровно столько их, белозубых, улыбающихся ежедневно мы лицезреем на пакетах молока, йогуртовых баночках, проспектах о семейном отдыхе в Турции...
Третий. Третий не лезет ни в какие ворота: ни в двухкомнатную квартиру, давно ждущую евроремонта, ни в благополучную карьеру мамы, ни в кредит на машину, ни в семейные альбомы близких и дальних родственников. Третий — это грань, черта, переступив которую, семья оказывается в районе, оцепленном красными флажками: "Стоп, опасно, скользкая дорога, возможность оползней и обвалов". Многодетность с заботливо заготовленным обществом ярлычком "нищета".
Не перестаю задаваться вопросом: "Почему многодетная семья — это не два, не четыре ребенка, а именно трое?" Родив двоих, семья всего-навсего исполнила минимальный долг: "эта ложечка — за папу, эта — за маму". Никакого прироста населения, никаких "за дядю Петю, папиного брата, погибшего в автокатастрофе в прошлом году и не оставившего детей", "за тетю Аню, мамину сестру, у которой их не будет из-за осложнений после первого аборта". Третий ребенок — это шанс нации, лотерейный билет, который родители дарят обществу, страховой взнос в копилку вымирающей страны.
Многодетность автоматически дает семье некоторые льготы, и это хорошо, но недостаточно, чтобы люди решили стать многодетными. Слишком силен архетип Рубикона: здесь, по эту сторону мы нормальны, а там — там о нас будут думать совсем по-другому.
Как решиться на третьего ребенка? Пугают финансовые проблемы, но это преодолимо: муж не инвалид, да и сама вернусь на работу спустя какое-то время. Муж. А хочет ли он этого ребенка? Политики и проповедники прикладывают столько сил, уговаривая женщину рожать, что словно и не смотрят на того, кто рядом с ней. Женщина — существо впечатлительное, на ее окончательное решение может и листовка со страшной картинкой повлиять, и розовенькая рекламка "избавляем от нежелательной"... Но это если беременность уже "случилась". Кстати, одним из приоритетных направлений антиабортной деятельности я бы порекомендовала сделать чистку русского языка от таких слов как "залёт" и привлекать к административной ответственности лиц, сие словцо в музыкальной и культурной сферах употребляющих.
Вернемся к той женщине, у которой двое детей уже есть. Как убедить современную горожанку следовать женскому предназначению и дальше? У нее все сложилось: брак и карьера, в которую удачно вписались два симпатичных малыша. Рожать третьего — разве не обкрадывать их материнской заботой, любовью и финансами? Сил на детей потребуется больше, времени на себя останется меньше... Прощай, фитнес, дорогая и необходимая косметика, умные романы... Здравствуйте, халат и тапочки... и, о ужас, сочувствие, а вскоре и безразличие в глазах собственного мужа.
Если уйдет он, как я потяну все сама? Сегодня, например, батюшка в храме говорил о многодетности, о том, что женщина спасается чадородием. Но у батюшки у самого трое детей, он ради меня на молочную кухню несколько раз в неделю ездить не будет... И патриот-политик не согласится лично ко мне приехать посидеть с малышом, пока я буду давать уроки английского приходящим ученикам. Выходит, самой надо принимать решение.
Понадеяться на помощь свекрови? А если с этой стороны не очень повезло? Если родная мать, дважды бабушка, предлагает измерить тебе температуру, когда ты невзначай заговариваешь о том, что хотела бы родить еще одного ребенка? Статьи о правильном и почетном пути многодетных ведь не каждый день на глаза попадаются, а родственники и их мнение — реальность повседневная.
Решиться на третьего. Принять это решение не "потому что", а всегда "несмотря на". Несмотря на то, что и с мужем может случиться все, что угодно, и буря может разрушить ваш дом, и отвернутся все друзья и знакомые. Нет ничего невозможного, никто не дает пожизненной гарантии на счастье еще со времен ветхозаветного Иова. Не стоит обольщаться — решение принимает не духовник, а ты сама, ты и будешь нести ответственность за все, как полагается взрослой женщине.
Казалось бы так. Закусим губы, закатаем рукава — и в битву, на баррикады. Ради чего? Ради мечты об этих маленьких пальчиках, на которых и ноготков пока не разглядишь, ради этих крохотных носочков, ради колясок, которые другие провозят мимо, а ты задыхаешься от ревности к этому счастью... Стоит, стоит оно того, только есть еще одна загвоздка. Готова ли ты дать жизнь человеку, зная, что он обречен на смерть? Не о больном ребенке я говорю, а о всяком, приходящем в этот мир. Двадцать ли лет проживет твой ребенок на этой земле или восемьдесят — не все ли равно, если всех нас ждет один удел? Но если ты знаешь, что жизнь не прервется, тем легче дать ее другому.
Невозможно решиться повесить на себя ярлык "многодетная", не ожидая помощи от Бога. Как много стоит за словами "положиться на Промысл Божий". Если Господу угодно дать тебе ребенка, Он даст тебе сил вырастить его. Если ты следуешь Его заповеди любви и даешь жизнь новому человечку, разве Он оставит тебя своим милосердием? Невозможно хотеть ребенка в современном мире личной роскоши и комфорта, которого "достойна" только я, я одна. Но для Бога нет ничего невозможного.
Если для авторов статьей о демографическом кризисе в России я — только тело, предназначенное к деторождению лишь в силу своей женской природы, для Него я — любимое дитя. Разве могу я не ответить Ему тем же?
автор: Валерия Ефанова
