В 2011 году моя мечта сбылась и я узнала, что стану мамой. Так как папа моей дочки немец, и знала, что жить мы будем в Германии, я стала задумываться о том, как же сделать так, чтобы моя девочка говорила со мной на моём родном языке. Изучив все доступные материалы на тему двуязычия (об этом в предыдущем посте), я приняла твердое решение работать над этим с первого дня жизни моей девочки. Будучи беременной я собирала различные методики, продумывала, по каким учебным материалам мы будем заниматься, сохраняла интересные страницы в " избранное". И вот моя малышка появилась на свет)
В силу того, что на момент знакомства с папой моей доченьки я практически не говорила по -немецки (хотя и училась до девятого класса в школе с углубленным изучение нем яз), поэтому так уж повелось, что язык нашего общения стал английским. В начале, я даже не задумывалась о том, что наше двуязычие станет трехъязычием, но так так между собой мы продолжали говорить на английском, я поняла, что это еще один шанс, который я не должна упустить.
Первое время, как и любой начинающей маме мне было очень тяжело и, скажу честно, все мои методики оставались лежать на своих местах. НО с первого дня жизни моей дочери я разговаривала с ней как с равным собеседником. Эва НИ ДНЯ не пролежала в своей кроватке во течение дня, в то время, когда она не спала. Она была постоянно на моих руках. Вместе мы делали все: готовили, убирали, стирали. Во время всех наших совместных дел я ей рассказывала, рассказывала обо всем: что я делаю, как я это делаю, рассказывала о предметах вокруг нас, о их свойствах, то есть все то, о чем мы обычно только думаем, я говорила вслух. На прогулках, пока Эва спала, я продолжала с ней беседовать. Со стороны, конечно, это смотрелось очень странно.
Через 3 недели, когда доченька стала держать голову, мы стали пользоваться слингом, где Эва даже спала. Где-то в это же время, эвочка отказалась лежать на ручках как малышка и с этого момента я развернулась ее спиной к себе и мы начали активно изучать мир. Тогда я подумала, что на данном этапе развития Эвочки, главное, чтобы у неё сложилась картина того места, где она живет, куда она ходит гулять, представление о людях, которые её окружают. Мы пересмотрели и перетрогали все, что было в доме, что встречали на прогулках и вместе это обсуждали) Да, именно вместе, потому что с первого дня я разговаривала с дочерью как с равным мне собеседником. Я рассказывала ей обо всём, потом задавала вопросы и ...отвечала на них, и так целыми днями.
В тот же момент мы начали делать массаж и гимнастику. Каждый сеанс массажа сопровождался потешками, гимнастики - стихами и отрывками из сказок, которые я помнила из моего детства. Мы слушали музыку и пели, на ночь я часто пела Эвочке колыбельные. Каждый день я общалась в скайпе со своей мамой, которая так же принимала участие в наших беседах.
В наших играх я делала акцент на развитие речи. Некоторые игрушки я мастерила сама, каждый предмет, который попадал в руки к моей доченьки становился инструментом для расширения нашего пассивного словарного запаса. Со всеми игрушками мы сначала знакомились, обсуждали какого они цвета, размера, какие они по весу, из какого они материала, что с ним можно делать и т.д. Только потом мы начинали играть.
К 3 месяцам, я стала вносит в наши игры и занятия некоторые методики, в т.ч. методику Гленна Домана. Готовых карточек у меня не было, поэтому пособия я делала сама. Позже все карточки мы вставили в альбом и листали его каждый день как книжку. По ходу изучения, карточки добавлялись и убирались из альбома. Но суть оставалась прежняя: просматривание альбома было нашим ежедневным занятием, которое вскоре нам очень полюбилось.
И так Эва была постоянно на моих руках до 6 месяцев (до 6-и только потому, что хотела уже сама изучать мир). За что меня очень осуждали родственники нашего папы и знакомые. Мне говорили о "вреде" постоянного ношения детей на руках, говорили, что мой ребенок будет не самостоятельным, пугливым и избалованным, что я поощряю капризы ребенка (это о потребности ребенка быть с мамой) , и всякого рода нелепицу. Будучи постоянно со мной, у нас с Эвочкой была замечательная возможность все обсуждать. С 4 месяцев стало восстанавливаться наше грудное вскармливание, чему мы с Эвкой были очень рады, и Эвочка стала спать с нами в одной кровати. Этот шаг вообще свел с ума наше окружение. Люди крутили у виска и говорили, что я не нормальная. (Знакомые так же косо смотрели на меня потому, что я говорила с ребенком на русском языке).
Все это, вы скажите, не имеет никакого отношения к речи. Здесь я не соглашусь. Все то, что я описывала выше, напрямую связанно с речью, это те предпосылки, которые в будущем сделали свое дело.
А теперь начнется, то, ради чего вы стали читать мою рубрику - первые слова.
Наши подготовительные занятия продолжались до 6,5 месяцев, когда я услышала первую вокализацию своей дочери: ма-ма-ма, па-па-па, фа-фа-фа.... Конечно, это не является первыми осознанными словами, но эти сочетания звуков являются предшественниками настоящих слов. Таким образом в восемь месяцев Эва произнесла свое первое слово. Я думаю, что вы гадаете, что же это было за слово и на каком языке его произнесла моя дочь))) К моему огорчению, это было слово из немецкого языка. Эва лежала у меня на постели, и тыча пальчиком на пододеяльник, стала говорить БЛЮМ . Сначала, я не передала значения тому, что она сказала. Но она повторила. И тут меня осенило: на пододеяльнике были нарисованы цветы (Blume [блюме] - от нем/ цветок) и моя девочка мне сообщила, что на пододеяльнике нарисован цветок.
Меня мучил вопрос: почему свое первое слово она произнесла на немецком языке? В то время, общение с папой на немецком языке сводилось к 15 минутам в день, в тот момент когда общение Эвы с ее русскоязычной мамой проходило в течение 24 часов в сутки. Ответ был прост: у дочки был музыкальный столик, на котором была кнопка "цветок". Нажимая на цветок, Эвочка слышала Das ist eine Blume, eine gelbe Blume [дас ист айне блюме, айне гельбе блюме] - это цветок, желтый цветок.
Скажу честно, на ряду с радостью и волнением, от первого произнесенного слова, я так же чувствовала некоторую досаду и даже ревность потому, что слово это было не из моего родного языка. Меня терзал вопрос, почему? В семь месяцев (к сожалению до этого у меня не было ни одной русской книги для ребенка и я еще не знала, где их можно приобрести в Германии) мы стали читать. Читали каждый день, понемножку, в одно и то же время. Чтение практически сразу нам полюбилось (в скором будущем доченька стала большой книголюбкой)) как её мама). И вот, казалось бы, словарный запас всё больше рос, и дочке так нравилось читать, что через неделю Эва сама уже выбирала то, что мы будем читать, и несла мне книгу. НО по-русски она пока еще ничего не говорила.
В 9 месяцев мы первый раз поехали на мамину родину, в любимый СПб. Скажу сразу, что каждая поездка в отпуск или к бабушке в Россию, дает огромный толчок в развитии Эвочки. Там мы постоянно общались с моими родителями и остальными родственниками, что несомненно отразилось на речи моей девочки. Эвочка увидела, что на русском языке говорит не только мама и бабушка, но и многие другие люди. Моя мама не могла с ней наиграться и очень многому её научила. Тогда я не придала этому значению и даже не поняла, но именно тогда эва начала говорить по- русски. И любимым словом на тот момент было слово "атась", значение которого я поняла спустя !!! 5 месяцев!!! "Атась" обозначало Наташа, то есть мое имя. Все вокруг так часто называли меня по имени, что доченька стала обращаться ко мне так же. Наша бабушка приобрела по нашему заказу книги и развивающие пособия и с 10 месяцев мы стали активно и регулярно заниматься. В нашей с Эвочкой библиотеке появились новые любимые книги, а так же Эвочка просто влюбились в "Школу семи гномов".
Спустя месяц пребывания в России, моя девочка очень повзрослела, в том числе в интеллектуальном плане. По приезду домой, Эвочка знала и показывала на себе, а так же на других, некоторые части тела, части лица, играла в некоторые пальчиковые игры, а так же охотно здоровалась, прощалась и просила что-либо дать жестами.
Я не могла сравнивать свою дочь с русскими детьми, т.к. их просто не было вокруг, но по сравнению с немецкими детьми Эва очень далеко была впереди. Однако из новых слов пока ничего не было.
Приходя в магазин Эвочка здоровалась со всеми, кого встречала на своем пути. Окружающие её хвалили, а она от этого старалась показать всё, что умеет и знает.
Постепенно время подходило к плановому осмотру врача, по достижению 1 года. И вот, за 2 недели до нашего первого дня рождения, мы пошли к доктору. Помимо медицинского осмотра, врач смотрит на общее и физическое развитие. Когда наш педиатр зашел в кабинет, он обнаружил Эвочку за "чтением книги". Эва сидела на кушетке листала словарь в картинках для малышей, тыкала пальчиком на картинки смотрела на меня и без умолку рассказывала мне что-то на своем языке. Доктор очень удивился, сказав, что по немецким меркам мы должны проходить уже следующий осмотр (с 1 года 9 мес до 2 лет). Дальше ему даже стало интересно, что же девочка ещё умеет делать. Эва с удовольствием показала у всех глазки, носики, ротики и ушки, построила маленькую пирамидку, поиграла с кубиками, познакомила доктора со своей новоиспечённой дочкой Матильдой, и врач приступил к стандартному тесту на интеллект и мелкую моторику. Этого теста я очень боялась, т.к. врач будет говорить с Эвкой на немецком языке, который, увы, в нашей семье был в меньшинстве. Тест для Эвы оказался не сложным, чему я была очень рада. Доктор знал о том, что мы говорим с Эвочкой на разных языках и сказал, что я могу ей объяснять инструкции к заданию на том языке, который она больше понимает. После осмотра наш врач вынес вердикт: ребенок развит и развит даже больше, чем он ожидает от годовалого ребенка, а так же, что по среднестатистическим нормам Эва опережает своих немецких сверстников как минимум на 9 мес. Для меня это было сюрпризом. Конечно я понимала, что Эва знает и умеет больше, чем дети соседки и знакомых, но я не думала, что на столько.
Подводя итог, ещё раз обрисую картину наших языковых достижений. К одному году Эва прекрасно понимала русский язык! Однако из активной речи было лишь мамино имя (которое я расшифровала позже) и доченька лепетала на своем фантазийном языке. Возможно, среди этого фантазийного языка были и попытки произнести какие-то реальные слова, но на тот момент я пока ничего не могла разобрать. Это означало, что речевой аппарат моей девочки развивался, и что скоро моя Эва начнёт говорить.
В немецком языке дела обстояли похуже. Понимала немецкую речь она лишь частично. Из активного словарного запаса было только одно слово Блюм ( die Blueme).
Английский язык был в меньшенстве. Эва понимала отдельные слова и ничего пока еще не говорила.
Картина нашего реечного развития выглядела достаточно хорошо, но, как известно, в бочку с медом обязательно кто-нибудь добавит ложку дёгтя...
О дёгте в следующем посте )))
До встречи)
