Жили на свете старик со старухой.
Жили они хорошо, да вот горе: не было у них детей. Сильно тужили старики, что под старость пришлось им одиноким век коротать, да ничего не поделаешь. Только у них и радости было что, на чужих детей глядючи, утешаться.
Вот раз зимой сидят старик со старухой под окном и смотрят, как на улице ребятишки в снежки играют. А снег только что выпал, белый такой, рыхлый. Закончили ребята в снежки играть и стали из снега бабу лепить. Старик и говорит:
- А что, старуха, не пойти ли и нам на улицу, будем и мы бабу лепить.
- Что ж, пойдём разгуляемся на старость! Только на что тебе бабу? Слепим лучше себе дитя из снега, коли бог живого нам не дал.
- Что правда, то правда, - говорит старик, взял шапку и пошёл на улицу.
Принялись старики лепить дитя из снега. Слепили туловище с ручками и с ножками, наложили сверху круглый ком снега и вылепили из него головку.
- Бог в помощь! – кричит кто-то, проходя мимо.
- Спасибо, - отвечает старик.
- Божья помощь на всё хороша, - говорит старуха.
- Что это вы делаете?
- Да вот, что видишь: Снегурочку! – сказали, а сами опять за дело.
Вот вылепили они носик и подбородок, сделали две ямочки на лице, и только что старик прочертил ротик, как вдруг из него теплом пахнуло. Смотрят старики: ямочки на лице стали уж навыкате, и из них проглядывают голубенькие глазки, а потом и малиновые губки улыбаются.
“ Что это, господи! Не наваждение ли какое?”- думает старик.
А кукла наклоняет к нему свою головку, точно живая, и шевелит ручками и ножками в снегу, словно грудное дитя в пелёнках.
Задрожала старуха от радости и бросилась обнимать Снегурочку.
- Ах ты, моя Снегурочка дорогая! – говорит старуха, обнимая своё нежданное дитя, и побежала с ним в избу.
Растёт Снегурочка не по дням, а по часам, и что ни день, то всё лучше.
Старик со старухой не нарадуются на неё. И весело стало у них в доме. Девушки с села приходят забавлять бабушкину дочку: разговаривают с нею, поют ей песни, играют с нею во всякие игры, учат всему, как что у них ведётся.
А Снегурочка такая смышленая: всё примечает и перенимает. И стала она за зиму точно девочка лет тринадцати: всё разумеет, обо всём говорит, и таким сладким голосом, что заслушаешься. А собою она - беленькая, как снег, глазки, как незабудки; светло-русая коса до пояса, одного румянца только нет вовсе, словно живой кровинки в теле нет. И все не налюбуются Снегурочкою. Старушка же в ней и души не чает.
- Вот, - говорит она мужу, - даровал-таки нам бог радость на старость!
Прошла зима. Заиграло на небе весеннее солнце и пригрело землю. По проталинам зазеленела травка, и запел жаворонок.
Стали красны девицы хороводы по селу водить да песни петь. А Снегурочка что-то скучна стала.
- Что с тобою, дитя моё? – говорит ей старуха. – Не больна ли ты?
А Снегурочка отвечает ей всякий раз:
- Ничего, матушка, я здорова.
Сошёл последний снег. Зацвели сады и луга, запел соловей и всякая птица, и всё в божьем мире стало живей и веселей. Снегурочка ещё сильней скучать стала и всё прячется от солнца в тень. А в дождик и сумрак она веселей становится.
А раз, как надвинулась серая туча да посыпала крупным градом, Снегурочка так обрадовалась, как иная не была бы рада и жемчугу перекатному. Когда же опять припекло солнце и град растаял, Снегурочка плакала по нем, да так сильно, как будто сама хотела разлиться слезами.
Вот и весна прошла, настал Иванов день. Собрались девушки из села на гулянье в рощу, зашли к Снегурочке и пристали к старухе:
- Пусти да пусти с нами Снегурочку!
Старухе сначала не хотелось пускать её, но потом подумала: “Авось разгуляется Снегурочка!” – и отпустила её с подругами в лес на гулянье.
Пришли они в лес, и пошло у них тут веселье: вили венки, вязали пучки из цветов и распевали веселые песни. А когда закатилось солнце, девушки разложили костер из мелкого хвороста, зажгли его и все в венках стали в ряд одна за другою, а Снегурочку поставили позади всех.
- Смотри же, сказали они, - как мы побежим, так же ты беги следом за нами, не отставай!
Вот стали девушки прыгать через костер.
Вдруг что-то позади их зашумело и жалобно так простонало “ау!”. Оглянулись они в испуге – нет никого.
Смотрят друг на дружку и не видят между собою Снегурочки.
- А! Верно, она спряталась, шалунья.
И разбежались искать её, но никак не могут найти: кличут, аукают - не отзывается.
- Куда бы это она делась? Видно, домой убежала, - сказали они и пошли в село, но Снегурочки и в селе не было.
Искали её на другой день, искали на третий. Исходили всю рощу – кустик за кустик, деревцо за деревцо – нет Снегурочки. И след простыл!
Долго горевали старик со старухою и плакали по своей дочке.
Куда ж делась Снегурочка? Лютый ли зверь уволок её в дремучий лес или хищная птица унесла к синему морю? Когда Снегурочка побежала за подружками и прыгнула в огонь - потянулась она вверх лёгким паром, свилась в тонкое облачко и полетела в высоту поднебесную.