В ту Новогоднюю ночь шел пушистый сказочный снег, белые хлопья искрились и переливались под светом фонарей, цеплялись за лапы елей, укрывали землю воздушным покрывалом. Именно в эту сказочно-красивую первую ночь наступившего нового года у нее и родился самый любимый человек на свете - ее счастье и надежда, ее сын. Вот он лежит в маленькой колыбели - вот розовые пяточки, еще такие маленькие и беззащитные, вот тоненькие пальчики на малюсеньких ручках, и глазенки - большущие, папины. Она не могла налюбоваться на свое сокровище, такое долгожданное, такое самое-самое - она даже не находила слов, чтоб описать всю ту безграничную, всепоглощающую любовь к этому маленькому комочку из которого в скором времени вырастет самый лучший в мире мужчина: умный, сильный, смелый и, главное, счастливый! Уж она-то все сделает для этого! Не зря же она столько книг по психологии воспитания детей прочитала - она готовилась, со всей серьезностью и ответственностью готовилась стать матерью. И стала…
Мальчишка рос весьма развитым и смышленым, с каждым днем все больше и больше радовал родителей своими успехами и достижениями: вот он сделал свои первые неуверенные шаги, а вот первое «мама», а вот и первые прочитанные буквы. Гордилась ли мать им? Несомненно! Очень гордилась. В доме у них никогда не бывало гостей. А зачем? Ведь им и так хорошо - своей семьей, в своем большом, ухоженном доме и без посторонних людей. Да и муж не любил посторонних. Возможно, потому что частенько любил по вечерам пропустить бокальчик - другой горячительного, а возможно потому, что от природы был замкнутым, нелюдимым, грубоватым и даже жестоким. Но она-то этого не замечала, она любила и была счастлива…
Она добилась всего, чего хотела когда-то, о чем мечтала еще будучи маленькой, запуганной девочкой, которая крепко зажмурившись и трясясь от страха наивно пряталась в холодной постели под колючим одеялом едва только заслышав тяжелые, нетрезвые шаги отца по коридору: «Ну, пусть он меня не заметит или решит, что сплю, ну пожалуйста». Но отец замечал… И силой вытаскивал дочь из-под одеяла, заставлял прислуживать себе, снимать с себя ботинки, разогревать ужин, и сидеть сгорбившись на табуреточке за столом слушая длинные, бессвязные, пьяные монологи…
Вероятно, поэтому она и не замечала грубости мужа. Даже тогда, когда он поднимал на нее руку, она все искала и искала ему оправдания. И находила их: «Он не так уж сильно и пьет. Слава Богу, не как мой папашка! Да и сына любит, не бьет его и балует. Иногда чрезмерно, конечно, но лучше уж пусть так чем лупить ребенка всем, что под руку попадется. А то, что меня бьет, так главное, что сын-то этого ни разу не видел. Ну а я? Я потерплю. Что мне еще нужно? Сын есть, муж есть, дом полная чаша. Потерплю уж как-нибудь. Ради сына»
Сын подрастал и все так же радовал родителей. Даже тогда, когда дрался с другими детьми - значит сильным и смелым растет. Даже тогда, когда в дом к ним ворвалась чья-то полоумная мамаша и устроила скандал: «Ваш сын в подъезде пытался задушить мою дочь!» и не слушала никаких доводов про то, что мальчик просто играл так, а четырехлетняя девочка совершенно зря испугалась подростка. Но женщина ничего не желала слушать и вызвала полицию - ну, полоумная, что с нее взять? Конечно, эти странные люди в погонах зачем-то поставили на учет в детскую комнату милиции ее маленького мальчика, но она честно пыталась уладить дело - где деньгами, где уговорами, а где-то и шантажом. Ну, в самом деле, нельзя же мальчишке портить жизнь только потому, что какая-то там четырехлетка не поняла его желания поиграть с ней в темном подъезде! Да и не задушил же он ее, в конце-то концов! И даже тогда, когда 15-летний любимый сынишка впервые поднял руку на мать, она нашла ему оправдание - перенервничал он, первая любовь, первая ссора с девочкой, а тут я привязалась с этими дурацкими уроками, сама виновата, надо бы пойти извиниться. И все так же неистово и самозабвенно продолжала любить и гордиться своим ненаглядным маленьким мальчиком…
А после…
После произошло самое страшное! Ее милый и нежный мальчик, ее кровиночка и смысл ее жизни отнял жизнь у другого человека…
Отнял жестоко и беспощадно… И ничто его не могло остановить: ни крики жертвы, ни мольбы, ни предсмертные хрипы. Он просто монотонно, с холодной яростью в глазах все продолжал и продолжал наносить удары, еще и еще, снова и снова его кулаки впечатывали в промерзшую землю тело несопротивляющейся жертвы… Снова и снова, удар за ударом он впечатывал свои тяжелые сапоги в голову умирающей, пожилой женщины… Особой жестокости этого преступления были поражены даже немало повидавшие на своем веку следователь и опергуппа. А признательные показания, данные этим пятнадцатилетним пацаном, повергли в ужас всех. «Убивать старуху я не хотел, - небрежно, свысока бросил он, - просто немного перестарался. Но тут меня понять можно - она сама начала визжать, вот я и увлекся слегка. А вот за что меня судить? Ну, подумайте сами, я же нашу планету очищаю от всяких мразей типа вот таких пьяных бомжей. Их же никто не заставлял опускаться на самое дно, спиваться до потери человеческого облика, так почему такие люди как вы, как я, как мы все, должны наблюдать в нашем мире такую грязь, как эта противная старуха?! Вы слышали, как от нее разило перегаром? А в какие лохмотья она была одета вы видели? А видели, с какой жадностью она рылась в мусорном баке? Вы бы мне лучше спасибо сказали, что благодаря мне мир наш чище стал!»
Хочется, что бы подобных «чистильщиков» в нашем мире не было бы вообще и очень хочется, чтоб мальчишки вырастали действительно сильными и добрыми, защитой и опорой, но… Зачастую родители, сами растят монстров, не придавая особого значения воспитанию и прикрывая отсутствие у детей оного такой красивой фразой «я принимаю своего ребенка таким, какой он есть… во имя любви!».
Милые родители, помните, что нашего «чистильщика» тоже с детства принимали таким, какой есть, объясняя, что уж ему-то можно все! Он рос во вседозволенности и безнаказанности, видя перед глазами примеры отца, избивающего мать лишь на том простом основании, что он - мужчина, а значит имеет право, и матери, безропотно сносящей все побои и тщательно оберегающей все семейные тайны и секреты от посторонних глаз… И это все: и безнаказанность ребенка, и тирания отца, и терпение матери тоже были «во имя любви!»…
