Когда я родилась, моему брату было 5, и он давно просил купить ему сестру. Был конец 80-х, и с деньгами туго, но родители все-таки отложили заначку, сходили в роддом, выбрали товар,привезли домой и торжественно положили в коляску под восторженно-недоверчивый взор брата. Я лежала, пускала пузыри, озабоченно ждала сисю, и даже не догадывалась, во что вляпываюсь ближайшие 20 лет. Что мальчик, заглядывющий в коляску и качающий ее так, что я срыгивала позавчерашний ужин - мой первый социум и отменная закалка.
Наша первая ссора произошла через пару часов после маминого возвращения из роддома. Оставив меня спать в коляске, она отлучилась в другую комнату, а когда вернулась, обнаружила, что я лежу на кровати, а брат сидит рядом и пытается поиграть моими ладошками. Постаравшись не думать о плохом, мама, осторожно держась за стенку, чтобы не грохнуться тут же, осведомилась у брата, как он сумел вытащить меня из коляски.
- За ноги поднял и аккуратно до кровати донес вниз головой, - невозмутимо ответила мой новоиспеченный родственник.- А можно ее на брата поменять? 
Больше мама нас одних в комнате не оставляла. По крайней мере до того времени, пока я не научилась давать отпор и делать «пщщщщщ» из слюней от режущихся зубов, чем бесила брата неимоверно.
Ссорились мы много, часто и по делу. То не могли поделить две одинаковые игрушки, то абсолютно идентичные шоколадки, а то и вовсе 7-летнему брату вдруг вынь да положь куклу, а мне жизненно необходимо требовался грузовик… Поначалу чаще доставалось брату, но я быстро смекнула, что возраст играет решающую роль. А мама в свою очередь смекнула, что я чуть умнее, чем она думала, поэтому доставалось обоим - нас просто разводили по разным сторонам.
Ситуацию не спас даже переезд в новую квартиру, где у каждого из нас образовалась своя комната. То есть при желании пересекаться можно было только на кухне, отбирая друг у друга компот, и в туалете, потому что каждому из нас срочно требовалось пописать, как только кабинку занимал другой. Просто до умопомрачения требовалось, еще чуть-чуть - и щас взорвешься. Вот как пИсать хотелось. Все остальное время можно было сидеть в своей комнате, иногда переговариваясь в розетку (у нас они были на одном уровне). Можно, да. Но к тому времени мне было 7, а брату - 12, и мы просто физически не могли находиться в одиночестве. В ход пошли драки. Дрались мы с упоением, от души и иногда всерьез. Я так вообще применяла всю силу, брат поддавался, а бедная мама металась между нами, обещая посадить каждого под замок в свою комнату. Это я сейчас понимаю, что ей было очень трудно, и растаскивать после работы беснующихся детей - удовольствие оргазмическое. К тому моменту, когда с работы приходил папа, пыл у нас угасал, энергия иссякала, мы занимались в комнате своим делами, мама распласталась на диване, и ее взгляд не выражал ничего, кроме съехавшей крыши и желания рухнуть на диван всем телом и чтобы ее не трогали. А папа, кстати, до сих пор искренне думает, что в детстве мы мало ссорились. Потом мы чуть повзрослели и поняли, что лучшее время драться подушками - когда дома вообще никого нет. И это был кайф. Потому что можно орать друг на друга хоть до посинения, и никто не прибежит и не прервет, когда так много нужное сообщить, суть которого сводилось к тому, что он-дурак…
Справедливости ради стоит сказать, что война разбавлялась миром - когда, например, зимой в деревне брат возил меня на горку далеко от дома, куда я в силу малолетства не могли найти дорогу. А потом садился со мной на санки и ехал вместе, потому что горка была крутая и свернуть шею было проще, чем плюнуть в воздух. Или мы до ночи играли в карты, то и дело уличая друг друга в жульничестве.
Пубертат у обоих проскочил быстро, мы перестали драться, ссорились нечасто и из вредности, и поняли одну вещь. При внешней схожести, мы очень разные. Максимально. У нас разные профессии, вузы заканчивали в разных городах, у нас совершенно непохожие друзья, любимая музыка, представления об отдыхе и полярные ремонты в квартирах, не имеющие ничего общего по стилю. И мы никогда не спрашиваем друг друга, на какой фильм идти. Потому что если он понравился мне, то брат будет сопеть на весь зал, 100 раз протрет 3D-очки и в конце-концов уткнется в телефон. А если он позовет меня к себе на дачу, то я буду валяться в шезлонге и ныть, что меня укусила туча комаров, которых возле Волги хоть жопой ешь.
Именно поэтому стоило несколько лет назад разъехаться из родительского дома (мы живем на разных концах города, если что. Потому что я считаю, что жить в эпицентре пробок и машин - не лучшая радость в жизни, а он уверен, что поселиться неподалеку от леса - пародия на единение с природой в условиях города), как выяснения отношений исчезли совсем. И оказалось, что кое-что общее все-таки есть: за 6 лет раздельного проживания оказалось, что мы любим баню и салат не со сметаной, а с маслом. И вполне мирно можем провести совместные выходные с семьями. Но не больше пары дней, а то мало ли что. И перекидывемся смешными селфи в сети. Так что выражение, чем дальше живешь, тем лучше общение - точно про нас. Я бы еще добавила-дозированно.
…Сейчас ему почти 33, он крестный у Златы, и она липнет как нему как рыба-прилипала к брюху акулы. Потому что этим летом он катал ее на лодке и дал подержать весла, пока я бегала по берегу, заламывала руки и просила не заплывать далеко. Злата визжала от восторга, если что, а я визжала от страха. Потом достал откуда-то ласты, маску и изображал водяного, пока она сидела в лодке и хохотала… А еще дал порулить по проселочной дороге, посадив к себе на колени. И хоть летели они со скоростью 20 километров, Злата осталась очень довольна. Поэтому она всегда за любой кипиш, если он вдруг предлагает. А я почти совсем успокоилась, иной раз глядя на такие развлечения.Потому что поняла, что они кажутся странными только МНЕ.