При обходе старого дедушкиного дома обнаружилась бутылка вина.Причем не где-то,а в старом улье.Хотелось выпить эту загадочную жидкость по совершенно необычному случаю.Как всегда,обычное бытовое волшебство сработало быстрее волшебства с большой буквы В.Я о том,что самые мелкие и улыбчивые мечтания сбываются быстрее,чем оголенные,измученные упоминаниями желания.
Словом, этим же вечером приехала моя подруга Александра.Многие ее звали просто Саша, но для меня же она была никто другая,как Александра.Представительница прекрасной богемы, она следовала за своим бездушным мужем-художником из одной страны в другую.Вечно несчастная,вечно вдохновленная и вдохновительница, только она могла идти по аэропорту в наушниках и не просто пританцовывать, а танцевать под Битлз.
Она возвращалась в Россию в моменты, когда ее гениальный муж впадал в ожесточенный поиск "того самого типажа" и разрушал все рядом находящееся.Тогда Александра подключала измученное сердце на подзарядку к любимым березам и обожавшим ее друзьям.
Вот и теперь, она умудрялась держать обычный граненый стакан с вином так,словно это была очередная дорогая хрень из венецианского стекла.А еще она разглядывала мой полуразваливающийся дом с плохоскрываемым восхищением..
- яблоками пахнет... а еще мне показалось или на твоей веранде стоит пианино?
на ее вопросы можно не отвечать.Тем хороша дружба с ней,что рядом с любым человеком она всегда окажется мягким и ненавязчивым продолжением.или началом.Не знаю.Знаю одно, будь я ее мужем - я бы рисовала и рисовала ее лицо до исступления.
- так ты теперь учишь детей? Это интересно.А вот то,что я только вчера видела в Дрездене огромное плотно с Мадонной - это неинтересно.Это не жизнь.Точнее не настоящая жизнь.Ты и твой уход в этот крохотный городок - вот это любопытно.То,что этим вечером я вся пропахла эвкалиптовым веником,который притащила тебе в прошлый приезд из Грузии - это жизнь.У тебя все оживает, все для дела.А моя жизнь - это сплошные туристические сувениры в съемных квартирах.Только тут в России я и дышу.У тебя,в твоей деревне и в доме у мамы.Но даже тут рано или поздно у меня заболит голова от избытка кислорода.И я поеду к нему..задыхаться.
И глядя на эту женщину с высокими скулами, упрямыми губами и мягкими волнистыми я волосами, я продолжаю удивляться, как все таки отсуствие мира в душе может отравить все вокруг.И повсплывают оглушенные мечты, и прозеленеет тоской вода глаз.
Только мир и договоренность с самим собой в конечном счете имеют значение.
Отслушав, как в Александриных связках в очередной раз задохнется грустная песня Земфиры, я закутаю ее мягким пледом и побреду с остатками вина к ноутбуку...
"Привет, - напишу я в пустом вордовском файле, - ты никогда не прочтешь эти фразу, потому как я совсем-совсем близка к исцелению от тебя.Я почти научилась договариваться с ночными кошмарами и смородиновый чай теперь пахнет гораздо ярче и слаще, чем когда-то твое дыхание.Я поняла,какая все таки моя жизнь - ценность.ведь я тот самый огромный кусок голубого стекла в витраже жизни Александры без которого будет дыра и свист ветра.А еще у меня теперь есть чужие дети, которым я смогу рассказать о моих обожаемых книгах.И передать частицу огня,чтобы он перестал сжирать мои внутренности.А только грел и наполнял теплом.А еще я почти научилась молиться...Спасибо.за каждый день без тебя, но со счастливой мной..."
