Взято у психолога Марии Сурыгиной из ЖЖ
Итак, продолжаем тему. Как максимально обезопасить своих детей от возможного сексуального насилия в какой бы то ни было форме. Простых, коротких рецептов нет. И эта тема не сводится к тому, «как рассказать ребенку о том, что может быть», «как поговорить с ребенком о том, что есть некоторые люди». Собственно, для того, чтобы сделать жизнь вашего ребенка наиболее безопасной в этом смысле, можно вообще не говорить с ним непосредственно о таком явлении, как педофилия. Давайте пройдёмся по основным пунктам, которые делают ребенка уязвимым, позволяют взрослому сделать из него жертву. В каждом конкретном случае сценарии совращения детей разные, педофилы используют разные приёмы и методы, у каждого есть любимые фишки. Дальше я опишу некого сферического педофила в вакууме, мирного растлителя-педофила, не педофила-насильника, не разово экспериментирующего развратника без общих расстройств влечения и не педофила, отягощённого иными психическими расстройствами, типа маний или психопатий, а обычного мирного растлителя. Кого в первую очередь выберет «мирный» педофил? Об этом мы говорили – брошенного ребенка. В целом, как избежать этого, вы все и так знаете, тут в общем-то нет ничего мудрёного. Все книги для родителей об этом, весь мой блог в сущности тоже об этом. Как проверить себя и свою семью на предмет, не бросили ли вы своего ребенка, не заметив этого, ведь родители не всегда делают это специально и осознанно – это тема отдельной статьи, сюда её не уложить. Следующий пункт программы преступника – установление тесного доверительного контакта и увеличение разрыва ребенка и взрослого, который мог бы и должен его защитить, хотя более уверенный или опытный педофил может этот этап и пропустить, сразу приступая к желаемому. Этот пункт программы – игры, заигрывания, взгляды, телесный контакт «на грани», когда в случае провала взрослый легко отбрехается – малыш всё не так понял, потому что де-юро там и вправду ничего не было «такого». А чтобы понять, что было именно «такое», надо было быть там, на месте ребенка или хотя бы внимательного и чуткого наблюдателя. Часто эти предварительные «игры» делаются педофилом прилюдно, в присутствии других взрослых, таким образом он приучает ребенка, с одной стороны, к тому, что это нормально: ведь никто из взрослых не реагирует, а с другой, выстраивает ту самую невидимую стену, когда на глазах у всех с тобой что-то происходит, но никто не видит, потому что тебя нет. Ты за стеной. Ты в параллельном мире. И никто не придёт – ты же видишь, они даже не смотрят на тебя. Что противопоставить этой «игре»? Далее я расскажу несколько основных моментов, которые могут вам показаться не относящимися напрямую к делу и слишком расплывчатых, но поверьте это то, что действительно важно. Во-первых, канал доверительного отношения с вами (родителем) должен быть у ребенка допубертатного возраста шире, чем с кем бы то ни было. Это часть здоровых родительско-детских отношений. И если этот канал широк, злоумышленнику сложнее установить эксклюзивно доверительные отношения, которые бы перекрыли родительские. В этом направлении, помимо и так понятных шагов в виде справедливого отношения к ребенку, отсутствия манипулирования им, честности, последовательности и прочих составляющих нормальных человеческих отношений любви и привязанности, отдельно хочется отметить внимание к эмоциям и переживаниям ребенка. Не забывайте интересоваться, как себя чувствует ребенок. Будьте внимательны к его настроению, так же внимательны как вы внимательны к настроению близкого друга. Взрослые обычно склонны упрощать в своём восприятии переживания ребенка, более заботясь о том, здоров он или нет, нежели о том, как он себя чувствует морально. Всё сводится к функционированию – ребенок более шумный, чем обычно? Наверное, он устал и перегулял или избаловался, надо подрегулировать тут и там, и всё нормализуется. Ребенок более тихий, чем обычно? Он, наверное, приболел или опять-таки устал, надо померить температуру и уложить спать пораньше. Это, конечно, прекрасно, это входит в обязанности заботливого родителя, но не ограничивайтесь функционалом, не забывайте о человеческом общении. Разговаривайте с ребенком, чаще беседуйте, интересуйтесь, как он себя чувствует. И в этом разговоре реагируйте по-человечески, а не по-родительски – не пугайтесь, если ребенок чувствует себя «не айс», не запрещайте ему этого, не отрицайте, не учите его, что он должен, а что не должен чувствовать. Очень важно, чтобы ребенок знал на собственном опыте – с вами можно делиться и плохими эмоциями тоже. А ещё более важно, чтобы он знал, что он может (в смысле ему не запрещено, нет табу, это не страшный грех, а нормальная часть отношений людей друг с другом) вас обидеть, расстроить и самому на вас обидеться. Он может это сделать без того, чтоб нести груз ответственности за ваши эмоции, здоровье, чувствовать вину или ставить под вопрос вашу любовь. Это очень важно, и я надеюсь, вы сейчас не начнёте утрировать эту мысль до абсурда. Во-вторых, напомню мы говорили о том, что противопоставить манёвру предварительных «игр», так вот, во-вторых, возьмите за правило, если у вас ещё нет такой привычки, не отмахиваться от ребенка в присутствии других взрослых, не игнорировать его, когда вы общаетесь на тусовке, вечеринке, семейных или каких-либо ещё посиделках. Я отлично понимаю, что хочется пообщаться со взрослыми, друзьями, семьёй, а дети хотят всё внимание только себе, и это отвлекает, мешает, утомляет. Поэтому мы хотим высвободить себе какое-то пространство и время. Я не призываю вас лишиться общества ваших сверстников в угоду постоянному общению с ребенком, но я призываю вас к тому, чтобы, отказывая ребенку в общении, вы делали это не отмашкой между фраз беседы с другим взрослым, а правильно - полностью отвлекшись от собеседника, повернувшись к ребенку, установив с ним полноценный зрительный контакт и уделив при этом немного внимания тому, чтобы узнать: он хочет от вас очередного стотысячного «мам, посмотри, как я умею», или он правда хочет вам что-то сказать. Это займёт те же 3 секунды, что и отмашка между делом. Это несложно, но, увы, я почти не вижу родителей, которые бы делали это именно так. Если вы работаете дома или вынуждены заниматься домашними хлопотами при ребенке и ограничивать для этого его интенсивность общения с вами, тоже всегда старайтесь делать это по тем же правилам – полностью отвлекшись от дела, установив с ним полноценный зрительный и телесный контакт. В-третьих, идёт то, что отчасти уже прозвучало в «во-вторых» – избавьтесь от привычки выносить скорые стереотипные решения, если у вас таковая имеется… а она, увы, имеется почти у всех родителей в той или иной степени. Старайтесь сначала выяснять, что от вас на этот раз хочет ребенок, а потом уже реагировать, старайтесь сначала смотреть, в чём причина очередного нытья или плача, а уже потом открывать рот. Поспешными выводами грешат почти все в определённых ситуациях, старайтесь, чтобы у вас этого было как можно меньше. Я знаю, вы и так стараетесь. Старайтесь лучше. В-четвёртых, открыто демонстрируйте при ребенке вашу готовность его защитить в подходящих для этого ситуациях. Не на словах, потом, дома, наедине ребенку объясняйте, что вы да за него горой, а именно при нём другим людям говорите. Не бойтесь вступать в конфликт или резкий разговор при малыше. Такие ситуации есть даже при самой спокойной и мирной жизни – кто-то делает замечание вашему ребенку в общественном месте, другой ребенок забрал у малыша игрушку и не отдаёт или толкается, другие мамы поучают вашего ребенка в детском саду и т.п. Также есть и ситуации, когда кто-то посторонний посягает на ваше спокойствие при ребенке, грубит вам или как-то ущемляет – обычное бытовое хамство или грубость. Ребенок должен видеть и чувствовать на личном опыте, а не только слышать от вас на словах, что вы можете вступить в конфликтные отношения с другим взрослым, если ущемлены интересы вашего ребенка или ваши интересы. И опять надеюсь на ваше здравомыслие и недоведение этой мысли до абсурдного гротеска. А на словах, в играх с ребенком, в общении совершенно не лишнее очень чётко и чёрно-бело декларировать свою готовность защитить ребенка от врага. Говорите об этом утрировано, без объективизации, не реально, а по-сказочному прямо, красочно и безапелляционно, даже с апломбом. Малыш боится, что ночью придёт волк? Сыночка, не бойся, если волк придёт, я ж его сама съем, на завтрак! Можно играть с маленькими детьми в игры, в которых вы (родитель) защищаете их от врагов. Пример такой игры: зайчата, которые прячутся в домик, пока мама-зайчиха ищет по углам врагов, чтоб их побить в пух и прах. Кумулятивная игра, из раза в раз повторяющаяся последовательность – утро, зайчата прыгают и скачут, день. Зайчата прыгают, вечер иииии ночь! Ну-ка, скорее все зайчата попрятались в норку. А мама тем временем идёт проверять, не скрываются ли где злые волки. Вообще-то она белая и пушистая, но когда приходит волк кушать её детушек, она отращивает вооооот такие зубы, хрусь и пополам! И снова утро, зайчата выходят из норки и прыгают по лужайке, день, вечер, ночь и всё по кругу. И не забывайте о неадаптированных нормальных сказках . Чтобы ребенок мог защищаться (от чего бы то ни было), он должен понимать, что это (зло, опасность) вообще существуют и что они могут быть велики, но они конечны (волк умирает, людоеда самого съедают), а если сдаваться, то конечным станешь ты (ленивых поросят скушали, злая мачехина дочка замёрзла в лесу насмерть). Нормальные сказки – очень важная часть формирования представлений о мире, его способностях и собственных возможностях. Как вы поняли, перечисленное выше хорошо не только в плане наращивания ребенку брони от педофилии, но и вообще в целом для очень много чего. Здоровые отношения с родителями, уверенность в прочной связи с ними, в том, что они реально обеспечат твою безопасность – это лучшая основа полноценной самодостаточной личности. Вот, на сегодня, пожалуй, хватит, нельзя выдавать много инфы за раз – не усваивается. Перевариваем, обсуждаем, задаём вопросы. Следующую порцию этого дерьма информации о методах работы педофила и превентивных мерах – в следующий раз.
