Дочь (2012) - это прекрасное кино. Прямо и просто. Кино, которое по сюжету больше напоминает немудреный детективный триллер, на поверку оказывает сильнейшей драмой, которая на долго остается в памяти.
Удивительно, но 
это кино совершенно не хочется разбирать на составляющие, анализировать, что именно, совершенно точно, удалось создателям, а что могло бы быть и лучше; нет необходимости препарировать детали и символы - есть ощущение, что вот ты потянешь за одну нить и вся магия рассыпается на мелкие составляющие, поэтому лучшее, что может сделать зритель - довериться авторам, которым удалось снять цепкое, настоящее кино: и с послевкусием - горьковатым, терпким, сильным, и осадком - сложным и не смываемым, и мурашками по телу даже не у самого сентиментального зрителя.
Здесь есть история, простая и одновременно безумно сложная, по-настоящему темная, мрачная. И чем дольше ты смотришь фильм, тем глубже погружаешься в атмосферу - мрачную, промозглую. Но в ней нет и намека на искусственность - напротив, все очень органично - маленький провинциальный городок, с его улочками, дорогами, зданиями, лицами. И вот в этой тихой размеренной жизни, где все друг друга знают, появляется тот, кто отбирает жизни у совсем еще молоденьких девушек - одним ударом, забирает одну и рушит еще несколько.
Этому всему веришь безоговорочно и в этом отдельный поклон создателям - убедительность на грани документалистики, в художественном кино встретишь не часто. и эта убедительность соблюдена во всем и выверена до секунды.
Актеры.
И им тоже веришь, вообще для фильма «Дочь» характерна принципиальная правдоподобность, и ведь большая актерского состава - это совсем молодые, неизвестные актеры, но насколько же талантливые. Мое внимание было приковано к главной героине - Инне, настолько нестандартная типажность, наполненная чистотой и внутренним светом, о таких девушках всегда говорят - она хорошая. Именно так - не отнять, ни прибавить - она, и правда, хорошая: дочь, сестра, она просто хороший, добрый человек.
Именно так ее воспитывал строгий, но справедливый отец, для которого внутренняя чистота, нравственность дочери была превыше всего.
Образ отца - человека строгого, замкнутого, живущего для своих детей, и готового придти на помощь коллеге по хлебному цеху, у которой болеет сын, а на горизонте маячит увольнение из-за отсутствия вида на жительство. И при всей видимой начальной простоте этот человек таит в себе бездну: странную, съедающую его изнутри, в беспощадной борьбе за чистоту, за то, чтобы эта грязь, которая вокруг не просачивалась к ним в дом, не добралась до его детей, до его чистой и светлой дочери. Он медленно и верно перестает быть тем, кем он все это время был - опорой для своей семьи.
И здесь возникает другой отец - местный батюшка, потерявший свою дочь, ставшую еще одной жертвой серийного маньяка, и воспитывающий сына. Фактически это главный антагонист отцу Инны, человек который несмотря ни на что сохраняет в себе доброту, которой он готов делиться даже с тем, кто это го заслуживает в последнюю очередь. именно таким, я думаю, люди хотят видеть истинное лицо духовенства - оно открыто для людей, оно не лицемерно, в нем правда есть доброта и место для каждого.
Несмотря на боль, которою он испытает, он продолжает «нести свой крест», как и положено человеку его положения.
Примером человека из «внешнего мира», становится новенькая девочка - Маша, быстро подружившаяся с робкой и застенчивой Инной. Полная ее противоположность - она странным образом тянется к этой «домашней девочке», у который есть дом, есть ответственность, у которой есть семья.
Маша же, на пару со своей непутевой, гулящей матерью, которой лучше, чтобы дочь где-нибудь погуляла лишнюю пару часов - перекати поле - оторви и брось. Она напориста, хамовато-развязная, как и любой подросток, оказавшийся слишком рано одной ногой во взрослой, неприветливой жизни, где даже родитель вовсе не ориентир и не опора. И в ней сосредоточено все то, чем полон мир вокруг - нарочитая грубость, одиночество и полнейшая отчужденность от каких-либо норм поведения. Да и какие нормы в этом сером, Богом забытом городе, где родители работают с утра до ночи, а дети тусуются на дискотеках, пьют до рвоты, мотаются в райцентр, где снова пьют и тусуются.
И именно такая нехорошая подруга появляется в жизни положительной Инны; ее единственная подруга, единственная с кем можно быть обыкновенной девушкой, думать о глупостях, смеяться над ними, и при этом быть собой.
Когда Маши не станет - мир Инны пошатнется, сделается неприветливым и мрачным, полным разочарования и сомнений. И в ее тесный, по-домашнему уютный мир просочилась мерзость, которой так чурался ее отец - убийство подруги - это та дверь, которую невозможно закрыть, ее просто некому было бы зарыть… Если бы не Илья - сын батюшки, брат убитой девочки, несостоявшийся возлюбленный подруги Маши и просто идеальное дополнение к Инне.
Любовная лирика наивна и трогательна; первая любовь, какой приятно было ее наблюдать в фильмах советского прошлого - она чистая, открытая и безнадежно чистая. Хрустальная мечта недолговечна, ее цинично разобьют обстоятельства, которые не зависят ни от Ильи, ни от Инны - этот мир извне, снова бесцеремонно ворвется, впустив вместе с собой пустоту, страх, мрак и нескончаемую боль, которой нет ни начала, ни конца..
Мир безразличия и предубеждений, в котором нет места доброте и прощению, нет места для того, кто в полной мере должен ощутить, что значит нести на себе чужой грех - чужой крест; какого это быть тем, кого все, по щелчку, по неистовому велению «голоса справедливости», решают сделать всеобщим изгоем, прокаженным… для которого нет места, даже в этом увы, не в самом приветливом из миров.
Кульминация картины тороплива, возможно даже нарочито скомкана, но эмоционально - это наивысшая точка, после которой лавина напряжения просто шквалом сбивает с толку сосредоточенного зрителя, когда слезы начинают душить, а сомнений уже просто быть не может - несправедливость она материальна, она обесточивает и ломает самых добрых, самых неподготовленных…
После такой кульминации, ожидаешь какого угодно капкана, но авторы поступают со зрителем весьма и весьма гуманно. Они протягивают героям шанс на новое будущее, не идеальное, без рафинированного «эндинга», а на настоящее - с перспективой не быть одиноким, не быть обманутым, не сгинуть окончательно в мире, где нет ничего - кроме тотального безразличия, ведь исключительные люди имеют право исключительные шансы.
