Недавно снимала бобров. По сюжету бобер должен был пробежать по кадру, взять в лапы книгу, начать листать и изображать чтение. Мы сразу сказали заказчику, что очень постараемся найти читающих бобров, но скорее всего, их не так много. Я люблю свою работу за то, что всегда сталкиваешься с чем-то новым. Нельзя сразу говорить заказчику нет, потому что мы профессионалы. Поэтому мы сказали, что обязательно поищем и начали искать. По зоопаркам, театрам зверей, дрессировщикам. И все нам говорили: «Вы в своем уме? Бобры не поддаются дрессировке. И даже если поддаются, то нужны месяцы, чтобы заставить читать». А у нас съемка через неделю, но мы все равно искали. И вот к концу третьего дня в дверях офиса появляется торжественный администратор, насквозь пропахший ветром и бобрами, который говорит, что есть один частный бобрятник в Подмосковье, который он нашел, и даже снял там небольшое видео. На этом видео бобер по команде «Начали!» вбегал в кадр, брал в лапы книгу и начинал ее листать. Оказывается, в этом бобрятнике иногда проводят небольшие представления для детей и там как раз есть такой концертный номер. Мы страшно обрадовались и выслали видео заказчику. Нас переполняли то радость, то волнение, то гордость. Приходит ответ: «Нет. Это какой-то темный бобер. И у него странный хвост. Нужно поискать более светлого бобра и более крупного. Напоминаем, что съемки скоро и просим поторопиться. За три дня от вас пришел только один бобер, мы рассчитывали на варианты». Продюсер сел писать ответ, но все время стирал первую строчку, потому что каждый раз начинал с вопроса: «Вы охуели?» Нельзя сразу начинать письмо так, потому что мы профессионалы. Поэтому мы сказали, что обязательно поищем и начали искать. Звоним в бобрятник и уточняем наличие более светлых читающих бобров с красивыми хвостами (желательно покрупнее). Нам говорят: «Вы охуели?» Не потому что они непрофессионалы, а просто нормальные люди.
Иногда, когда происходит встреча с заказчиком, хочется включить на телефоне режим видео и сказать: «Не обращайте, не обращайте внимания, продолжайте, пожалуйста». Выложить это на ютуб и собрать сто миллионов просмотров за минуту.
Когда стало понятно, что во всем мире есть только один читающий бобер (да и тот, к сожалению, темноват, мелковат и хвост не такой), то начался следующий этап контактной шизофрении: «А давайте покрасим бобра!» И заказчик начинает натурально высылать варианты цветов красок для волос, которые обычно представлены в человеческих парикмахерских. Цвета назывались так, чтобы привлекать тетек: молодая японская вишня и сочный шатен. В моей жизни было уже такое, когда заказчику не нравились черные пятна на белой собаке. Вызывали художника по гриму, который рисовал трафарет (!!!) и, прикладывая к собаке, наносил пятна нужной формы (форму пятен утверждали неделю). Сделать из бобра сочного шатена, конечно, можно. Не сложно вообразить себе бобра цвета молодой японской вишни. Но совершенно невозможно представить нахуя.
Иногда совершенно не остается сил ни на что. И хочется сказать: «Извините, вы не могли бы вложить свою шею мне в руку и начать ее резко непомерно раздувать, чтобы я могла вас задушить, а то совершенно не осталось сил, чтобы даже вас убить». Отбившись от покраски бобра, мы немного еще поспорили о том, чтобы привязывать ему другой хвост. И переубедили кормить бобра до отвала, чтобы он стал жирнее и крупнее, потому что все равно остался день до съемок, он не успеет располнеть. В конце концов, если в вас не осталось ничего человеческого, можно набить бобра сеном, но он тогда не будет читать и бегать. На съемках все ждали, что возникнет комментарий о том, что бобер должен читать вслух. И лучше с выражением. И, кстати, что он должен читать?
И вот так иной раз захожу на площадку, смотрю и думаю: «Бляди, у вас мои деньги». И пошла работать дальше. Ну, не всегда так, конечно. Бывают и приятные люди.
На днях снимали клип для "Басты". До этого я понятия не имела, кто это такие. Оказалось, что "Баста" - это Василий. Я обычно не пишу про тех, с кем работаю. Но Василий оказался очень хорошим человеком, про него нельзя не написать. Я влюбилась в Василия. Мы поливали его водой целые сутки, направляли горячий пар, а до этого он еще зимой бегал в сланцах и шортах по снегу, на него дули ледяным ветром. И Василий не сказал ни слова. Он терпел и старался. В семь утра, когда пошел 25 час съемки и Василию нужно было уезжать в аэропорт, потому что у него сегодня два концерта в другом городе по три часа каждый, он сказал то, о чем я думаю уже который год: «Ребята, вы как хорошая марихуана и поэтому к вам только одна просьба: отпустите меня».
Сегодня иду и думаю: все, не могу больше. Думаю, ну сколько можно делать то, что я не хочу, сколько можно работать с теми, кто мне не нравится. Сколько можно позволять себя красить то в вишню, то в бобра? А внутренний голос говорит: «Тебе же нужны деньги, у тебя большие долги за квартиру, ты отвечаешь за маму». А потом я думаю, что, может быть, если делать то, что хочется на самом деле, то денег будет больше? И отказалась от двух проектов. Пока денег больше не стало, но, с другой стороны, прошло всего три часа.
Отвечая на многочисленные вопросы: да, есть такая кнопка в компьютерной графике, называется "Перекрасить бобра". Так и сделали. Есть еще другая кнопка: "Переделать хвост". И кнопка "Сделать бобра толстым". На все эти кнопки нажимали.
Москва