Свекровь сегодня проводила опасные манипуляции над моим мозгом, целью которых было заставить меня уговорить мужа бросить бузу. Ну, или так: заставить его МАКСИМАЛЬНО бросить бузу, ибо он краёв не видит, а надо бы. В общем, в свойственном ей категоричном стиле она методично меня убеждала, причём настолько экспрессивно, что я уже сама была готова извиниться, что я до сих пор этого не сделала.
Вообще, она права. Илья уже не мальчик, и акценты у него должны быть расставлены на карьере и семье, и уж только потом - на всём остальном, включая бузу. У него же сейчас всё строго наоборот: вся жизнь подчинена идее, ради неё он готов своротить любые горы,а вот всё остальное, вроде как, и так неплохо, а потому вполне себе подождёт.
Меня это бесит. Вот эта именно "бескрайность". Но увлечение его я понимаю, знаю, а потому, насколько могу, поддерживаю его в его иллюзии, что так будет всегда. Попиливаю, правда, периодически в целях профилактики. Но тоже - в пределах разумного. Ибо понимаю, что ему без этого нельзя. Ну, по крайней мере, вот так сразу и без этого - нельзя. Да и я не против. Лишь бы - моё извечное требование ко всему и всем - без фанатизма.
В соседнем доме живёт один мой знакомый. Он - преподаватель ... Даже не знаю, чего. Раньше, в мою цветущую школьную юность, он был руководителем эстрадного отделения и народного оркестра в местном Дворце пионеров. И параллельно, по-моему, преподавал в музыкальной школе где-то. Я ходила к нему в так называемую "группу", где был рок- и бас-гитаристы, барабанщик, синтезаторщица, и пела. Я пела, в смысле. И всякую попсу, и классическую эстраду, и его написания песни. Так, в виду развлечения. Ибо серьёзно заниматься вокалом у меня не хватало уверенности и в себе. Для этой уверенности мне не хватало маминой поддержки. Мама до сих пор обижается, говорит, что всё это фигня, голос у меня так себе и ничего особенного, но всем друзьям и знакомым с видимым удовольствием рассказывает, что мне бы денег и продюссера, и я бы сделала любую Алсу. Тогда же мама утверждала, что вокал - это несерьёзно, голову смолоду надо забивать другим, чем я в итоге активно и занялась, придушив все свои песни на корню. Маму можно понять - она меня любит и переживает за моё будущее.
Так вот. Дяденька. Из соседнего дома. Как-то не так давно мы с ним встретились, обнаружив наше соседство, и он поинтересовался, пою ли я ещё. Я ответила, что да, с удовольствием, диапозон с годами стал только шире, правда, репертуар измельчал заметно. Не виделись мы с ним, наверное, с моего 9 или 10 класса. И дяденька тогда попросил меня выступить у него на ближайшем отчётном концерте. Спеть какую-нибудь его песню. Я не отказала - а чего отказывать! Надо - спою!
Сегодня он принёс диск с двумя треками. Первый - фонограмма его песни, минус. Второй - запись той же самой песни, только в моём пятнадцатилетнем исполнении.
Пою, как умею - меня никогда никто не учил. И тогда тоже - я просто пела, а дяденька занимался музыкантами, обращая на исполнение минимум внимания.
Местами я не дотягиваю - высоковато, местами еле сдерживаю голос. Чистый, звонкий и сильный голос. Никакой компьюторной обработки - всё вживую. Вместе со всеми крещендами и форсированиями.
Оказывается, мой голос относится к той серии голосов, которые я люблю.
Я сижу и плачу. Потому что в жизни с самого начала надо быть уверенной в себе. И знать, чего хочется больше всего. И идти к этому "хочется". Не взирая ни на что. И не бояться ничего. Всё как в пафосных романах. Но в том и смысл пафоса: то, что пошло на бумаге, вполне реально в жизни.
Я никогда не буду заставлять мужа бросить его долбаную бузу. Пусть он и борщит, и заносит его нередко... Но я смотрю на него, и понимаю, что вот это - его голос. Чистый, звонкий сильный голос. И он знает, чего хочет. И он идёт к этому, даже не зная, к чему именно нужно придти.
Я ему завидую. Я не поняла вовремя.
Вообще, она права. Илья уже не мальчик, и акценты у него должны быть расставлены на карьере и семье, и уж только потом - на всём остальном, включая бузу. У него же сейчас всё строго наоборот: вся жизнь подчинена идее, ради неё он готов своротить любые горы,а вот всё остальное, вроде как, и так неплохо, а потому вполне себе подождёт.
Меня это бесит. Вот эта именно "бескрайность". Но увлечение его я понимаю, знаю, а потому, насколько могу, поддерживаю его в его иллюзии, что так будет всегда. Попиливаю, правда, периодически в целях профилактики. Но тоже - в пределах разумного. Ибо понимаю, что ему без этого нельзя. Ну, по крайней мере, вот так сразу и без этого - нельзя. Да и я не против. Лишь бы - моё извечное требование ко всему и всем - без фанатизма.
В соседнем доме живёт один мой знакомый. Он - преподаватель ... Даже не знаю, чего. Раньше, в мою цветущую школьную юность, он был руководителем эстрадного отделения и народного оркестра в местном Дворце пионеров. И параллельно, по-моему, преподавал в музыкальной школе где-то. Я ходила к нему в так называемую "группу", где был рок- и бас-гитаристы, барабанщик, синтезаторщица, и пела. Я пела, в смысле. И всякую попсу, и классическую эстраду, и его написания песни. Так, в виду развлечения. Ибо серьёзно заниматься вокалом у меня не хватало уверенности и в себе. Для этой уверенности мне не хватало маминой поддержки. Мама до сих пор обижается, говорит, что всё это фигня, голос у меня так себе и ничего особенного, но всем друзьям и знакомым с видимым удовольствием рассказывает, что мне бы денег и продюссера, и я бы сделала любую Алсу. Тогда же мама утверждала, что вокал - это несерьёзно, голову смолоду надо забивать другим, чем я в итоге активно и занялась, придушив все свои песни на корню. Маму можно понять - она меня любит и переживает за моё будущее.
Так вот. Дяденька. Из соседнего дома. Как-то не так давно мы с ним встретились, обнаружив наше соседство, и он поинтересовался, пою ли я ещё. Я ответила, что да, с удовольствием, диапозон с годами стал только шире, правда, репертуар измельчал заметно. Не виделись мы с ним, наверное, с моего 9 или 10 класса. И дяденька тогда попросил меня выступить у него на ближайшем отчётном концерте. Спеть какую-нибудь его песню. Я не отказала - а чего отказывать! Надо - спою!
Сегодня он принёс диск с двумя треками. Первый - фонограмма его песни, минус. Второй - запись той же самой песни, только в моём пятнадцатилетнем исполнении.
Пою, как умею - меня никогда никто не учил. И тогда тоже - я просто пела, а дяденька занимался музыкантами, обращая на исполнение минимум внимания.
Местами я не дотягиваю - высоковато, местами еле сдерживаю голос. Чистый, звонкий и сильный голос. Никакой компьюторной обработки - всё вживую. Вместе со всеми крещендами и форсированиями.
Оказывается, мой голос относится к той серии голосов, которые я люблю.
Я сижу и плачу. Потому что в жизни с самого начала надо быть уверенной в себе. И знать, чего хочется больше всего. И идти к этому "хочется". Не взирая ни на что. И не бояться ничего. Всё как в пафосных романах. Но в том и смысл пафоса: то, что пошло на бумаге, вполне реально в жизни.
Я никогда не буду заставлять мужа бросить его долбаную бузу. Пусть он и борщит, и заносит его нередко... Но я смотрю на него, и понимаю, что вот это - его голос. Чистый, звонкий сильный голос. И он знает, чего хочет. И он идёт к этому, даже не зная, к чему именно нужно придти.
Я ему завидую. Я не поняла вовремя.
