"Младенчество беспамятно. Именно в нем испытали мы полноту нерасщепленных чувств. Сохранись память об этом в нашей душе — мы бы выросли страдальцами. Нас бы терзала ностальгия по утраченной остроте ликования и боли, счастья и грусти. По той блаженной поре, когда мы лежали в коляске и взгляду нашему из-под заботливо приспущенного козырька открывалось небо. Пропархивали в нем какие-то щебечущие существа, скользили блики и тени. Наши веки сами собой смежались, и мы сладко спали, вдыхая прохладный воздух. Просыпаясь, видели самое любимое лицо на свете и, убедившись, что оно здесь, снова погружались в дрему. Первое погружение в мир, первая, самая первая любовь. Как это, наверное, было пронзительно! Но мы не помним."
Этот отрывок из книги Елены Макаровой "В начале было детство" зацепил меня, затронул за живое. Как остро я почувствовала ее боль, ее страх, когда неожиданно в такси она испугалась. Темноты ли, обстановки ли. Не знаю. Но она потеряла меня. И наступила для нее вселенская темнота. Глобальное горе. Апокалипсис. И какое полное счастье, когда она меня нашла. Уткнулась в грудь. Успокоилась. Нельзя, чтобы моя дочь плакала. Нельзя.
