Многие книжки начинаю читать и откладываю, не идут совсем, мне это кажется неправильным, если уж взялась, надо идти до конца ( 
), заставляю себя читать через силу, но не могу и прям мучаюсь, что бросила на полпути. Хорошо, что есть книжки которые увлекают и попадают в настроение и не думаешь постоянно, что ещё целых триста страниц осталось, мамадарагая))))
Ещё со мной что-то не то. :) Такая сентиментальная стала, читаю любовный роман и поплакиваю местами, пару лет назад читала бы со снисходительной улыбочкой 
Сесилия Ахерн. Не верю. Не надеюсь. Люблю.
Ещё не дочитала, но несколько цитат выписала, понравились, совпадают с моими оЧучениями:
* * *
Я привела ее в этот мир, и я обязана заботиться о ней. (о дочке)
* * *
=Моей необыкновенной подруге
Пусть это будет началом по-настоящему счастливого и успешного года!=
Прости, Руби, это была единственная более-менее пристойная открытка, какую мне удалось найти, во всех остальных было написано, что жизнь твоя почти закончилась. (Уже было со мной такое, выбирала подружке открытку и все такие удручающие)
* * *
...Забавно: когда ты маленький, ты веришь, что можешь стать кем угодно, кем захочешь. Твои мечты не знают границ. Ты веришь в волшебство, веришь в сказки и сказочные возможности. Но стоит тебе повзрослеть, и эта детская вера рассеивается как дым, а вместо нее ты начинаешь видеть перед собой жизненные реалии и с ужасом понимаешь, что ты не можешь осуществить все свои мечты. И тогда ты становишься скромнее, просишь у жизни меньшего или вообще прекращаешь мечтать.
Почему мы перестаем верить в себя? Почему мы руководствуемся лишь фактами, логикой — чем угодно, только не нашими мечтами?..
* * *
...Когда я пошла в школу, мне казалось, что шестиклассники — невероятно взрослые и опытные люди, хотя им было не больше двенадцати лет. Когда мне исполнилось двенадцать, я решила, что уж в восемнадцать-то лет люди точно знают абсолютно все. В восемнадцать я ожидала, что стану по-настоящему взрослой, когда закончу колледж. В двадцать пять я так и не закончила колледж, по-прежнему ничего не соображала, зато имела на руках семилетнюю дочь. И по-детски надеялась, что, когда мне исполнится тридцать, я хоть немного пойму, что происходит вокруг.
Неа, этого так и не случилось.
И постепенно я начинаю думать, что ни в пятьдесят, ни в шестьдесят, ни в семьдесят, ни в восемьдесят, ни в девяносто я ни на шаг не приближусь к своим идеалам мудрости и опытности. Наверное, даже человек на смертном одре, проживший долгую-долгую жизнь, объездивший весь мир, нарожавший кучу детей, переживший множество личных трагедий, поборовший всех своих демонов и получивший от жизни множество жестоких уроков, — даже этот человек думает: «Боже, когда я попаду в рай, вот тогда-то я точно все пойму».
А потом он умирает, присоединяется ко всем прочим там, на небесах, садится на облако и следит за теми, кого он любил и кто остался в нашем мире. И по-прежнему думает, что вот в следующей жизни он, может быть, наконец во всем разберется…
Мне кажется, Стеф, я во всем разобралась. Я много лет думала и теперь понимаю, что никто, даже сам Господь Бог на своем троне, ни малейшего понятия не имеет о том, что происходит в этом мире.
Твоя сестра Рози
От кого: Стефани
Кому: Дорогой Рози
Вот видишь, жизнь кое-чему научила тебя. Ты наконец осознала, что не ты одна ничего не понимаешь.
Так живут все люди, Рози.