Лев Семенович Выготский спустя 40 лет после своей смерти много шума наделал в Америке и странах Западной Европы. В 1970-е его работы о развитии детей сделали Выготского настоящей иконой зарубежной психологии. Некоторые специалисты всерьез говорят о «культе» Выготского на Западе.
Его идеи лежат в основе советской психологии, которая стремительно потеряла популярность с открытием железного занавеса: «запрещенные» теории стали доступны для изучения и профессионалы с жаром принялись их осваивать: гуманистическая и когнитивная психология, арт- и семейная терапия, нейро-лингвистическое программирование и психоанализ - всему находилось применение.
Сам Выготский, между прочим, при жизни состоял в Российском психоаналитическом обществе (почти до самого его закрытия в 1930 году), а его ближайший коллега Александр Романович Лурия, будущий создатель нейропсихологии, вел переписку с модным тогда профессором Фрейдом.
Однако идеи психоанализа и бихевиоризма, тогда гораздо более радикальных, чем сейчас, совершенно не сочетались с советской идеологией. Бытие определяет сознание, а никак не наоборот, писал Маркс. К тому же, Выготского больше интересовало появление и развитие мышления, роль речи в становлении сознания.
Так появился культурно-исторический подход, в русле которого предполагается, что огромную роль в когнитивном развитии человека играют культура и общество. Эта идея оказалась сверх-популярной у специалистов, которые работают с детьми. Ведь теперь можно было опираться на достижения культуры, а не уповать на «плохие гены».
Кстати, многообещающая и востребованная сейчас эпигенетика как раз и изучает, как один и тот же ген по-разному реализуется в зависимости от внешних условий развития.
В СССР были разработаны уникальные методики помощи детям с особыми потребностями и новаторские подходы к обучению школьников. К сожалению, большинство этих идей так и не нашли своего места вне лабораторий и экспериментальных школ.
Зато в 1970-е подход Выготского оказался востребованным на Западе, где его идеи стали активно внедрять в практику обучения.
Высшие психические функции
(восприятие, память, мышление и речь)
По идее Выготского, появление этих функций - продукт культурного развития человека. Они не даны нам от рождения и формируются сначала как внешние, данные обществом, способы освоения среды. Постепенно эти внешние способы становятся внутренними, человек присваивает их себе в процессе обучения и культурного развития или, как говорил Выготский, интериоризирует. Огромную роль в передаче культурного опыта играют знаки и, в первую очередь, слово.
Высшие психические функции произвольны, человек может самостоятельно управлять ими. Люди различаются не только биологически (особенности работы мозга и нервной системы) - человек с одной и той же «биологической основой» может достичь принципиально разных результатов в своем психическом развитии в зависимости от окружения и среды, в которых он живет и развивается.
На практике:
Часто можно услышать жалобы взрослых или детей на свою память. Однако для человека доступны особые способы запоминания, которые не требуют феноменальной от рождения памяти.
Например, если ребенку трудно на слух запомнить стихотворение, вы можете вместе с ним сделать пиктограммы к каждой строчке текста. Сначала это потребует даже больше времени, чем простая зубрежка, но постепенно навык использования пиктограмм интериоризируется, а процесс запоминания ускорится.Так рисунки-пиктограммы станут «культурным орудием» для улучшения работы биологически заданной функции памяти.
Если вы чувствуете, что вам нужна поддержка в поиске таких способов и средств, имеет смысл обратиться к детскому нейропсихологу: простые упражнения помогут ребенку развить память, восприятие, мышление и речь.
Социальная ситуация развития
Так Выготcкий назвал меняющуюся систему отношений ребенка с окружающим его миром. Для каждого человека социальная ситуация развития - это уникальный узор контактов с другими людьми, собственного опыта и условий развития, который меняется с возрастом, а также под влиянием внешних изменений.
В тот момент, когда социальная ситуация развития меняется, перед ребенком и родителями встает задача ревизии всей системы отношений. И поиска новых способов взаимодействия друг с другом.
На практике:
Если привычные способы общения с ребенком перестали работать, присмотритесь:
● Научился ли малыш чему-то новому? Возможно ребенок пытается доступными ему способами объяснить, что ему нужно чуть больше самостоятельности?
● Изменилось ли что-то в привычных отношениях ребенка? Появились ли новые люди - например, бабушка стала навещать чаще или родился братик? Исчезли ли знакомые - например, папа уехал в командировку или мама вышла на работу? Изменились ли сами отношения между людьми?
● Поменялось ли что-то в более широком окружении? Например, у родственников или друзей случилось важное событие, о котором много говорят или стараются говорить поменьше в вашей семье?
● Произошли ли перемены в «материальном» мире ребенка (от новой кроватки до долгожданных каникул на море)?
Иногда даже малозаметные детали оказываются важными для ребенка. Поговорите с ним об этом, скорее всего, он сам задаст вам все волнующие вопросы.
О том, как говорить, чтобы дети слушали, и слушать, чтобы дети говорили, можно узнать в одноименной книжке или на занятиях для родителей (например, в проекте «Капуста» или на занятиях у Юлии Борисовны Гиппенрейтер)
Зона ближайшего развития
В то время, когда Выготский выдвинул эту идею, мнения ученых были полярными. Одни считали, что обучение мало влияет на развитие, которое происходит спонтанно и по своим внутренним законам. Другие предполагали, что именно обучение и формирует ребенка, а его возрастные и индивидуальные особенности - небольшая погрешность в сложном образовательном уравнении.
Выготский предположил, что у каждого ребенка есть своя Зона Ближайшего Развития (ЗБР) - это то, что ребенок уже умеет делать вместе со взрослым, но еще не способен сделать самостоятельно. Именно эти умения ребенок готов осваивать в ближайшем будущем.
Обучая ребенка тому, что находится вне его ЗБР, мы зря тратим силы, так как для усвоения знаний у него нет достаточного ресурса. А предлагая ребенку изучить то, что он и так прекрасно умеет сам, мы тормозим его развитие.
На практике:
Если вы хотите научить ребенка чему-то важному для вас и пока еще сложному для него:
● Делайте это сначала вместе. Да, много раз подряд. Если малыш с удовольствием читает книгу вместе с вами, это еще не означает, что с тем же удовольствием он будет читать ее сам - ему просто пока это трудно.
● Готовьте почву для сложного навыка: сначала каляки-маляки, потом портрет папы. Попробуйте выделить нужные умения для того, чему вы учите ребенка: прежде чем делать каляки-маляки, имеет смысл научиться держать карандаш, а, может быть, для начала - мелок?
● Наблюдайте за своим ребенком: что ему сейчас интересно? Что получается, в чем ему нужна поддержка, а что пока не дается совсем?
Кстати, совершенно не обязательно, чтобы ребенка всему обучали родители. Педагоги, психолого, няни, родственники и старшие дети могут с радостью взять на себя часть работы.
Хотя Выготский много писал о развитии когнитивных функций, мне хотелось бы привести пример и про эмоциональную жизнь.
Бывает полезно отметить для себя, где находится у ребенка зона его ближайшего эмоционального развития. Что он уже умеет делать сам (например, пожалеть себя, разбив коленку), а в чем ему еще нужна помощь (например, при переходе от бодрствования ко сну).
Речь для себя и речь для других
Ученые заметили, что дети в возрасте 5-7 лет много разговаривают словно бы сами с собой. Этот феномен исследовал известный психолог Жан Пиаже и пришел к выводу, что дети думают и действуют более эгоцентрично, чем взрослые, в силу того, что дети пока еще менее социализированы и просто получают наслаждение от самого процесса произнесения слов. Такую речь Пиаже назвал эгоцентрической. И рассматривал ее как некоторый атавизм в процессе развития ребенка.
Выготский же увидел в этом бесконечном детском монологе совсем другую функцию - это же речь для себя! Внутренняя речь, та беседа, которую каждый взрослый ведет сам с собой в течение жизни. Просто у детей еще не произошла интериоризация этого процесса и мы становимся свидетелями превращения культурного навыка в часть психики маленького человека.
На практике:
Некоторые дети, проходя этот этап развития разговаривают буквально все время, когда они не спят и не едят (хотя некоторые умудряются не прерывать процесс и в эти моменты).
Заботливые родители утомляются, стараясь поддерживать бесконечное общение и не раздражаться от этого. Иногда появляется ощущение, что ребенок буквально все пространство заполняет собой и «вынуждает» родителя отдавать ему больше слов (внимания, любви, ресурсов), чем у того есть в запасе.
Среди людей внутренняя речь активизируется - вспомните себя в компании: сколько своих мыслей вы на самом деле произносите вслух?
В общем-то, поддерживая диалог в той мере, на какую вы способны, вы уже вносите вклад в развитие своего ребенка. В остальных случаях вы вполне можете заварить себе кофе и ограничиться согласным мычанием в ответ.
Совсем скоро ваша удивительная возможность «читать мысли» исчезнет, а ребенок будет удивляться тому, что у него есть способность разговаривать «без слов».
Игра
В отношении Выготского к игре, пожалуй, больше всего прослеживался его интерес к психоаналитическим исследованиям детства. Недаром, после закрытия детского дома-лаборатории одна из ведущих его сотрудниц, психоаналитик Вера Шмидт, работала под руководством Выготского.
По мнению Выготского игра является той деятельностью, в которой у ребенка развивается внутренняя речь, способность к логическому запоминанию, абстрактному мышлению, эмоциональной саморегуляции и умению действовать по правилам. Игра создает основу, на которой ребенок пробует и упражняется в том, что будет ему необходимо во взрослой жизни.
Почти 100 лет спустя мы все еще встречаем распространенное мнение, что игра - это бесполезное занятие. Да, появляются «игровые занятия» и все, что только можно делать с детьми, стараются делать «в игровой форме». Однако ученым и профессионалам по работе с детьми все еще приходится отстаивать смысл и ценность свободной детской игры - добавляя комментарии в статью 31 конвенции о правах ребенка, создавая ассоциации и компании по продвижению детской игры!
На практике:
У современных детей остается все меньше времени и возможностей для свободной игры: на улицу не выйдешь, да и не с кем, на неделе 5 кружков, а еще садик, школа, уроки и дополнительные занятия, начиная с младенчества.
Педагоги и специалисты по работе с детьми все чаще бьют тревогу: дети гиперактивные, плохо концентрируются и ничем не интересуются, не умеют дружить и вообще разучились играть во что-то, кроме компьютерных игр.
Что делать? Играть!
Любой детский психолог расскажет вам целую лекцию о значении игры для детей вплоть до подросткового возраста, а взрослый психолог поведает, как важна игра для всех остальных.
Да, возможность просто покопаться в песке (можно даже замок не строить), попинать мяч или поиграть в куклы вместе с другим детьми может оказаться гораздо более развивающим занятием, чем заучивание новых цифр и букв.