Статья Ольги Писарик из "Домашнего ребёнка"
О зависимости
Когда незнакомый с теорией альфа-родительства человек слышит о том, что в отношениях “родитель – ребёнок” родитель всегда должен быть для ребёнка главным, то у многих эта информация вызывает отторжение. Слишком многие из нас, теперешних взрослых, отчётливо помнят, с каким стыдом, унижением и насилием было сопряжено в детстве наше зависимое положение в семье. И тем не менее, зависимость в привязанности – это необходимое условие для нормального развития ребёнка.
Основоположник теории привязанности Джон Боулби понимал важность зависимости в привязанности, но так никогда и не осмелился открыто об этом заявить. В 1988 году в своей книге «Secure Base” он с горечью писал:
«Ни один родитель не сможет обеспечить своему растущему ребёнку надёжную базу, если у него не будет интуитивного понимания и уважения к особенностям поведения ребёнка в привязанности, если он не будет относится к этому поведению, как к существенной и важной части человеческой природы. И тут наше традиционное понимание термина «зависимость» оказывает своё пагубное вляние. Мы очень противоречиво относимся к зависимости ребёнка от родителей, признавая её только в ранние годы, и считая, что человек должен поскорее из неё вырасти. В результате, в кругах психологов, если характерное для привязанности поведение проявляется в более поздние годы, то очень часто оно не просто считается нежелательным, а рассматривается как регрессивное.»
Привязанность – это сердце отношений и основа функционирования общества, это стремление к контакту и близости со значимыми другими, это базовая человеческая потребность «от колыбели и до могилы». Стремление к привязанности присуще человеку, как социальному существу, на протяжении всей жизни. Мы приходим в этот мир, хватаясь маленькой ручкой за мамин палец, и уходим, изо всех сил сжимая руку близкого нам человека.
Если коротко попытаться обьяснить, зачем человеку привязанность, то я бы сказала, что в своей основе стремление к привязанности, это стремление быть в безопасности. На протяжении тысяч лет привязанность обеспечивала выживаемость. Если кто-то из наших предков встречал опасность в одиночку, шансы погибнуть были высокими, если удавалось позвать на помощь, можно было получить защиту и выжить. Наш мозг и тело устроены так, что чувство контакта и близости с людьми даёт нам чувство безопасности. Нервная система успокаивается, тело расслабляется, если мы давно не ели, то даёт о себе знать чувство голода, или жажды, или накатывает усталость, мы погружаемся в сон и организм восстанавливает свои ресурсы.
При разделении с привязанностью, наоборот. Когда в кабинете врача мать маленького ребёнка выходит в другую комнату, у малыша повышается давление, учащается дыхание, повышается в крови уровень гормона стресса кортизола. Представьте, что с кем-то из Ваших близких произошло несчастье. Что бы вы ни делали, чем бы вы ни были заняты, вы не сможете уже больше думать ни о чём, кроме того, что с Вашей привязанностью. Вы бросаете всё и мчитесь в больницу, поднимаете на ноги весь персонал, дежурите сутками у постели. И вот состояние стабилизируется, опасность миновала, вы вздыхаете … и понимаете, что в течение двух суток ничего не ели — и не чувствовали голода, не спали — и не чувствовали усталости, вы с удивлением обнаруживаете у себя на теле несколько больших синяков и не можете вспомнить, когда и обо что вы ударились. Вы с жадностью заглатываете первую попавшуюся еду и проваливаетесь в сон.
Ощущение безопасности, которое обеспечивает привязанность, это сигнал организму, что первое, основное условие выживания выполнено и можно решать другие задачи.
Две группы инстинктов в привязанности
Здоровая, надёжная привязанность, дающая ощущение безопасности — это достаточно стабильная система взаимоотношений. Стабильность ей придают существующие внутри привязанности две группы инстинктов.
Одна группа — это альфа-инстинкты, это инстинкт заботиться, брать на себя ответственность, опекать, доминировать, контролировать, вести за собой. Условно эту группу инстинктов можно назвать «активная любовь». Когда родитель чувствует себя капитаном корабля, незыблемой скалой, пещерой, в которой ребёнок может спрятаться целиком, со всеми своими страхами и несовершенством.
Другая группа — это инстинкты зависеть, принимать заботу, идти за, смотреть снизу вверх, подчиняться, полагаться на. Условно эту группу инстинктов можно назвать «пассивная любовь». Когда ребёнок ожидает, что о нём позаботятся, уверен, что к его шалостям будут снисходительны, и при этом он из всех сил старается быть милым и послушным — это пассивная любовь. И пассивная любовь требует не меньших усилий, чем активная.
Обе эти группы принадлежат к системе привязанности, в здоровых отношениях активная любовь не возможна без пассивной и наоборот. И — внимание! - в каждом из нас существуют обе эти группы инстинктов. В одних ситуациях мы будем подчиняться, принимать заботу, в других — возьмём на себя ответсвенность, протянем руку помощи, примем решение.
Любой ребёнок, даже самый маленький, полностью зависимый в семье от родителей, имеет внутри себя обе группы инстинктов. Вы даёте ему подержать на ручках маленького котёнка или новорожденную сестричку, и сразу же видите в нём проявление альфа-инстинкта, стремление заботиться, охранять. Ваш двухлетка становится этакой матушкой-гусыней, готовой защищать и драться за своего подопечного. Никто его этому не учил, это инстинкт.
Когда между людьми устанавливается привязанность, то её первоочередная задача — гармонично организовать в отношениях инстинкты дающего и берущего, выстроить связь в иерархическом порядке, в порядке доминирования и подчинения. Гармоничными в привязанности могут быть только вертикальные взаимоотношения, цель которых — облегчить задачу заботиться и принимать заботу.
Например, в семейных отношениях, привязанность, в которой оба супруга будут в зависимой позиции, не будет давать ощущения надёжности, им не на кого будет надеяться в водовороте житейских бурь, они не будут чувствовать себя в семье, как в безопасной гавани. Такая привязаннность будет порождать апатию и чувство безысходности. Если же в семье оба находятся у руля одновременно, тянут одеяло каждый на себя, то такие отношения вместо удовлетворения и возможности расслабиться в семье, будут порождать раздражённость и агрессию.
Если вы внимательно присмотритесь, то самые «равноправные отношения» в браке или в дружбе будут образцом взаимообратной иерархии: например, муж приходит уставший домой, и жена автоматически занимает доминантную позицию, предлагая любовь и заботу, а если жена чувствует себя неуверенно, например, в ситуации общения с незнакомыми людьми, муж выступает вперёд и берёт на себя ведение переговоров. Таким образом партнёры как бы дополняют друг-друга и чувствуют себя безопасно в отношениях. У вашей подруги ломается личная жизнь — и вы откладываете в сторону своё плохое настроение и едете утешать и давать поддержку, уверенные в том, что и она бы поступила аналогичным образом, случись с вами несчастье.
Иерархия в привязанности обеспечивает развитие
Если иерархия в привязанности между взрослыми людьми в идеале должна быть взаимообратной, то наши дети всегда должны находиться от нас в зависимой позиции. Для них привязанность - это утроба, в которой происходит развитие. Только принимая заботу, будучи уверены в привязанности, они могут расслабиться и направить свою энергию не на выживание, не на борьбу за безопасность, а на развитие и исследование мира.
Иерархия в привязанности призвана облегчить задачу заботы, когда заботиться легко, когда тот, о ком заботятся легко принимает заботу, без сопротивления. Например, ребёнку привязанность облегчает задачу быть восприимчивым к тому, что о нём заботятся, он слушает нас, подражает нам, воспринимает нас, как безопасную базу, ищет у нас утешения и помощи. А для нас он «ребёнок, которого легко растить» - послушный, ласковый, смотрящий на нас снизу вверх, следующий за нами. Как говорит ребёнок моей подруги: «Мамочка, я тебя слушаюсь, потому что ты моя любимая мамочка».
Конечно мы, как заботливые взрослые, должны постараться, чтобы зависимость наших детей от нас была максимально свободна от унижения, стыда, насилия или излишнего разделения ребёнка с его привязанностями. Но пугаться самого слова «зависимость» не нужно, нужно понять ту роль, которую зависимость ребёнка от нас играет в насыщении его привязанностью, и как благотворно это насыщение сказывается на развитие наших детей.
Свободная от унижения зависимость в привязанности – залог становления независимых, самостоятельных личностей.