Та еще темка, стоит обсуждения.

Не знала, куда и запостить. Толи в ГВ, то ли в психологию. Вот есть сообщество "Семейные проблемы", а почему нет "Семейные отношения"? Чего сразу проблемы-то? Хоть в "Интимные отношения" беги)))

Вот, читайте, высказывайтесь.Меня вопрос ГВ не волнует, с этим все для меня понятно. А вот вопрос противопоставления отношений с мужем отношениям с ребенком - интересен. Так что комментарии тоже читайте.

Отсюда

За время отсидки в больничке у меня случилось несколько просветлений.
Я поняла: современные женщины совершенно не умеют быть матерями.

Не имея возможности даже кратковременных отлучек, я наблюдала за другими детьми и другими матерями практически 24 часа в сутки в течение 2 недель. И всё глубже проникала к корням ответа на вопрос, почему сейчас в таком кризисе институт семьи. Почему родители и дети хронически не понимают друг друга. Почему так мало рождается детей, и почему в этой стране так часто дети оказываются никому ненужными.

Но первым делом я поняла все преимущества грудного кормления во всей их полноте. Оно, оказывается, несказанно облегчает жизнь новоиспеченной матери. Если его хорошо наладить, дите вообще не будет доставлять неудобств.
Например, спишь ночью, Пухня под боком… Слышишь сквозь сон – шебуршится. Пихаешь ей в рот еду, и дрыхнешь себе дальше! И никаких подъемов посреди ночи, никаких детских плачей по полчаса, никакой судорожной беготни до кухни и готовки детского питания.
Или уложить баиньки – пихаешь Пухню к себе под халат, как в колыбельку, еду в рот, и занимайся себе своими делами – смотри телек, борозди интернет, пейши трактаты… А Пухня баюкается в халате, ей рядом с мамой хорошо, тепло и уютно, да и маме спокойно, Пухня под боком, бегать никуда не надо.
Для Пухни это и успокоительное, и способ коммуникации, и контакт с матерью. Лучшего способа утихомирить малявку не сущетсвует. Однако чтоб понять и оценить это, надо грудное кормление наладить.

Но современные женщины избалованы изобилием искусственных докормов. Они не понимают, сколько теряют, отлучая детей от груди в течение пары месяцев после родов. У них же не по шесть рук, чтоб двумя утешать дитё, а остальными смешивать ему питание в это время! Это ж будет один предлинный каприз всё то время, что женщина будет греть воду, искать бутылку, растворять смесь, закручивать соску и т.д. Дитю ж не объяснить, что надо подождать.
Я не говорю уже о здоровье. Несчастное дитё, лишенное близости с матерью и постоянно подверженное переизбытку отрицательных эмоций (бо вместо ласки и общения – пластиковая бутылка, которую каждый раз ждать приходится), оно же превращается в болезненного нытика. Вы же знаете, как эмоции влияют на здоровье человека! А еще недостача иммуноглобулинов, которые дитё должно получать с молоком матери. По своему опыту скажу: Пухня не болела даже тогда, когда заразы атаковали меня. И в больнице Королюшка выздоравливала на глазах, в то время как соседская девочка-«искусственница» с каждым днем становилась все хуже, ее атаковали вторичные инфекции, ей кололи антибиотики по четыре раза в день, тыкали иммуноглобулины свечками в попик, поили десятком порошков и сиропов. Она была измучена до изнеможения, а мать даже успокоить и утешить ее не могла, только суетлась, питание ей смешивала.
Отчасти, конечно, в тяжелом течении коклюша у соседской девочки повинно было отсутсвие прививки, которую просто не успели сделать. Но от вторичных-то болезней, садившихся на коклюш, иммуноглобулины матери должны были бы защитить!

А мать той девочки жаловалась: у меня, мол, молоко кончается. "Я сцеживаю раз в день – сколько нацедится, столько нацедится. Зачем чаще? Ну, нацежу я 20 грамм, смысла нет, зато это занимает кучу времени». А сама сидит, и треплется по телефону часами. Вместо того, чтоб тратить свое время на ребенка, она тратит его на телефонные разговоры! Да лучше бы вместо того, чтоб висеть на трубке, подоилась бы! Естественно, молоко кончается, когда его никто не ест.
И она нашла отличный предлог отнять дитя от груди: мол, она же не знает, сколько дитё съедает у груди. Поэтому ей надо сцедить, а потом кормить из бутылки, чтоб все промерять. Довериться своему инстинкту и аппетиту дитюшки слабО, видимо; надо, чтоб всё как в книжке, строго по граммам. Не знаю, как по-вашему, а по-моему это лень и безответственность. Лень – потому что ей влом потратить полчаса на сцеживание, ей проще бросить дите хныкать, а самой мешать свои смеси и болтать с приятелями по телефону, нежели вернуть ребенка на грудь. Безответственность – потому что она игнорирует преимущества естественного кормления не только для себя, но и для дитя. Ей то ли пофиг, то ли невдомёк, что дитё получает не только иммунитет таким образом, но и причитающуюся порцию уюта, душевного равновесия и ощущения
близости.
И она ни разу не поцеловала ребенка, не прижала его к груди, кожа к коже, не гладила и не мурлыкала дитю на ушко. Не пела ему песенок и не корчила рожиц.
Просто меняет ему штанцы-непромоканцы, смешивает ему бутылки, а потом прыгает с ним по комнате, убаюкивая (считается, что таким образом газики в пузе можно растрясти и тем облегчить колики). Без разбору, что тряска порой достает дитё, и оно начинает скандалить еще сильнее.
Лишь по моему совету, в больнице, она впервые положила дитё к себе в постель, а до этого боялась, что задавит его во сне. Это ж надо так не доверять своему инстинкту! Посмотрите на кошек – они же не давят котят, лежа с ними на одной лежанке. Их инстинкт дает им возможность даже во сне чувствовать местоположение дитя и поворачиваться к нему самым вкусным бочком. И нам, женщинам, тоже дает! Тело само пристроится к дитюшке как надо, только надо следовать своему внутреннему голосу, а не руководствам и брошюрам.
Да, знаете ли! Дитю тоже нужно ощущение близости и спокойствия! Оно тоже человек, и тоже социальное животное. Ему нужен телесный и духовный контакт, тем более что контакт словесный оно пока не совсем понимает. Я, конечно, не берусь говорить объективно – мало ли, вдруг окажется, что все эти тисканья, чмоканья и поглаживания дитюшке неприятны. Но моя Пухня до сих пор не жаловалась, даже наоборот – улыбалась, хихикала и строила хитЛые моЛды.


Но нет. Взрослые, они же занимаются любовью! Их же старательно, еще с детства, приучают к тому, что любовь – она между ног. Мужья и жены, любовники и любовницы, бойфренды и гёлфренды - они так помешаны на том, что их половой инстинкт и есть любовь, что не оставляют в своих душах места для чего-то еще, и теряют способность отделять зерна от плевел. То есть проявление любви и нежности от взаимодействия чресл.
Современным женщинам с малых лет внушают, что женщины созданы для лубффи – то есть для того, чтоб служить подстилкой (а может, подставкой или тренажером) для мужчин. Это типа великой счастье - «Был бы милый рядом». И, мол, для женщин это наивысшее удовольствие – быть кем-то оттраханой. И у многих женщин мозги уже настолько выполощены, что они действительно так считают. Как результат, они пригодны для секса, но совершенно непригодны для материнства. Они слепы и глухи к своим детям.

Тсссс. Слышите? А я вот уже слышу ваш возмущенный ропот: "Фригидная дура!".

Да-да, мужчины, не расслабляйтесь. Не стойте в сторонке и не кивайте, поддакивая "да, какие плохие женщины, не любят своих детей". Вы тоже вносите свою лепту в потерю женщинами способностей к материнству. Разве не вы кричите «Да ты фригидная!» всякий раз, когда женщина хочет отдать свое тело и душу ребенку? Разве не вы сделали так, что лишь между эМ и Жо дозволяются поцелуи и объятия, а любое проявление физической нежности к ребенку расценивается как сексуальная патология? Разве не ваше эго побуждает вас давить на женщин, требуя, чтоб они свою любовь отдавали лишь вам, отвечая на ваши чувства? Вас, конечно, можно даже понять. Ваш инстинкт побуждает вас лапать женщин так же, как женщин, в идеале, инстинкт побуждает тискать детей. Но даже если, допустим, вы испытываете к женщинам то же особое чувство, которое женщины испытывают к детям, вы забыли, что женщины предназначены не вам; и теперь наши дети платят за это тем, что для своих родителей они не более чем шевелящиеся пупсы-тамагочи, вся любовь к которым сводится запихнутой в рот бутылке. А потом к количеству купленных кукол. А потом к количеству карманных денег. И так далее, пока дети не махнут рукой и не уйдут искать любви в очередных эМЖошных страстях.

Нынешние родители не умеют любить и не любят своих детей. Для них ребенок - это плод любви, а не объект любви. Досадный, но неизбежный побочный эффект достаточно продолжительных отношений.
Родители не замечают ни его характера, ни его настроения, ни его потребностей и желаний. Просто не присматриваются, потому и не видят. Им даже в голову не приходит присматриваться к ребенку. "Он же еще слишком маленький, какой у него может быть характер! Какие могут быть желания!". Так, лежит там что-то и пищит, на человека-то толком еще не похожее. И, подозреваю, наличие характера, настроений и предпочтений за ребенком не будут признавать до тех пор, пока он не взбунтуется. Называться это будет "Мне-то лучше известно, что ему надо и чего ему хочется!".

Вот так и получается, что нынешние поколения не размножаются. Зачем им? Они любят друг друга, а дети им только мешают. А тут еще очень кстати технологии и массовое производство снабдили их средствами контрацепции. Так что "семью" теперь можно спокойно создавать и без обременительных последствий. Семью, которая стала не более чем проштампованным в паспорте блудом.
В общем, с праздником семьи, любви и верности вас. С праздником презервативов.

Да, еще, чтоб вы не подумали чего лишнего. В отношении себя я не слышала упомянутых выше возгласов. Однако я слышала их в отношении других женщин. А так же искренние недоумения вокруг накоторых женщин: "Зачем она заводит ребенка, если у нее мужика нет?" "Зачем она прогоняет мужика, заводя ребенка?", "Зря она заводит ребенка, ей теперь мужика будет не найти!"

А больше всего интересна реакция на этот текст Улицкой. В общем-то, из-за этого и перепост.

"Просыпалась Сонечка на рассвете от мелкого копошения девочки,
прижимала ее к животу, сонной спиной ощущая присутствие мужа. Не
раскрывая глаз, она расстегивала кофту, вытягивала отвердевшую к утру
грудь, дважды нажимала на сосок, и две длинные струи падали в цветастую
тряпочку, которой она обтирала сосок. Девочка начинала ворочаться,
собирать губы в комочек, чмокать и ловила сосок, как маленькая рыбка
большую наживу. Молока было много, оно шло легко, и кормление с
маленькими торканьями соска, подергиванием, легким прикусыванием груди
беззубыми деснами доставляло Соне наслаждение, которое непостижимым
образом чувствовал муж, безошибочно просыпаясь в это предутреннее раннее
время. Он обнимал ее широкую спину, ревниво прижимал к себе, и она
обмирала от этого двойного груза непереносимого счастья. И улыбалась в
первом свете утра, и тело ее молчаливо и радостно утоляло голод двух
драгоценных и неотделимых от нее существ.
Это утреннее чувство отсвечивало весь день, все дела делались как бы
сами собой, легко и ловко, и каждый божий день, не сливаясь с
соседствующими, запоминался Сонечкой в своей отдельности, то с
полуденным ленивым дождем, то с прилетевшей и усевшейся на ограде
крупной кривоногой птицей ржаво-железною цвета, то с первой ребристой
полоской раннего зуба в набухшей десне дочки. На всю жизнь сохранила
Соня - кому нужна эта кропотливая и бессмысленная работа памяти -
рисунок каждого дня, его запахи и оттенки и особенно, преувеличенно и
полновесно, - каждое слово, сказанное мужем во всех сиюминутных
обстоятельствах." Людмила Улицкая "Сонечка"