Все мы летим в самолете, который должен разбиться

Представьте ситуацию: вы входите в самолет, занимаете место и в этот момент делают объявление, что этот самолет наверняка потерпит крушение в воздухе. Он больше не сядет. Что тогда вы будете делать? Останетесь или выйдете? Конечно, каждый скажет, что выйдет и будет считать себя везунчиком, что узнал об этом вовремя. Но у меня для вас плохие новости. Каждый, кто читает эти слова уже однажды сделал свой выбор и решился лететь. Каждый из нас родился, а значит каждый из нас умрет.

Все мы летим в самолете, который должен будет разбиться со стопроцентной вероятностью. Обычно мы пытаемся устроиться в нем поудобнее, занять побольше места, забыться и радоваться жизни, наслаждаясь полетом. Иногда трясет, и мы пугаемся, но всё же думаем, что это лишь временное явление, что полет будет продолжаться вечно. Мы сами придумываем себе эту иллюзию, превосходно понимая, каким будет конец.

Давайте подумаем, какова ценность наших поступков с точки зрения этого неизбежного финала. Я вкусно поел и здорово провел вечер. Но однажды я поем в последний раз последним вечером в своей жизни, и чем это будет качественно отличаться от всех предыдущих вечеров? Ничем. Я просто выбираю способы коротать время в самолете, развлекая себя безделушками, отвлекающими меня от подготовки к последнему экзамену. Или может быть по-другому. Я сижу, вжавшись в кресло и боюсь каждой секунды своей жизни. А они неизбежно идут мне навстречу и проходят сквозь меня. Одна… Другая… Последняя.

И что тогда? Ни смысла тебе в полете, ни в его завершении. Остальные случаи находятся где-то между этими двумя крайними. Вспомните, чем вы сегодня занимались и скажите, стали бы вы делать это, если бы знали, что полету суждено прерваться через час.

Каждый выбирает для себя ключ жизни, свою тональность, подчиняясь которой звучат его поступки. Иногда случается проскакивать и атональным нотам, но от этого общая симфония звучит интереснее. Не всегда, впрочем. Каким бы ни был этот выбор нужно помнить, что в нашем самолете посадка не предусмотрена конструкцией и однажды придется взять последний аккорд…

Андрей Тараторин