Попутчик. Pассказ в 2-х частях. Часть 2.

После этого случая прошло два года. Татьяна и не вспоминала про этого странного ребенка. И никогда бы не вспомнила, если бы не увидела его снова.

Была глубокая ночь. То самое время, когда темнее всего: перед самым рассветом. В детстве маленькая Таня боялась чего-то непонятного, а от того еще более страшного; в бессонные, полные кошмаров ночи она смотрела на часы и ждала, когда же будет четыре часа утра. Именно четыре часа, потому что после четырех не страшно, после четырех уже светает. А еще мама рассказала ей о том, что именно в это время в деревне начинают петь петухи. А если поют петухи, никакая темная сила на свете Тане уже не страшна, потому как петухов эта нечисть очень боится. Так маленькая Таня и сидела на своей кроватке, читая молитву про Ангела-хранителя, и периодически смотрела на свои электронные часы "Электроника 5" - родительский подарок на ее девятилетие. Самый лучший подарок на свете.

Но то было в детстве, а сейчас она уже взрослая. И она взрослая проснулась в самое темное время ночи. Проснулась от неестественной тишины и испугалась. Подскочила к кювезу, в котором спал родившийся несколько часов назад ее сынишка. Их с мужем сынишка. Младенчик лежал, закрыв глазки, и, казалось, не дышал. Таня вмиг похолодевшими руками ткнула новорожденного в носик - ничего. Она перестала дышать. Ткнула сильнее - малыш недовольно заворочался. Таня выдохнула. Просто новая жизнь младенца настолько хрупкая, что боишься за него каждую секунду. Какая она дура, такими необоснованными страхами себя довести до ручки можно. Оторвав взгляд от сына, она посмотрела на подоконник своей родильной палаты. На окне стоял огромный букет розовых роз. От мужа.

Таня вспомнила сегодняшний, нет, уже вчерашний вечер, когда муж, узнав, что она родила, примчался к ней в роддом. Она стала вытаскивать из памяти картинки. После родов она пребывала в шоке. Это такое ни с чем несравнимое счастье - после стольких часов боли родить жизнь. Новую жизнь. От огромного количества переполнявших ее эмоций она не могла логически мыслить. И сейчас, вспоминая вчерашний вечер, она видела не ход событий, как он был, а лишь фрагменты. Этакий набор слайдов. Щелк. И муж склонился над ее малышом. «Их малышом», - поправила себя Таня. Щелк. Она видит, как этот такой скупой на эмоции человек очень взволнован. Щелк. На его глазах слезы, которые пусть и не покатились по щекам, но она-то успела их заметить. И даже запечатлела на одном из слайдов памяти. Просматривая все эти слайды своим внутренним взором, ее снова, как и тогда, когда это происходило в реальном времени, накрыла волна нежности, любви и благодарности к мужу.

Татьяна замерла. Что-то было немного не так. Она просканировала свои чувства и поняла, что именно не так. "Не так" - это благодарность к мужу. Прежде этого чувства не было. Ну, конечно, не стоит считать благодарность за приготовленный чай или за поданную на ступенях руку. Нет, это была другая благодарность. Благодарность за его отношение к ребенку. За его любовь к нему. Татьяна поняла, что из-за этого чувства стала любить и без того любимого мужа еще больше. Улыбнувшись своим наисвежайшим воспоминаниям, она посмотрела на другой край своей казенной кровати. На краю сидел он. Тот малыш, которого она встретила в трамвае два года назад. Два года. Тогда она была одна. И у нее была куча проблем. Сейчас у нее нет проблем. Сейчас у нее есть муж и со вчерашнего вечера - сын.

- Привет, - сказал голубоглазый бывший попутчик.
- Привет, - ответила Таня.
- Поздравляю, - улыбнулся он.
- Спасибо, - улыбнулась Таня, глянув в кювез на свое маленькое счастье.
- Я снова встретился с тобой, как и обещал.
- Я вспомнила тебя, - Таня поняла, что нисколько не удивляется присутствию этого по-прежнему семилетнего ребенка в своей послеродовой палате глубокой ночью.
- Я пришел спросить тебя: ты по-прежнему жаждешь свободы и полной независимости от кого бы то ни было? По-прежнему ли ты хочешь летать?

Таня задумалась и спросила себя: хочет ли она всего того, что перечислил малыш. Получив ответ от самой себя, она немного растерялась.
- Нет, не хочу. Знаешь, так странно: я так об этом мечтала, и другой мечты у меня никогда не было, а теперь не хочу. И я безмерно счастлива оттого, что я зависима и несвободна.
- Ну, я рад за тебя. И рад, что оказался прав. Тогда я пошел, мне ещё надо в соседний больничный корпус.
- Подожди, - попросила Таня, - скажи хоть как тебя звать.
- Бог, - просто ответил малыш и исчез за дверью родильной палаты.

Таня остолбенела. Сколько времени она простояла, как вкопанная, она не знала. Потом очнулась, поправила в кювезе ребенка, повернув его на другой бочок.
- «Спасибо тебе за подарок». Вспомнив мужа, поправилась: «За два моих самых лучших на свете подарка», - тихонечко прошептала Таня, глядя в сторону двери.