Автор этих заметок – мама четверых детишек. С рождением последнего малыша мне вдруг как-то особенно стало ясно, что я… ничего не понимаю, точнее – так мало понимаю в своих детях! Да, с появлением каждого следующего ребенка мать становится опытнее, но это, так сказать, бытовой практикум: как кормить, чем лечить, во что одеть, на чем сэкономить, чтобы всем хватило и т.п.
А вот понимание всей меры ответственности за воспитание, возложенной на родителей, приходит далеко не сразу. И мера этой ответственности безмерно широка и глубока.
Бог, подарив нам огромное счастье быть родителями, вверяет нашим попечениям чистую, неиспорченную детскую душу. Что мы привьем этой душе, какие зерна посеем в ней, зависит только от нас. И как будет развиваться и формироваться личность: в сторону созидания либо разрушения, – тоже.
«Для настоящей матери важно все, чем интересуется ее ребенок. Она также охотно слушает о его приключениях, радостях, разочарованиях, достижениях, планах и фантазиях, как другие люди слушают какое-нибудь романтическое повествование», – записала однажды в свой дневник святая царица-мученица Александра Феодоровна.
Наше же общение с детьми часто сводится к «ритуальным» вопросам типа: «Уроки сделал?» или указаниям: «Пойди поиграй с сестренкой». И вроде бы это объяснимо и понятно. Уроки, собственно, прямая обязанность наших отпрысков: если мы, родители, обязаны трудиться, то они – учиться. И насчет игры тоже все верно: старшие дети всегда играют с младшими; и мы играли, когда были детьми. Все так. Родительские требования вообще всегда легко объясняются и в принципе не обсуждаются. Многие родители в общении со своими детьми довольно твердо придерживаются «руководящей» позиции. И это традиционно для русских семей: иерархия в семьях существовала всегда и служила только к пользе взаимоотношений. Но это отдельная большая тема.
Совсем недавно мне попалась на глаза одна статья, даже не статья, а небольшая заметка психотерапевта С. Ройз, в которой я прочла такие слова: «Нельзя требовать, ничего не давая. И “я занят”, “я устал”, “ну я же работаю”, поверьте, отговорки. Ребенку в день нужно (конечно, минимум!) один час нашего времени. Времени, когда мы не говорим по телефону, не смотрим телевизор, не готовим еду; времени, когда мы можем передать свою любовь, внимание и поблагодарить его за то, что он у нас, такой замечательный, есть».
Коротко, сжато… и как же «в тему»! А мне-то, сидящей дома, не работающей и уверенной в том, что я общаюсь с детьми, казалось, что я непрерывно говорю, целый день говорю с ними! Но когда я проанализировала только один наш день, я с ужасом поняла, что говорю я весь этот день в основном наставления и нотации! Да, конечно, сейчас такое непростое, запутанное в понятиях добра и зла время, что нужно постоянно и наставлять, и вникать в детали жизни детей. Расспрашивать о том, как идут дела в школе, чем живут дети. Но как, оказывается, просто, расспрашивая ребенка о школе (одновременно с этим прикидывая, сколько положить картошки в борщ), упустить из его рассказа самое главное – что «наши забили та-а-акой гол!», а услышать только нехотя произнесенное «опоздал на линейку». Оказывается, «читать нотации» проще, чем искренне выразить восторг по поводу гола. Серьезно! Я поймала себя на том, что окунуться в жизнь детей (на тот самый малый час) и просто побыть с ними (без нотаций и наставлений), неимоверно трудно! Но говорят, что лучше исправлять свои ошибки поздно, чем никогда. И вот, когда в нашей жизни стали появляться часы, в которые не было готовки-стирки-разговоров по телефону, я стала замечать, что мои дети меня слышат! Да-да, мои непоседливые, упрямые, а иногда просто неуправляемые и непокорные дети меня слышат. Да еще и рассуждают, и задают вопросы… И вообще с ними так легко и радостно общаться! А потребовалось для этого всего-навсего ввести в практику семейные чтения перед сном. И вот что удивительно: в эти моменты с ними можно беседовать на абсолютно любые темы – от серьезных вопросов духовного характера до каких-то их секретов. И вот когда они открыты, вот тут-то и можно вспомнить о скверном поведении – и услышать искреннее, а не «вытянутое клещами» раскаяние и осознание дурного поступка.
Отвоевав у собственного эгоизма этот «час перед сном», я столько приобрела! И теперь делаю робкие попытки найти время для подлинного общения с детьми и в течение дня: в перерыве между домашними делами плюхаюсь на пол рядом с дочкой (ей 2 года) и просто сижу рядом. Но как же оживляются ее глаза, как же восторженно она лепечет что-то нежное, как радостно начинает со мной общаться. И я поняла: вовсе не обязательно придумывать какие-то немыслимые игры: дети и сами прекрасно играют без нас. Но наше внимание, наша близость – вот что по-настоящему нужно детям.
Наши дети – удивительные создания. Они знают и понимают гораздо больше, чем мы думаем. А мы… мы катастрофически много теряем, погрязая кто в работе, кто в себе, кто в домашних делах. К своему стыду, обнаружила, что средний сын умеет считать и знает алфавит, а я еще этого не знаю. А дочка умеет вполне сносно держать ручку в руках и знает все цвета пирамидки, которая на днях только была куплена. А чего стоил такой диалог со средним сыном:
–Мама, посмотри, какая за окном красота Божия!
– Сейчас посмотрю, вот только уберусь.
– Эх, мама-мама! Пока ты будешь убираться, вся красота кончится!..
И я еще была уверена, что внимательна к своим детям! Да, я внимала им, точнее их потребностям: вовремя уложить спать, накормить, погулять, приобрести развивающую игру. Но есть вещи первичные, а есть – вторичные. И мое внимание оказалось вторичным, потому что кроме потребностей тела есть потребности души и если в раннем детстве их не удовлетворять, то рано или поздно мы неизбежно столкнемся с вопросом: «Ну в кого он такой бездушный?!»
