Сходила вчера к подружке потискать ее новорожденную. Взяла на руки: вот она механическая память, помноженная на инстинкт материнства - словно и не спускала с рук свою, уже четырехлетнюю девицу. Когда родится моя кроха, я ее непрестанно буду таскать на себе. Зацелую. Залюблю. Почему пишу "ее"? Ведь мечтаю о мальчишечке. Наверное оттого, что уже привыкла к девочкам.
Мечтаю, что с первого дня беременности буду запоминать все-все-все. И с грустью констатирую, что и в прошлые беременности тоже хотела запоминать все-все-все. А от этого всего остались какие-то смутные силуэты.
Всю первую беременность на ночь читали с мужем наивный стишок поглаживая живот.
Холмик, холмик, горка -
Тут вовсе не Егорка.
Это вам не шутка -
Здесь живет Мишутка.
А иногда муж с тайной надеждой добавлял: "А может Машутка"
Вторая беременность - это ужасная разбитость по утрам, когда нет сил поднять от подушки голову. Муж в командировке, сыну еще нет двух. Подходит утром ко мне, показывает, мол, есть хочу, а ему слабым голосом: "Мишенька, пойди на кухню, покушай сам" А на кухне с вечера приготовлена табуреточка: стаканчик с водичкой, печеньки на блюдечке, яблочко ломтиками. И он, как сиротинушка на вокзале, стоя пожует, если что уронит, с пола поподбирает. Воду однажды пролил, сидит на корточках, печеньку макает в лужицу и ест, щепотью размокшие крошки с линолиума отцарапывает и в рот отправляет.
Третья беременность - это необыкновенно ласковый взгляд мужа. На мне была ответственность о предохранении, а я проштрафилась. Как мужу сказать не знаю. Как-то он замечает:
- Что-то месячных долго нет.
- Их долго теперь не будет. - И классическая киношная фраза: - Я не виновата.
- Ну что ты. И этого поднимем. - И ВЗГЛЯД. Таким должен быть взгляд Христа.
А еще третья беременность - это слезы. Море, океаны слез, когда узнали, что девочка родится с инвалидностью.
Четвертая беременность - это истощающая злость на саму беременность. До самого конца.
Пятая беременность - это... ее еще нет, но уже это что-то волшебное, что стоит запомнить на всю жизнь. Тем более она скорее всего будет и последней. Я не потеряю ни одного ее дня. Запишу все-все-все.
