Дорогие девушки, женщины, БАБОНЬКИ!! Что бы такого сделать с волосами, у которых наблюдается в последнее время просто-таки патологическая жирность?? После родов волосы у меня поначалу повываливались чуть менее, чем полностью. А теперь, когда выпадение прекратилось и сквозь остатки длинных волос стал пробиваться коротенький ёжик, их настигла вот эта новая напасть. Было ли у кого такое и чем боролись?

"- Они играли Крейцерову сонату Бетховена. Знаете ли вы первое престо? Знаете?! - вскрикнул он. - У!.. Страшная вещь эта соната. Именно эта часть. И вообще страшная вещь музыка. Что это такое? Я не понимаю. Что такое музыка? Что она делает? И зачем она делает то, что она делает? Говорят, музыка действует возвышающим душу образом, - вздор, неправда! Она действует, страшно действует, я говорю про себя, но вовсе не возвышающим душу образом. Она действует ни возвышающим, ни принижающим душу образом, а раздражающим душу образом. Как вам сказать? Музыка заставляет меня забывать себя, мое истинное положение, она переносит меня в какое-то другое, не свое положение: мне под влиянием музыки кажется, что я чувствую то, чего я, собственно, не чувствую, что я понимаю то, чего не понимаю, что могу то, чего не могу."

Л.Н. Толстой "Крейцерова соната"

Скажу сразу, рецензия не моя, но очень мне понравилась. Эту книгу я читаю в третий раз и каждый раз она заставляет меня сквозь обыденность смотреть в вечность. Это не тот Джек Лондон, к которому все привыкли с дикой природой, волками, индейцами и прочим. У нас непривычные морозы, поэтому я сижу дома и наслаждаюсь прекрасным романом.

«Всю жизнь в душе моей хранилось воспоминание об иных временах и странах. И о том, что я уже жил прежде в облике каких-то других людей… Поверь мне, мой будущий читатель, то же бывало и с тобой. Перелистай страницы своего детства, и ты вспомнишь это ощущение, о котором я говорю, - ты испытал его не раз на заре жизни. Твоя личность еще не сложилась тогда, не выкристаллизовалась. Ты был податлив, как воск, еще не отлился в устойчивую форму, твое сознание еще находилось в процессе формирования… О да, ты становился самим собой, и ты забывал»(с)

Мой дорогой будущий читатель, тебе нет нужды утруждать себя мучительным перелистыванием страниц, спотыкаться о сложные слова и витиеватые фразы, подолгу сверлить взглядом одни и те же строки, пытаясь постичь сокрытый в них смысл. Нет. Ты можешь спокойно усесться в обитое уже чуть обтрепанным бархатом кресло, прикрыть уставшие за день глаза и погрузиться в чарующее состояние полудремы. Даррелл Стэндинг сам поведает тебе свою историю. Историю мира, историю духа, вечного и несломленного, «отныне и присно и во веки веков». Его голос, голос неисправимого заключенного тюрьмы Сэн-Квентин, ослабленный сотнями часов, проведенных в смирительной рубашке, истерзанный годами молчания и одиночества, уже давно ставший чуть слышным шепотом, расскажет тебе о наполненных интеллектуальными беседами годах профессора агрономии, о диком страхе перед неизведанным и таинственной силе познания сына Горы, о лишениях и нужде на дорогах стародавней Кореи и о доблестных победах светловолосого великана. Ему и вправду есть о чем поведать. Но надо торопиться, ведь неумолимые тюремные часы с заведенной точностью отсчитывают его последние часы. Часы перед тем, как Даррелла Стэндинга в черной рубашке без ворота поведут на эшафот. Тик-так, тик-так, тик-так…

Этот неспешный, медитативный роман - революционный по своей сути. Но не пугайся, мой дорогой читатель! Он не заставит тебя подняться против существующего строя или с зажатым в руке пистолетом отстаивать свои взгляды. Нет, тебе даже нет нужды подниматься со своего любимого кресла, о, тишайший обыватель. Он революционен идеей, которую несет в себе, идеей реинкарнации, не таковой, какой ее представляют жители Востока, от червя до человека. Нет. Это реинкарнация духа, его бессмертие и многократное воплощение со всех багажом накопленных ранее знаний, от первобытного человека до средневекого набожника и так до настоящего дня. Пока материя однажды не погрузится в полный мрак. Лишь для того, чтобы дух снова мог возродиться, уже в новом теле и в новые времена.

Мой дорогой, мой милый читатель, если ты все же хоть немножко захочешь потрудиться и пристальнее взглянуть в остов этого ни с чем не сравнимого романа, то увидишь, что он есть не что иное, как уникальный образчик гипертекста. Да, именно так, опередив время, не дожидаясь Кальвино и Павича с их постмодернизмом, Лондон сотворил гипертекст, во всей его красе и многоцветье.

А еще этот роман - роман о любви. Вечной и неизменной. О любви мужчины и женщины, Адама и Евы, Ромео и Джульетты, Тристана и Изольды. Меняются времена, нравы, но неизменным остается то первое, первобытное, что побуждает слагать стихи и вынимать меч из ножен…

Дано: семимесячный объёмный ребёнок (сидит плохо ещё), отвратительные дороги (почти отсутствующие) и отсутствие помощников на выгуле (второй этаж).

Вдобавок имеется Jetem Castle от подруги и неадекватная свекровь, которая одержима идеей купить ребёнку... Capella s803. При этом она утверждает, что Jetem - "трясогузка" (на наших дорогах понятное дело), а на Капеллу "мамаши не жалуются", поэтому её надо купить. Не могу втемяшить ей в голову, что разница практически отсутствует. Объективно, хотелось бы коляску с лучшей амортизацией, чем в Jetem, но вес коляски как можно меньше. Пардон за сумбур, но у меня бомбит после разговора со свекровью