ПДР прошла, и дни тянулись как резина - каждая минута была наполнена ожиданием: ну когда уже, когда?
Любая боль или просто недомогание со стороны живота - и я начинала прислушиваться к себе: не началось ли? Нет, не началось...
Ночью эти ощущения смешивались со снами, где у меня уже якобы схватки, и проснувшись, я минуту пыталась осознать, где сон, а где явь. Но наступало утро, и я все еще была «глубоко беременной». Все знакомые, у которых приближалась дата родов, хотели родить, у многих желание перешло в попытки самостимуляции - мытье полов, беганье по лестнице, употребление разных вин - сухих и игристых, даже финики шли в ход, а некоторые, наиболее отчаившиеся, задавались вопросом: «Какова вероятность, что после того, как меня пронесет от касторового масла, я рожу?». Вероятность была довольно большой, но и настолько же неприятной, поэтому я пыталась не поддаваться массовой истерии и отвлекать голову домашними делами, выводила мужа на принудительные прогулки, чтобы не залеживаться.
Вот и в тот день, 23 января, в больницу я отправилась пешком. Акушерка осмотрела меня, установила сглаженность шейки и раскрытие в полсантиметра и сказала ждать родов дальше. Ну а что же мне оставалось? Вечером сделали с сестрой еще круг по городу быстрым шагом (хотя каким еще остается в такие-то морозы), все искали поп-корн для микроволновки к вечернему киносеансу, но так и не нашли. Взяли семечек. Эх, шоколад надо было мне уплетать, последние часы оставались!
Дома с мужем и сестрой стали смотреть фильм с сакральным названием «Шпион, выйди вон!», возможно, это и повлияло на начало родов.
В 22:30 я почувствовала боль внизу живота, похожую на менструальную. Добавлю, что никаких предвестников (отхождения пробки, тренировочных или ложных схваток) у меня до этого не было. Поэтому я решила проверить схватки - вдруг тренировочные. Стала считать интервалы, но отвлекалась на фильм и путалась. В итоге во время очередной схватки я заерзала, и муж раскусил меня: «Что случилось?» «Я пока не знаю, может схватки настоящие, а может ложные». Мы стали вместе считать интервалы, но они были каждый раз разные - то 10 минут, то 14, то 8… В итоге пока мы считали, пришла такая ощутимая схватка, что муж сказал: «Одевайся, поехали!»
До роддома у нас около 100 км, все сумки были уже месяц как собраны, я только заплела косу потуже, и мы выехали. На часах было 00:40. Ехали мы около полутора часов и всю дорогу считали интервалы. Теперь схватки установились с интервалом 6-7 минут, но были вполне терпимыми, я чуть упражнялась с дыханием. Приехали к 2 ночи, медсестра в приемном отделении покосившись на мой большой живот, спросила: «На что жалуетесь?» и выслушав историю о моих схватках да интервалах отправила родственников с моей одеждой восвояси, а мне, переодевшейся в ночнушку, халат и тапки, стала задавать вопросы и заполнять документы. Далее осмотрела меня (побрилась я сама) и отправила на клизму (вполне сносная процедура).
Потом мы с другой медсестрой и моими вещами пошли к врачу, она посмотрела меня на кресле, раскрытие было 1 см. Сказала, что до активной стадии еще долго, и предложила медикаментозный сон. Я отказалась. Медсестра проводила меня с вещами в родзал и на мой вопрос, когда я примерно рожу, ответила: «Ну где-то к обеду!» Далее уложила меня на кушетку и установила аппарат для измерения КТГ. Запись КТГ длилась около часа, все это время я продыхивала схватки, засекая их на часах аппарата - интервал 6 минут. После мы снова пошли к врачу, она проколола мне пузырь (совершенно безболезненная процедура), и я снова вернулась на кушетку, дышать. Медсестра еще раз предложила медикаментозный сон («отдохнешь, а то сил к родам не останется»), но я опять отказалась и подтвердила это в письменной форме.
Хочу добавить, что все время родов, как «неактивное», то есть с приезда до 6 часов, так и «активное», то есть с начала сильных схваток, я находилась в этом большом зале одна, персонал был в соседних помещениях. Это было для меня удивительным, я почему-то считала, что все роды меня будут окружать люди в белых халатах и даже за руку держать, а так я лежала себе одна на кушеточке и охала, со всех сил «продыхивая» схватки, медсестра лишь изредка заходила проведать, как я там рожаю. Когда пришла врач и посмотрела раскрытие, оно было 4 см. По мне так не много, но медсестра сказала, что это очень хорошо - 3 см за 2 часа и я из тех, кто хорошо рожает. Тут я порадовалась, но рано.
В общем, рожала я так до 6 утра, схватки были сильными, но терпимыми, еще переписывалась с мужем в смс, чуть успевала подремать между схватками, а в 6:00 медсестра сказала, что начинается «активная фаза родов», теперь я должна встать и ходить 2 часа. Предложила мне сходить в душ, но я решила, что пока схватки терпимые, не буду пользоваться этим бонусом, назначила себе душ на 7. Мне вообще было комфортно знать, что происходит и сколько это будет длиться - создавалось впечатление, что я контролирую ситуацию, так мне было проще распределять силы и ориентироваться во времени. Дело в том, что час спустя была пересменка, и в отличие от предыдущей смены, медперсонал которой подробно все мне рассказывал, никто ничего толком не объяснял, и я не понимала, что происходит, сколько это будет длиться, меня охватывала паника и думаю из-за этого у меня случились неприятности, которых можно было бы избежать. Я ходила вся раскрасневшаяся по палате кругами, во время схваток пробовала разные позы - стоя на коленях мне не понравилась, мяч я и пробовать не стала, облокотиться на подоконник было бы неплохо, но под ним стояла огнедышащая батарея, поэтому я выходила в коридорчик (где хоть немного было прохладнее) и облокачивалась на столик, либо еще больше мне понравилась поза упершись руками в стену, при этом я раскачивала таз из стороны в сторону, как мне сказала медсестра, для того, чтобы его подготовить к родам.
Схватки усиливались, перед глазами все плыло, я смотрела на часы и ждала 7:00, на которые сама себе назначила душ. В 7 я уже с трудом разделась и заползла в кабину, не сказать, чтобы вода принесла реальное облегчение, но это было каким‑то разнообразием, хотя знакомая рассказывала, что ей в душе становилось намного легче. Медсестра сказала во время схватки направлять струю воды в место сосредоточения боли - в моем случае низ живота. Я поливала на себя из душа, интервалы между схватками становились все короче, но направлять струю на живот мне не понравилось - и так там болит, еще и теплым душем поливать, будто акцентировать боль… В общем, я пережидала схватки, скрючившись как запятая и глядя, как струя поливает мне ступни.
Основное, что я поняла за время родов, что способы «пережить» схватку очень индивидуальны. Прежде всего, для того чтобы переждать схватку, необходимы две составляющие - поза и мысли. То есть нужно подобрать позу, в которой будет реально дождаться конца этой боли, и соответствующие мысли, чтобы чем-то занять голову - что-то вроде настроя: слова, которые помогут абстрагироваться до конца схватки. Причем как позу, так и мысли со временем нужно будет менять, подстраиваясь под нарастающие схватки. То есть если в начале я пережидала схватки лежа, голову отвлекала, читая молитвы из книжечки, то потом читать я не могла, а позы стали стоячими и «облокачивающимися». Также для отвлечения головы хороша концентрация на дыхании; я не применяла какую-то конкретную из прочитанных в Интернете методик, просто дышала глубоко. Когда схватки стали самыми сильными, я скрючивалась (причем как-то на один бок, так мне было легче), а голову «отвлекала», представляя, что я всего лишь плыву в океане боли и ищу берег… ищу… ищууу… фууух, конец схватки.
Когда я обтерлась и вышла, были уже новая акушерка и медсестра, они посмотрели мое раскрытие - 6 см, сказали ходить. Я ходила около получаса, и то ли душ меня разморил, то ли сказалась бессонная ночь, но мне жутко захотелось спать. Я прилегла на кушетку и, несмотря на сильные схватки, даже чуть задремала, когда пришла медсестра и ругалась, почему я лежу, она же мне сказала ходить, на что я ответила, что только прилегла. Она не особо поверила, сказала мне встать и ходить (не залеживаться) и ушла, а мне так не хотелось вставать, казалось, нет ничего лучше, чем просто лежать и дремать… но невероятным усилием воли я все-таки заставила себя подняться и походить. Это было так тяжело, сил совсем никаких, а кушетка - вот она, рядом!
Сделав два круга по палате, я снова легла на кушетку. И тут конечно зашла медсестра. «Ты все лежишь? Я же тебе сказала ходить!» «Ну, я только легла, правда…» «Ага, как же»… У меня не было сил смеяться, поэтому я только захныкала, что лежать так хорошо, и я не встану. Она ушла и пришла с врачом, которая сказала ставить мне стимуляцию. Видимо, они боялись, что я совсем лишусь сил или схватки угаснут, а может просто хотели скорее избавиться от «остатков» предыдущей смены, в общем, поставили мне капельницу, сказали лежать и не перегибать руку, плюс вкололи в нее еще какое-то лекарство, думаю обезболивающее, и ушли, сказав: «Как схваточка начнется, дыши глубоко, через вытянутые губы, и будто шарик надуваешь на выдохе».
Буквально через минуту схватки многократно участились и усилились, я металась по кушетке, забыв о дыхании, на пике схваток уже не выдерживала и к своему стыду начинала кричать, хотя до родов я настраивалась и обещала себе, во-первых, правильно дышать и, во-вторых, не кричать. Пришла медсестра, и я попросила вытащить капельницу, она посмотрела на «мешочек» - казалось, оттуда выкапало всего-навсего десятая часть всей жидкости, и сказала: «Лежи, еще мало покапало», пыталась шутить, но я уставилась в никуда невидящими глазами и не реагировала на нее. Ну сколько это еще будет продолжаться!
Пришла врач, сказала раскрытие 8 см, ждем еще, я думала, что при 8 уже можно рожать, почему меня не кладут на стол, опять покрикивала от схваток, практически потеряв над собой контроль. А все-таки крикнуть было в кайф. Когда терпишь, терпишь, и все - кричишь, потому что уже не можешь, то чуть отпускает, поэтому думаю в небольших криках ничего плохого нет.
В итоге пришла медсестра и видя, что мне совсем плохо, сказала: «А что ты все лежишь? Пойдем, я покажу, как тебе будет полегче». Она меня подняла и довела до туалета, где мне правда стало легче. «Вот, - сказала она, - сиди на унитазе, но как будет схватка, вставай!» Я села на унитаз. Какое же это было облегчение, сидеть на унитазе, стало намного лучше, во время схватки я вставала, если можно назвать «вставшей» мою скрюченную фигуру с подогнутой чуть не до пола ногой. Видимо, сев на унитаз, я так приободрилась, что снова взяла себя в руки и пообещала себе не кричать и правильно дышать, и у меня получилось.
Так прошло несколько схваток, когда внезапно по моему организму прокатилось что-то неконтролируемое - будто я против своей воли сходила в туалет что ли… Не знаю, как еще это описать, но я поняла, что это была потуга, и закричала медсестре об этом. Она пришла и повела меня обратно в родзал. В итоге я снова оказалась на кушетке, медсестра сказала мне лежа на спине схватить себя за ноги и, дождавшись схватки, тужиться «в попу». Все это вместе с потугой должно было помочь моей малышке появиться на свет.
Надо было потренироваться дома, а теперь у меня неумехи никак это не получалось, усилия шли в основном в лицо, я надувалась как шарик (хотя загодя наслушалась историй про тужение «в лицо» - про лопнувшие сосуды на лице и красные глаза), но ничего поделать не могла. Половина усилий были впустую, сил становилось все меньше. Время было около 10 утра. Мне казалось, я никогда не рожу. Если бы я знала, что через 15 минут кроха будет со мной, то подсобрала бы силенки, а так я во второй раз потеряла контроль и пустила все на самотек.
Однако видимо прикрикивания персонала возымели действие, потому что я почувствовала, как что-то давит мне в промежность - это уже «стучалась» макушка моей дочки. А пока я гоняла ее туда-сюда, врач сказала: «Раскрытие полное, перебегай на родовое кресло». Там уже было все настелено, медсестра подняла его на нужную высоту, приподняла поручни, за которые я ухватилась, ноги уперли в специальные подставки и сказали тужиться как придет схватка.
Я старалась, но выходило через раз. В итоге я решила постараться посильнее, вспомнила совет про дыхание во время потуг: «Если схватка еще идет, а дыхание кончилось, не бросайте усилие, наберите еще воздуха и дотужьте». Так я и сделала - захватила еще воздуха и продолжила тужиться, забыв о главном: если схватка еще идет… Это стоило мне разрыва промежности первой степени. Персонала, кстати, к моменту моего пребывания на родовом кресле, набилось около 4 человек. «Привыкни к боли… дыши…»- говорила акушерка, я часто задышала. Странно, но боль от разрыва быстро исчезла. Медсестры забегали: «Ты чего делаешь, а ну тужься! У тебя ребеночек страдает!» Еще потуга, я тужилась и кричала от усилия. Грудной крик, какой-то звериный, такой момент наверное и показывают в фильмах, когда кто-то рожает, - не от боли кричишь, от нечеловеческого усилия. Вдвоем они начали давить мне на живот - раз, и все тельце дочки вышло из меня, как же приятно, как будто что-то теплое выскользнуло, и боль разом как рукой сняло. Ах, как же приятно, неужели все закончилось!..
Медсестра подхватила синее сморщенное дитятко, отнесла обмыть и тут же положила мне на грудь. Рассказы, которые я читала об этом («когда моего ребенка положили мне на грудь, я забыла о боли, это был самый прекрасный момент в моей жизни…») для меня не сбылись, и без особых эмоций я прижимала «ежика» к груди, сама же лежала в какой-то прострации, изможденная и физически, и морально, с обидой на всех, что меня не предупредили, подвергли такому испытанию, в общем, состояние было не очень радостным, а тут еще тело начало колотить в каком-то жутком ознобе, я лежа буквально подпрыгивала на родильном столе, прижимая к груди завернутую в пеленку свою малышку. Медсестра тем временем доставала послед, затем меня зашили. В общем, на этом все и закончилось, я лежала еще 2 часа на кресле - приходила в себя, моя кроха сопела под боком, а я попросила акушерку подать телефон и отправляла мужу фотографии нашей дочки…
Так закончились мои роды, еще сутки едва я закрывала глаза передо мной проносились картинки прошедших родов, я недоумевала, как у людей может быть более одного ребенка в семье, кто добровольно пойдет на это еще раз?! С грустью прощалась с мечтой о большой семье, но потом эмоции поулеглись, уже через пару дней я смогла вспоминать об этом поспокойнее, через неделю думала «да ничего там особенного и не было…», а еще через какое-то время мне захотелось повторить это. Да-да, я сама удивлена, но видимо матушка-природа позаботилась о том, чтобы все эти негативные воспоминания быстро стерлись из памяти. Теперь прошло чуть больше месяца, а я уже мечтаю о втором ребенке!
Роды - это один день, который мы должны отдать из своей жизни, чтобы рядом были наши малютки - росли и радовали нас каждый день на протяжении всей жизни. И это, я вам скажу, того стоит!
Комментарии специалиста
При поступлении в роддом Ладу осмотрели на кресле, сообщили, что шейка матки раскрыта только на 1 см, и предложили будущей маме медикаментозный сон, пояснив, что ей необходимо набраться сил для активной фазы родов. Несмотря на наличие более ли менее регулярных схваток, акушерского раскрытия у Лады еще не было (раскрытие шейки матки в родах начинается с 2 см). Учитывая доношенный срок беременности и регулярность схваток, врач предположил, что к утру будущая мама может вступить в роды (т.е. схватки станут усиливаться и шейка начнет раскрываться), поэтому нашу героиню госпитализировали в предродовую палату для наблюдения. Медикаментозный сон, который предложили Ладе, вызывается благодаря введению беременной спазмолитических и седативных препаратов; лекарства применяются внутримышечно или внутривенно. Он применяется только при тренировочных схватках или в самом начале родов - во время активных схваток он уже не эффективен. Основная цель применения медикаментозного сна - дать возможность роженице отдохнуть и набраться сил перед началом родов в случае, если предвестниковые схватки беспокоят ее ночью, не проходят сами собой и лишают женщину сна. Можно сказать, что медикаментозный сон в этой ситуации является оптимальным средством профилактики слабости родовой деятельности, развитие которой во многих случаях вызвано элементарным отсутствием энергии у роженицы. Наша героиня отказалась от медикаментозного сна - вероятно, руководствуясь желанием рожать естественно, без дополнительных вмешательств. Отказалась Лада и через несколько часов, когда медикаментозный отдых был предложен врачами повторно. К сожалению, в случае нашей героини отказ от возможности отдохнуть в начале родов был ошибкой и в дальнейшем сослужил Ладе плохую службу - ее организму не хватило сил на активные схватки, и родовую деятельность пришлось стимулировать.
Схватки не прекращались, но и не становились сильнее; раскрытие шейки матки также не увеличивалось, поэтому врач принял решение о необходимости амниотомии - проколе плодного пузыря. Плодный пузырь принимает «активное участие» в процессе родов: во время схватки он давит на шейку матки изнутри, заставляя ее растягиваться и раскрываться. Головка плода, прижатая к шейке матки, разделяет плодные воды на две части: «передние» воды, расположенные между головкой малыша и стенкой пузыря, давят на шейку матки, а остальная масса вод остается позади плода и предохраняет его от излишнего давления матки во время схваток. Затем по мере нарастания схваток плодный пузырь разрывается, передние воды изливаются, плод прижимается головкой к шейке матки, растягивает ее полностью и начинает под действием схваток продвигаться по родовому каналу (разрыв пузыря в среднем происходит при 5-6 см открытия шейки матки). Если этого не происходит, схватки ослабевают и шейка матки перестает раскрываться; в результате роды затягиваются и плод начинает испытывать нехватку кислорода (гипоксию). Чтобы предупредить развитие этих осложнений, при отсутствии динамики родовой деятельности (усиления схваток и увеличения раскрытия шейки матки), врач производит амниотомию. Плодный пузырь вскрывают с помощью стерильного пластикового инструмента, напоминающего вязальную спицу; эта процедура, как и другие виды медицинского вмешательства в процессе родов, выполняется только с согласия пациентки. Амниотомия безопасна для роженицы и плода и абсолютно безболезненна.
Лада рассказывает, что ее очень удивило отсутствие в предродовой палате медицинского персонала; ей представлялось, что в течение всего процесса родов рядом с ней будет неотлучно находится врач или акушерка. На самом деле это неверно: в обязанности персонала родильного отделения не входит постоянное присутствие в палате роженицы. Нормально развивающаяся родовая деятельность не требует постоянного медицинского наблюдения. Для оказания адекватной и своевременной медицинской помощи в родах достаточно периодической оценки состояния матери и плода. Если врачу необходимо в течении какого-то времени непрерывно наблюдать за развитием, силой и частотой схваток, он может сделать это с помощью кардиомониторинга - записи схваток и сердцебиения плода. Периодически заходя в палату, врач изучает результаты записи и получает детальное представление о развитии родов и состоянии плода; при значительных изменениях сердцебиения или помехах в записи аппарат подает звуковой сигнал вызова персонала.
Постоянно находиться в родовой медики обязаны в конце второго периода родов - во время потуг и рождения плода, а также в течение последового периода (отделение плаценты). Если до потуг на любом этапе родов возникают осложнения, врач также неотлучно дежурит у постели роженицы. Когда роды протекают без осложнений, врач должен появляться в палате не реже чем раз в 30-40 минут, акушерка - каждые 15-20 минут. Роды - естественный процесс, и в норме он не требует лечения или специальных действий от персонала.
После амниотомии схватки постепенно начали усиливаться, и акушерка посоветовала Ладе встать с кровати и двигаться по палате. Метод поведения, который порекомендовали нашей героине, называется активное поведение в родах. Этот термин обозначает свободное перемещение роженицы во время схваток и между ними, постоянную смену поз и передвижение по палате, поиск наиболее удобного положения тела.
Сами по себе движения значительно снижают общее ощущение боли и способствуют профилактике слабости родовых сил. Уровень болевых ощущений зависит от кровообращения. Во время схватки мышечные волокна матки сокращаются, тратя при этом энергию. Основным «энергетическим топливом» для работы всех клеток нашего организма является кислород; клетки миометрия (мышцы матки) - не исключение. Как известно, кислород содержится в артериальной крови; следовательно, дыхание клеток зависит от уровня и скорости артериального кровотока. При неподвижном положении тела общий кровоток снижается, замедляется поставка кислорода к мышце матки и болевые ощущения нарастают. Если роженица ходит по палате или двигается в рамках удобной позы, вследствие движения уровень кровотока повышается и клетки матки лучше обеспечиваются кислородом. Поэтому при активном поведении в родах болевые ощущения от схваток гораздо слабее, чем при неподвижном положении. Во время схваток следует вести себя свободно, выбирая наиболее удобное положение тела.
Существует много поз, снижающих дискомфорт во время схваток и помогающих расслабиться. Основной принцип, по которому роженица выбирает позу на время схватки, - уровень комфорта, устойчивость и расслабление. В большинстве «родовых» поз используются четыре точки опоры и преимущественно вертикальное положение тела; есть и «лежачие» позы. Однако, для того чтобы позы помогали, следует как можно чаще менять положение тела и не забывать в рамках любой позы немного двигаться. Для Лады удобной оказалась поза, когда она стоя упиралась руками в стену и покачивала тазом из стороны в сторону.
По мере нарастания схваток Ладе предложили воспользоваться душем. Основной плюс акватерапии - в расслабляющих и обезболивающих свойствах воды. В теплой воде схватки ощущаются мягче, кровообращение улучшается, роженица имеет возможность расслабиться и принять удобное положение тела, меньше устает. Вода исключает возникновение таких побочных факторов дискомфорта в родах, как сухость кожи, повышенное потоотделение, озноб или чувство жара.
Ладе посоветовали пойти в душ в 6 утра, однако она решила «оттянуть удовольствие и сама себе назначила душ на 7 утра». Такое поведение роженицы неправильно: женщина не может сама «вести» свои роды, делать себе назначения, поскольку просто не в состоянии объективно судить о развитии процесса. Безусловно, в родах лучше вести себя свободно, активно, применять различные немедикаментозные методы обезболивания, однако что и когда лучше делать, грамотнее подскажет врач. Это очень хорошо видно на примере нашей героини: отложив поход в душ на час, Лада еле дождалась этого часа, очень устала и измучалась, и в результате душ уже не был для нее столь эффективным, каким мог быть на более ранних этапах. При этом, если бы Лада послушалась акушерку и пошла в душ на час раньше, она бы гораздо легче переносила схватки и сэкономила много сил.
В конце первого периода родов Лада, не выспавшаяся ночью и измученная предвестниковыми схватками, стала уставать; общая усталость роженицы отразилась и на развитии родовой деятельности: схватки стали короче и больше не нарастали, раскрытие шейки матки не увеличивалось. С целью усиления родовой деятельности нашей героине назначили ОКСИТОЦИН. Этот препарат, используемый для стимуляции родов, является полным аналогом натурального гомона окситоцина, выделяющегося в организме женщины во время родов. Именно этот гормон отвечает за развитие родовой деятельности, естественное нарастание схваток, раскрытие шейки матки, продвижение плода по родовому каналу и отделение последа (плаценты, пуповины и плодных оболочек) после рождения ребенка.
Чтобы гормон поступал в кровь пациентки и усваивался аналогично его естественному выделению в организме, препарат разводят физиологическим раствором и вводят в кровоток очень медленно. Время капельного введения - 1,5-2 часа. Такая скорость позволяет избежать слишком бурной реакции со стороны мышцы матки и полностью воссоздать картину естественной регуляции развития родовой деятельности.
После введения ОКСИТОЦИНА схватки стали ощутимо сильнее и болезненнее. Чтобы избавиться от боли, Лада пробовала кричать во время схватки. Такое решение неправильно - независимо от причины, побуждающей роженицу к крику, кричать в родах не стоит. Во-первых, крик не обладает обезболивающим эффектом, то есть в прямом смысле от крика легче не становится. Во-вторых, и это главное, крик в родах может повредить и самой роженице, и малышу, а также в целом отрицательно повлиять на течение родового процесса. Ну и в-третьих, женщина, кричащая во время схватки, пугает других рожениц и мешает работе персонала родильного отделения. Если женщина кричит во время схваток, большая часть вдыхаемого воздуха расходуется с криком. Это означает, что плод, и так испытывающий гипоксию (нехватку кислорода) во время схватки, не получит достаточной дозы кислорода.
В результате состояние плода может ухудшиться. Недостаток кислорода в крови матери, возникающий на фоне крика, отрицательно влияет и на сократительную способность миометрия - мышцы матки. Для того чтобы мышца хорошо сокращалась, ей необходим приток артериальной крови, богатой кислородом. Пониженное в результате крика содержание кислорода в крови может привести к развитию слабой родовой деятельности. Это осложнение родов, ухудшающее состояние матери и плода, требует медикаментозного, а порой - и оперативного вмешательства.
Женщина, кричащая во время схваток, гораздо быстрее теряет силы и устает. Если силы роженицы истощены, сложно ожидать нормального развития родов.
Когда пришла пора тужиться, Лада столкнулась с новой проблемой: вместо того, чтобы напрягать живот и выталкивать ребенка, она набирала полные щеки воздуха и «тужилась в лицо». Потуга - это напряжение диафрагмы и мышц брюшного пресса; по ощущениям она напоминает аналогичные действия при освобождении кишечника. Потуги связаны с большими усилиями, и для того чтобы они были эффективны, также необходимо правильно использовать дыхание. Перед тем как потужиться, нужно откинуть голову назад и сделать глубокий вдох ртом, затем задержать дыхание и прижать подбородок к груди. Правильный вдох перед потугой похож на вдох перед погружением под воду: воздух должен до предела заполнить легкие, а верхние дыхательные пути должны оставаться свободными. Такая методика вдоха сама по себе располагает к напряжению пресса; грудная клетка расширяется, легкие, заполненные воздухом, заставляют диафрагму опуститься, в результате чего увеличивается давление в брюшной полости. Прижимая подбородок к груди, роженица группируется для потуги и защищает себя от преждевременного выдоха при напряжении пресса.
При осмотре после родов у Лады обнаружили разрыв промежности первой степени - это незначительное поверхностное повреждение кожи вокруг выхода из влагалища. Лада решила, что разрыв образовался из-за того, что она несколько раз пыталась потужиться без схватки; на самом деле это не относится к причинам травмы промежности. Разрывы в родах образуются вследствие плохой растяжимости тканей, воспалительных процессов во влагалище или при слишком резких потугах роженицы.
В первые минуты после завершения родов Лада чувствовала себя усталой и опустошенной; она не испытывала того эмоционального подъема, который описывали ей подруги. В первые минуты после рождения ребенка многие женщины пребывают в состоянии аффекта - в этот момент в организме родильницы происходит одновременный выброс большого количества адреналина и эндорфинов. Кто-то плачет от счастья, кто-то смеется, а кто-то - как наша героиня - пребывает в состоянии апатии; все эти варианты поведения связаны с разгрузкой нервной системы, расслаблением организма после колоссального стресса, испытанного в процессе родов. С этим же связан и «озноб», колотивший Ладу первые минуты после родов, - это тремор, множественное расслабление двигательной мускулатуры после перенапряжения во время схваток и потуг.
