Про рождение Феденьки. 
Как и многим, мне казалось, что я рожу раньше: ПДР стоял на 12-13 октября, но личный календарь сообщал, что 29 сентября (как раз в мой день ангела) будет 38 недель и доношенная беременность и я думала «а чего зря дальше ходить?». Но прошла и 38, и 39 неделя, и ПДР по УЗИ, и ПДР по месячным, и Покров, и день святого адмирала Федора Ушакова, в честь которого мы решили назвать сына, а малыш все никак не просился наружу, и мне стало казаться, что я вообще никогда уже не рожу. А что, к пузатому состоянию я уже весьма привыкла, правда, с каждым днем все больше болели и как-то расшатывались связки в ногах и ходить было очень тяжело.
18 октября меня посмотрела врач и сказала 20, в понедельник, ложиться в стационар, на что я и настроилась, а мама посоветовала перед родами исповедоваться и причаститься. Как раз была суббота и я сходила на службу, а ночью, когда ложилась спать, заметила, что как-то странно потягивает живот и спину. К тому времени мне каждую ночь казалось, что «вот оно - началось!», поэтому я особо не удивилась, но легкие схваточки (а это чувствовалось именно так, словно кто-то сжимает низ живота и поясницу) продолжались. Я попробовала загрузить схваткосчиталку на нетбуке, но было очень неудобно, тогда пошла и попросила у мужа смартфон, а поскольку пользоваться им не умею, сказала, что на будущее, попросила установить программу и научить пользоваться. В два часа ночи муж, наконец, бросил свой компьютер, прибежал, схватил телефон и сбросил все результаты, тут уже я на него напустилась, он понял, что таки начинается, начал бегать по квартире и радостно вопить. А я все сомневалась: не тренировочные ли они? Поскольку было немного больно, то я чувствовала себя героиней, и мы с мужем отвлекались, смотря сериалы. Через часик меня неожиданно стало дико тошнить и весь ужин отправился в ведро для бумаг, оказавшееся под рукой. Потом меня начало знобить и температура поднялась до 38,5 градусов. Дополняло эту красоту то, что воду у нас по ночам отключают, хорошо, что минералка была. В шесть утра мы позвонили маме, она пришла, стала щупать живот, засекать время и очень сомневаться, схватки ли у меня. Температура наводила ее на мысль, что я просто заболела. Надо сказать, что с двух часов ночи муж кричал, что пора ехать в роддом, а периоды с самого начала были 5-6 минут и сокращаться не собирались. Когда мама признала, что это, наверное, схватки, мы позвонили врачу и в девять утра поехали в больницу. Там меня оформляли, я картинно дышала, опиралась на стеночку и была в отличном настроении. Наконец, меня перевели в родзал, ласковая санитарка помогла переодеться в рубашку и халат, пришла врач, осмотрела, и сказал «Да ты вообще в родах? Раскрытие один палец, шейка не сглажена!».
В общем, отправили меня в патологию беременных, а муж засобирался домой, но мне было так обидно и неуютно, что я его не отпустила. Вся палата была полна веселых пузатых женщин, которые дружно мне сообщили, что у них у всех 41 неделя, и они лежат здесь не первый день. Это не внушало мне оптимизма. Мужу было там неуютно, и мы пошли в холл. Муж спал, сидя на диване, а я упрямо считала свои схватки и ходила туда-сюда по коридору. Мама по телефону «утешила» меня, что некоторые рожают по трое суток. Так, периодами по пять минут бежало время, интервалы не сокращались, а схватки стали усиливаться. Это заметил проснувшийся муж, стал меня поддерживать, помогать дышать, гладить поясницу и живот, а кроме того, дергать дежурную сестру и названивать врачу (она принимала другие роды). Все на него сердились за эту активность, а я начинала мучиться все сильнее, пугая лежащих на сохранении будущих мам и опираясь во время схваток на стенку холодильника. Интервалы не сокращались. Где-то в 12 или час дня меня опять посмотрела врач и сказала, что ничего не изменилось, я чуть не заплакала, но врач утешила меня, что скоро освободится родзал, меня положат в ванну и это поможет.
Через часик меня перевели в родзал, та же добрая санитарка на пару с мужем помогли раздеться и лечь в ванну. И я скажу вам: ванна - это вещь! Мало того, что боль чувствовалась меньше, именно в горячей водичке у меня получалось правильно дышать и с каждой схваткой я чувствовала, как раскрывается шейка, а еще здорово стала идти кровь, что вновь вызвало неуемную активность мужа и он задергал всех врачей. В соседнем родзале принимала роды моя врач у моей же будущей соседки по палате. Соседка громко кричала и с каждым ее криком у меня тут же начиналась схватка. Через пару часов врач и акушерка стали говорить, чтобы я вылезала, а я стала проситься, посидеть в ванне еще, но меня отругали «видишь же, у тебя кровь идет» и отправили на специальную кровать - оно же кресло - она же стол для родов. Тут мужа выгнали, мне вставили капельницу в руку. Я стала просить: не усиливайте мне схватки!, а акушерка удивленно ответила: куда уже усиливать? Это физраствор» и мне прокололи пузырь ужасной длинной спицей. Схватки к тому времени были очень сильные и шли без перерыва. На меня нацепили КТГ, впустили ко мне маму и оставили продолжать процесс.
Тут, я вам скажу, началось самое веселье! Схватки шли почти без перерыва и очень сильные, в левой руке капельница, живот обтянут ремнями КТГ, которые во время схватки очень усиливают боль. В общем, дышать спокойно уже не получалось, поэтому я пыхтела, как бешеный паровоз и извивалась на столе, как одержимые из фильмов ужасов. Бедная мама держала меня за руку, давала пить воду и пыталась чем-то отвлечь, но во время схваток я злилась и сообщала ей, родившей пятерых детей, какие-нибудь вещи вроде «никогда больше не рожу», а врачу «уберите от меня эту дрянь (про КТГ)». Врач рассердилась и сказала, что у меня зеленые воды, нужно контролировать состояние ребенка.
Если честно, то о малыше я почти не думала, то, что я рожаю, казалось нереальным и все ощущалось, как пытки, цель которых меня уже не особо трогала. Через пару часов начались потуги: сначала слабые, а потом все сильнее. Прибежали врач и акушерка, я обрадовалась, что наконец начинается самое главное, а мама стала говорить, что потуги - это чепуха по сравнению со схватками. Надо сказать, что до родов я смотрела много видео, отлично помнила о правильном дыхании и была почему-то уверена, что рожу за три полноценные потуги. Я старательно тужилась и дышала, потуг прошло куда больше трех и тут пошла голова малыша! Да не просто пошла, а уперлась в стеночку промежности и выходить не хотела. Все эти ощущения: осознание того, что вот оно - через это маленькое отверстие лезет ребенок; сильное напряжение и то, что он никак не рождается выбили меня из колеи. Я принялась плакать, перед всеми извиняться и нести какую-то околесицу, врачи стали меня ругать за что-то: кажется, я трясла ногами и мешала им. Встал вопрос о разрезе, я услышала об этом и принялась кричать «не надо!», пришли неонатологи и даже какой-то мужчина, но я все это воспринимала фрагментарно. В итоге, врач сказала мне расслабиться и ничего не делать, надавила на живот, а акушерка направляла голову малыша и контролировала процесс у меня между ног. В общем, соображала я плохо, но помню, как было скользко, когда малыш вышел на свет, Я спросила, почему он такой маленький, а акушерка ответила «ты еще больше хотела?» Потом мне его теплого, мокрого и слизкого положили на живот. И я принялась рыдать от накативших чувств.
Удивительным было и чувство, что впервые за многие часы нет изнуряющей боли, но я вспомнила, что еще и плаценту рожать, испугалась и втайне стала надеяться, что ее выдернут за пуповину. Но она, конечно, родилась сама, и это совсем не было ужасно. Потом меня слегка зашивали (квалификация врача и акушерки помогли избежать почти неизбежных в моем случае эпизио или больших разрывов), тыкали в живот, проверяя сокращение матки и еще что-то делали. Все эти манипуляции казались ужасными, а я сама себе - большущей трусихой и никудышней роженицей, правда потом при каждой встрече врач говорила, что я большая молодец и все время родов очень мужественно держалась J
Потом два или три часа мы ждали чего-то: мама и муж носились туда-сюда малышом, радовались, пытались приложить мне его к груди, что получалось плохо. Федька искал сосок, хватал, почему-то начинал психовать и выплевывать его, так что мама и муж тут же увидели в нем мой характер. Я лежала с капельницей в руке и попой в каком-то железном тазу, укрытая больничным одеялом и чувствовала, что вся нижняя половина тела перепачкана кровью - эти факторы добавляли в общую идеальную картинку ощущение моей какой-то ущербности. Потом пришли врачи, взвесили, измерили и оценили малыша (3430, 51 см, 9/10 по Апгар), меня стала вытирать та же добрая санитарка (жаль, не знаю имени) - мне было перед ней очень неудобно, а она меня уговаривала, что все в порядке вещей, потом, наконец, мы стали собираться в палату. Мама и муж собрали наши мешки, помогли мне переодеться, меня усадили бочком в инвалидное кресло и повезли на другой этаж. Муж сказал, что как для только что родившей, я чудесно выгляжу и, увидев себя где-то по пути в зеркале, я с удивлением заметила, что на такую жертву пыток, какой себе казалась, не очень-то и похожу, а встречавшиеся в коридоре незнакомые люди нас поздравляли.
Было уже довольно поздно (родила я в 18.40, в палату мы перешли около 22 часов), мне помогли постелить постель, мама и муж наскоро разложили вещи и ушли. Стали приходить врачи: акушерка снова тыкала в живот и предупредила меня, что если не пойду сейчас же по-маленькому, то поставят железный катетер; неонатолог приложила к груди (было больно, а мне даже не пришло в голову об этом сказать, и в этот же вечер треснул сосок), сказала записывать время кормлений и когда малыш ходит в туалет, а также температуру. Тут выяснилось, что мои уставшие мама и муж в спешке случайно унесли ручку, телефон, градусник, мою теплую кофту, взятую на роль халата. Первая ночь прошла сюрреалистично: я плохо помню, часто ли малыш плакал, но спал он со мной и постоянно кормился, не помню, много или мало мы спали, не знала, во сколько просыпались, а все время из соседних родзалов доносились душераздирающие вопли. За ночь на этаже родили еще четыре женщины.
Рассказ получился такой длинный, что писать сюда еще и о последующих днях пока не вижу смысла, напишу в следующих постахJ
Короткие выводы:
- неделю мне казалось, что я теперь какая-то калека, но все прошло;
- криками и паникой во время схваток женщина продлевает свои муки (как это было у многих девочек в роддоме), а во время потуг рискует малышом и собой (разрывы гарантированы). Надо, во что бы то ни стало слушаться врача;
- близкие люди на родах - это суперпомощь! Я очень-очень благодарна мужу и маме за их поддержку!
- боль забывается, а малыш остается!
