Вести с полей

Приезжает за нами каталка. Типа поехали на операцию. Я в ахуе. Говорю, что мы температуру намеряли, что врача ждём. Сестра удивлена. Наконец, сообщают врачу. Через 5 минут приходит врач. Говорит, что темпа может быть реакция на стресс. Но если мы боимся, нас могут выписать, не делая операцию. Я в очередном ахуе. При чем здесь мои страхи. Есть же объективные критерии, когда операцию делать нельзя. Она спросила у него, болит ли горло. Ребенок ответил что нет. Правда, надо сказать, что и кхыкать к этому времени он уже перестал. Она говорит, я не вижу явных показаний к отмене операции. Но даже если чисто теоретически он в начальной фазе какого-то заболевания, то это не представляет опасности. Случаи болезни в послеоперационном периоде протекают точно так же как и в обычной жизни. Но для подстраховки могут назначить антибиотик. Вообщем мы прооперировались. После сначала очень кашлял, рвотный рефлекс, выходила слизь, потом немного поспал. Сейчас лежит грустный. Спросил меня что ему делали. Я у него спрашиваю, говорю, ты мне расскажи, меня же там не было. Сказал, что в операционной повесили на руки и ногу прищепки как на ЭКГ и дали подышать маской. Больше ничего не помнит. Я боялась, что катетер будут ставить наживую. Но Слава Богу, нет. Сказал, что странно в носу. Но не плачет, не жалуется. Даже немного поел, два банана, творожный кекс, круасан. От больничной еды отказался.