Мой знакомый, порядочный человек, заместитель главного врача одной из центральных больниц Москвы, рассказывает, что у них с работы уволили двух сотрудников исключительно по политическим мотивам - и прибавляет: «Только не пиши об этом, пожалуйста, у меня будут проблемы».
И я не пишу.
Другой мой знакомый, довольно крупный издатель, рассказывает о вопиющем звонке из администрации президента и просит: «Только не пиши об этом, пожалуйста, сам понимаешь, сколько я людей кормлю».
И я не пишу.
Моя подруга, занимающаяся благороднейшим делом, вызволяющая дурёх-провинциалок из сексуального рабства, рассказывает мне о борделе, который держит депутат государственной думы - и почти шепотом, вдогонку: «Только не пиши, пожалуйста, девчонок убьют».
И я не пишу.
Мой товарищ, занимающийся немощными стариками и рассказывающий о том, как они умирают без нужных лекарств, говорит мне: «Только не пиши об этом, пожалуйста, в своём фейсбуке, нас спонсирует государственная структура, могут не так понять...».
И я не пишу.
Моя знакомая рассказывает мне, с фамилиями, о том, как стала свидетельницей казни в Грозном, казни, произведённой просто ради прикола, на дне рождении, скажем так - и под конец умоляет: «Только не пиши, пожалуйста, все сразу поймут, откуда растут ноги...»
Фраза «только не пиши, пожалуйста» стала постоянным спутником моей жизни. Ну так вот. Обычно в ответ на ехидные комментарии «а не пробовал ли ты, Евгений, поработать?» я молчу. Но скоро начну посылать на....
Не пишите это больше, пожалуйста. Левкович.