Вместе с материнством пришел страх ночей. Я перестала любить мягкие рассветы и нежные ночные трели соловья. У меня осталась лишь одна ассоциация - бесконечный цикл усыплений, попытки заснуть и выдергивание из накатывающего сна резким плачем ребенка. Такие ночи случаются, к счастью, не каждые сутки. Но бывали они частенько с Димой, бывают сейчас и с Олегом. Режутся зубы, болит живот - ребенок еще не назовет причины своего плача. Вынужденное отсутствие грудного вскармливания не оставляет шанса успокоить малыша наиболее простым и естественным путем…Что остается?
Я прижимаю Олега к себе и хожу по комнате - заколдованными кругами, бесконечными метрами прохладного ламинированного пола под ногами, десятками обрывочных, иногда каких-то полубредовых мыслей. Сначала кажется, что ночь не кончится никогда, что соловей будет петь и петь свою песню, до одури обостряя чувство одиночества и безысходности. Потом постепенно я всей своей усталостью начинаю чувствовать эту полоску света за шторами, которая не оставляет сомнений: приходит рассвет, а я так и не проспала и трех часов за ночь…
Бессилие и раздражение подминают под себя, раздавливают гармоничное светлое осознание, что на руках у меня мой родной, такой уязвимый сын, которого что-то беспокоит, не дает ему спокойно заснуть дальше. Я жутко не люблю ту тетку, которая пробуждается во мне в эти часы - она продолжает ходить, ничего не видя - почти на автомате, она злится на все и вся, она просто пышет своей нелюбовью к миру. И, уж конечно, не ей успокаивать малыша… Я часто просто не знаю, как с ней бороться, я боюсь ее - именно она живет в этих моих соловьиных ночах и позволяет себе перечеркивать все то, что я так бережно - кирпичик за кирпичиком - возвожу в своем храме под названием «материнство».
Чаще всего я начинаю звать на помощь мужа - очень неловко, продираясь сквозь броню злобной тетки. Это бывает сложно хотя бы потому, что он может находиться в другой комнате - с Димой. А еще ведь и моя тетка сопротивляется - выставляет на щит свою гордыню: «Не просить! Я сама должна справляться со своими проблемами!» И вместо простой человеческой просьбы я начинаю громко хлопать дверью, вслух сетовать на жизнь - и прочие инфантильности, скрывающие за собой этот простой призыв: «Помоги, я не могу уже больше!»
Мое счастье, что муж давно научился читать мои эмоции, сквозящие в словах… Он сменяет меня «на посту» - пусть и ненадолго, но само его участие позволяет скинуть пелену безысходности и раздражения, я ощущаю, что я не одна, гоню непрошеную злобную гостью прочь и выныриваю на поверхность. Глоток свежего воздуха. Забираю сына обратно на руки. Олежка утыкается лобиком в мое плечо и тихо вздыхает сквозь сон. Обычно после этого мне удается все же успокоить сына и добраться до собственной вожделенной постели.
Наверное, пройдет пара лет, и я снова смогу иначе воспринимать романтику розового рассветного неба (а может, и соловьи станут для меня вновь куда более радостными певцами). А пока что - надо помнить, где я, а где - чужая несчастная тетка с моим лицом. Хорошо, что у меня есть тот, кто может вовремя об этом напомнить.
О НАБОЛЕВШЕМ. ТЯЖЕЛЫЕ НОЧИ.
Мне кажется, что от меня только эта тётка и осталась. Все не в радость, вообще все. И ГВ, с которого никак не уйти, особенно. Стала вводить прикорм (кабачок, потом гречка), всего обсыпало. Опять одно ГВ, строжайшая диета, из-за которой от меня почти один скелет (ем я очень много. Много гречки, риса и индейки. Все). Причём грудью его реально накормить только лёжа. Из-за этого никуда не выйти. Сцеженное из бутылки есть отказывается. Вечно ноет. Газы? Зубки? Хочу на ив, просто чтоб не сдохнуть и хоть чуточку напоминать живого человека мужу и старшему сыну, но читаю вас, и думаю, а вдруг легче не будет? Каждый мой новый день начинается со слов "Господи, когда же это закончится?"
Сил вам! Вас очень страшно читать - пусть все же узел этот развяжется! Олег отказывался от бутылки со смесью первый день, выпивал по 2 ложки с боем и редко, но мне просто некуда было деваться (у меня рассеянный склероз, я не могла больше игнорировать препараты, несовместимые с ГВ) - может, эта безапелляционность помогла перейти все-таки на ИВ. До этого я хотела постепенно вводить смесь - ничего не выходило, ребенок чувствовал мою неуверенность и чувство вины - и ждал, плача, ноя - что дам грудь. Сейчас действительно легче!!! Такие ночи бывают раз-два в пару недель, это несравнимо с высвобождением сил в остальное время. Прикорм тоже у нас тяжело идет, только кабачок и рис (на гречку тоже обсыпало, хоть и не должно).
Удачи вам! Чтобы радость от материнства все же перевешивала тягости!!!
Спасибо! Ваши посты очень радуют и внушают силы)
Ты хорошо и верно пишешь) ты умница. Во всех нас есть такие тётки. Помню, как у мелкой были колики недели 2 в два месяца. Она орала по 3-4 часа по вечерам - с 20 до 23-24. Нервы сдавали конкретно :(((
Д и щас бывает тётка просыпается. Причём днём. Чего мне не хватает? Вроде высыпаюсь. Мозгов, наверное :/
Спасибо! Я ловлю себя на агрессии к детям, когда физически совершенно сил не хватает - оно и днем бывает((((( Понимаю, что надо как-то с этим бороться, потому что именно во мне проблема, а не в них. И этого не было пока не было второго ребенка - просто постоянное ощущение жизни "на разрыв". Хочется верить, что все это пройдет постепенно, когда детки перестанут так много сил высасывать просто одним непрерывным физическим уходом за собой.