Первый месяц
Послеродовая депрессия как она есть.
Немного воспоминаний или забегая назад_4
Меня привезли домой всей родней. Они отмечали, я лежала кормила ребенка. Эмоций и счастья снова не было. Была какая-то легкая гордость, что вот она - моя здоровенькая хоть и очень маленькая (выписали нас 2900) желтушная дочь.
Пока мама была с нами, было проще. Она научила меня укачивать ребенка, научила купать, научила всяким хитростям. Пыталась приучить к соске, но Вика категорически отказалась от таких инноваций. Да и зачем соска, когда есть сиська?
С мамой было уютно. Квартира чистая, пока мама гуляла с ребенком, я успевала помыть полы, сходить в душ. Пока я кормила, мама успевала приготовить покушать и посидеть в одноклассниках. В общем, было намного проще и легче. Да и дома и стены помогают. И муж рядом.
Но маме надо было возвращаться на работу и она уехала.
От свекрови, какой бы хорошей она ни была, толку было немного. Она добрая и хорошая женщина. И хозяйка хорошая, но видимо какой-то барьер все же есть, потому что приходила к нам она в гости - её накорми, чаем напои, к её приходу уберись. В общем, не мама. Которая с порога начала убираться и подключать меня с мужем к этому действу. Без лишних просьб и раскланиваний.
Но маме надо было возвращаться на работу. Она уехала.
И началась самостоятельная безрадостная жизнь с ребенком. Тысячи раз я жалела, что вслед за дочкой не вывалилась подробная инструкция по применению. Есть куча типовых инструкций в интернете и в книжках. Но вот именно для моей модели инструкции не завезли. Её цикл установился сразу (и сейчас он такой же) - 12 часов бодрствования 12 часов сна с перерывами на поесть. Днем она спала более-менее, ночью она начинала бодрствовать. По 7-8 часов она висела на груди и я плакала над ней. Мне хотелось есть, пить, походить размяться. Но только я отнимала сиську начинался плач. Я превратилась в сиську, никаких других функций не было. Я укачивала её часами, но как только укладывала в кроватку, начинались вопли и слезы. И снова приходилось вставать и укладывать. С рассветом, сидя в пустой комнате, чтобы не будить мужа, я беззвучно рыдала и думала о том, что не готова была к ребенку. Что надо было подождать. Что не осознавала всей ответственности. Роились действительно страшные и шальные мысли. Мысли о том, что уже никуда не деться. Мысли о том, что можно покончить с собой и тогда всё это прекратится. Эгоизм, как он есть. А она плакала. И мне казалось, что плачет она от капризов.
А еще дочь плохо набирала вес. Вес двигался в час по чайной ложке. Участковый педиатр (далее ГН) сказала, что надо докармливать. Докармливать я не хотела. Ведь молоко есть. Оно иногда даже подтекает. И я не докармливала, плакала, хотела умереть.
Однажды ночью муж зашел к нам в комнату, увидел меня плачущей и шипящей, что меня всё это за..ало, и ребенок и всё. Это было самое унизительное чувство. Как будто меня застали за мастурбацией, не иначе. Он взял ребенка и мы о чем-то говорили. Потом он отправил меня спать и проснулась я рядом с ним, а Вика уже спала.
Муж стал несколько заботливей, цветы и нямки, предлагал руку помощи. Но всё это не работало. У него не было главного - сиськи. А ребенок так и продолжал висеть на груди, рыдать, бодрствовать практически все время. Педиатр и невропатолог сказали, что всё путем. Никто из них не удивился такому режиму, сказали "просто у вас такой ребеночек".
Эмоций не было. Были короткие проблески любви, но они тонули в океане отчаяния, расстройства, недосыпа, голода, ощущения пущенной по ветру жизни, даже - раздражения и временами неприязни. Тогда казалось, что так теперь будет всегда. И помощи ждать было не откуда - сиська по-прежнему была только у меня.
