когда я училась на пятом курсе, в нашем вузе в самом начале учебного года произошла трагедия.
история, сразу предупреждаю, не зефирная.
двое первокурсников, обдолбавшись плюшками, которые продавали тогда учившиеся у нас афганцы, вышли с балкона общаги. с пятого этажа. в вечность.
я всё лето сидела в приёмной комиссии на консалте и хорошо запомнила маму одного из этих парнишек. её не запомнить было сложно. она по окончании тура шумно эмоционировала всем подряд окружающим, включая меня, о том, что всё закончилось, что сын поступил, что слава-богу не армия, что она столько сил на это положила, что можно выдохнуть на ближайшие четыре года, что она так боялась, а теперь счастье-счастье, ура-ура. и чепчик ввысь.
то, что я знала её в лицо, в голос и даже по имени, делало для меня нелепую смерть её сына невыносимым фактом. почему-то это было так больно бесконечно, так нестерпимо мучительно. можно без преувеличения сказать, я тогда впервые столкнулась с большим горем лицом к лицу. тем самым горем, от которого не убежать, не спрятаться. только пережить.
но через боль пришло знание. моё знание. ничьё больше. с ним я живу. детей учу. больше никому не навязываю.
бояться бессмысленно. не дано тебе знать заранее, что в твоей жизни страшно, а что нет. избавлен ты от дара предвидеть, куда приведёт тебя тот или иной шаг. и что бы не транслировал опыт человечества, как бы ни выверял скрупулёзно шансы математические, твоя личная статистика - всегда 50 на 50. либо да, либо нет.
и ещё. сам иди, куда хочешь. за своим сердцем всегда следуй. но другого в свой рай не тяни. даже если этот другой - тот, кого ты в муках рожал и кому ты жопу три года кряду вытирал. это всё не причина. он знает лучше. должен знать. должен сам свой путь избрать. возжелать его, замыслить и выстрадать. а за верёвочку на чужую мечту не въедешь. обломаешься.
вот такие вещи я тогда для себя осмыслила.
* * *
катя проебала мне весь мозг аж до трахеи этой армией. нет, не страшно. тем более что я этому коню двухметровому со вторым юношеским по скалолазанию пропишу. энурез?
а жизнь - такая штука вообще ехидная. когда она плюнет, а когда поцелует - таинство непостижимое, неизъяснимое, уму неподвластное. проще говоря, хер проссышь. да и по итогу живым из неё всё равно ещё никто не выбирался.
как будет, так будет. вдох. выдох. закончили упражнение.
